Продолжаю исследование темы о вундеркиндах.
Ника Турбина. Кто в 70-е годы не знал этого имени. Помню, как ее приводили в «Комсомольскую правду», где я работал. Очень застенчивая девочка. Но начала говорить, а потом читать стихи - ощущение свежести и таланта. И необыкновенности.
Ника - чистейшее воплощение понятия «вундеркинд». Десятилетняя девочка без видимых усилий ворвалась в поэтический мир, ее первая книжка стихов «Черновик» вышла, когда ей исполнилось 10 лет. И какие стихи! Мудрые, зрелые. С потрясающим – недетским! - эмоциональным накалом и трагизмом. Не верилось, что многие строки написаны в десять лет, а то и раньше. Недетские строчки: «Жизнь моя — черновик…». Стихи переведены на десятки языков.
Статьи, интервью, теле- и радиопередачи, фестивали, творческие поездки вместе с мамой и Евгением Евтушенко – он взял её под свою опеку… О феномене Ники говорила, кажется, вся страна. За «Черновик» в 12 лет Ника Турбина получила на поэтическом фестивале в Венеции «Золотого льва», до нее этой награды удостоился только один русский поэт — Анна Ахматова. Ника в сопровождении Евтушенко съездила в Америку, где на конференции в Колумбийском университете литературоведы обсуждали технику перевода ее стихов…
А затем шум вокруг Ники потихоньку стал опадать. Она как бы исчезла. Исчезла из поэзии. Стала неинтересна великим: Евтушенко перестал отвечать на её звонки и письма… Ника писала стихи до 12 лет. Потом начался переходный возраст. Рифмы, чувство ритма, образы потерялись. Ушли. Мама Ники вышла второй раз замуж, и отношения с отчимом, а потом и маленькой сводной сестрой не складывались. Мама Ники вспоминала: «Когда ей исполнилось 13 лет, коробочка раскрылась и оттуда выскочил чертенок. Такой неожиданно взрослый. С ней стало очень сложно, начались беды: Ника резала себе вены, выбрасывалась из окна, пила снотворное, ей было страшно. Я так понимаю, что ей просто было страшно входить в жизнь. У меня просто сердце разрывалось. Иногда хотелось взять кувалду и стукнуть ее по башке, потому что она пьет водку. С другой стороны она взрослый человек и она имеет право делать все, что хочет не спрашивая меня. Жизнь связала нас в такой тесный узел, что всё это заставляет страдать нас всех».
В шестнадцать лет Ника вышла замуж за 76-летнего профессора психологии, итальянца по происхождению. У него в Лозанне своя клиника. Ника не любила вспоминать о том времени. Брак ее закончился почти не начавшись, через полгода вернулась в Москву, в Россию, где уже окончательно забыли про поэта-вундеркинда. Жизнь надо было писать заново. И она попробовала это сделать.
Не удалось.
Прежде всего было непонятно: чем заниматься? Не писанием же стихов. Нике казалось: лучше бы она вообще не писала стихи! Они мешали жить — кипели в голове и иногда выплескивались на бумагу. Но они никому не были нужны.
Друзья, знакомые устраивали её на работу — она энергично бралась за любое дело, её усердию, ответственности нарадоваться не могли. Но через неделю-другую остывала. Приходит на работу, садится за стол и тупо смотрит в одну точку… Её увольняли.
В 1989 году вышла второй сборник стихов Ники Турбиной. Книгу мало кто заметил и прочитал. А кто прочитал, испытал разочарование – пресно, натуженно, и вообще это не Турбина. Евгений Бунимович, учитель литературы Ники в школе заметил: «Её так замучили и оглушили славой и рекламой, что к шестнадцати-семнадцати годам поэт в Нике умер — ей уже нечего было сказать».
1997 год. Падение с пятого этажа. Похоже на попытку самоубийства. Ника осталась жива.
11 мая 2002-го. Снова падение с пятого этажа — на этот раз смертельное. Диагноз: самоубийство.
Кто виноват в смерти поэта? Встречалось такое обвинение: коммунистический режим нуждался в разрекламированных детских талантах, потому Нику Турбину возносили до небес, чтобы доказать преимущество советского образа жизни. А когда нужда отпала – бросили. Это смешно. Поддерживает тебя или не поддерживает система – талант от этого не приращивается и не исчезает. Но почему в таком случае не возносили до небес Иосифа Бродского? Правда, он не считался вундеркиндом. По нему жизнь в юные годы прокатилась таким тяжелым катком, что переживания Ники Турбиной покажутся детским лепетом.
И вот думаешь: а, может, и не надо было издавать стихи Ники в 10 лет? С этого момента началась черная полоса ее жизни. Ники в отличии от сестер Князевых не было прочного стержня. Сестры знали (а точнее, им внушили родители), чего они хотят добиться в жизни. Ника не знала. За неё решали другие. А много ли ребенку надо (а она оставалось по своему эмоциональному уровню ребенком): поехали за рубеж с дядей Женей Евтушенко. Она ж не понимала, что он ее демонстрировал, как забавного зверька: смотрите, эта девочка не только в куклы играет, а еще и стихи сочиняет.
Некоторые творческие люди использовали Нику в корыстных целях. Вот как она сама рассказывала: «Меня пригласили к детскому писателю Альберту Лиханову. Я пришла к нему. Лиханов долго сидел, пялился на меня, задавал совершенно хамские вопросы. Наконец, я говорю: «Альберт Анатольевич, зачем я Вам вообще нужна? Я свое время потеряла». - «Я книгу пишу. Вы, как подопытная, мне очень нужны». - «Как подопытная?» - «Ну, как из маленьких гениев дураки вырастают».