Посреди ночи слышу стук. Обычно кошак, когда нашляется от души, то в окно колотится, но тут по-другому. Высовываюсь, а у дверей мужик стоит знакомый. Извини, говорит, что в такое время (три часа ночи), но я думал пешком пойду (а до его населённого пункта где-то километров сорок) и буду часам к одиннадцати утра, да повезло - на машине подбросили, пешком токо 4 км через лес прошёл. Узнал, что ты приехала, очень поговорить захотелось.
Осенью у бедняги по пьяни права отобрали, а он на своей "буханке" чудеса творил - столько раз всё моё семейство провозил по совершенно невозможным трассам, я иногда просто в голос орала, после прохождения особенно волнительного препятствия.
Стиль езды был такой прикольный - в домашних тапочках. А когда подъезжал к какой-нибудь безумной луже, то напяливал сапоги, брал мерную палочку и проверял глубины. После этого опять прыгал в тапочки и - опа! Мы уже на том берегу!
Щас, говорит, без прав отдыхаю. А то родные-знакомые мучили ужасно - всё время кого-нибудь куда-нибудь везти надо было. А теперь никто не пристаёт и бухать можно каждый день. Красота!
Между прочим дяденьке через пару лет на пенсию отправляться можно, а ему не в лом такие расстояния пробегать. Он, конечно, охотник и всё такое прочее, но всё равно круто, по-моему...

Хотя, тут бабушка местная восьмидесяти четырёх лет от роду в прошлом году мне на здоровье следующим образом жаловалась. "Тяжело как-то ходить стало... Раньше иду из автолавки (через лес и лужи с мешком здоровенным) и аж подпрыгиваю, бежать хочется! А сейчас не то..."