Ведь надо же было так распорядиться истории, чтобы ещё раз наглядно показать, насколько Украина и Россия — разные страны.

В Украине — Украинская национальная революция. В Украине — весна.

В Украине победа, оплаченная кровью героев. Свобода, добытая трёхмесячным стоическим Майданом. Он вымораживался зимней стужей, его атаковал озверелый «Беркут», его прошивали подлыми пулями снайперы. Украина констатирует сегодня подвиг своего народа. Украина показала, что она не просто достойна войти в Европу — это Европе надлежит сверять себя с Украиной. В центре Европы был явлен пример истинно европейского стремления к свободе. Украина напомнила Европе о временах Хартии Вольности, о временах гёзов, о Гарибальди и Костюшко. Киев напомнил Европе о Пражской весне, а затем — о Будапеште 1956 года. Наверное, уже мало кто из европейцев предполагал, что станет современником национально-освободительной революции в центре Европы. Украинская революция — это сокровище современной европейской истории. Украина свидетельствует о том, что европейский дух жив. «Сердце Европы не в Брюсселе, не в Берлине, сердце Европы бьется в Киеве. Судьба решается в Украине», — точно сказал на днях Саакашвили, выступая на Майдане. Украина доказала, что её не взяла проказа советчины, проевшая русский народ. Украина доказала, что украинство — не химера. Украинство прошло через века колониальной истории, сохранилось, выстояло в борьбе — и победило.

Вот что сейчас переживает Украина. Великую мистерию, прекрасную симфонию скорби и радости. Симфонию победы над антинародной властью. Над прежней историей. Рядом с нами рождается нация. Это не значит, что её не было прежде. Но сейчас она рождается снова, из пепла Майдана, и в новом качестве. Эта нация уже точно не будет частью имперско-колониального «русского мира». Украина потеряна для Москвы навсегда. На наших глазах рухнул имперский миф о «триедином русском народе» — и более он не подлежит восстановлению. А значит, перекошена и вся российская имперская концепция — культурная, геополитическая и историческая. Империя стала другой, как сразу стал другим «Титаник», получив пробоину. Соответственно, стремясь к выживанию, империя будет впадать в ещё большую паранойю. Сейчас начнётся агония российского имперского мифа. Она будет мрачной и опасной. Опасной для нас, русских. Мыслящих русских. На них империя выместит всю горечь своего заката.

Украина и Россия, повторяю, совсем, совсем разные страны. В то время, когда Украина переживает великое революционное очищение и возрождение, живёт настоящей жизнью, Россия упивается Олимпийским шоу и своей победой в нем. Украина рыдала над павшими, клялась победить и добыть свободу, а Россия стенала о спортивных неудачах и ликовала по поводу спортивных успехов, которые лишь укрепляют диктатуру Путина. Украина обратила в бегство властную свору подонков, а Россия, развращённая ложью, произволом и коррупцией, поглощена главной интригой церемонии закрытия олимпийских игр: улетит ли мишка, как в 80-м? Украина утверждает новую, демократическую власть, полностью рвущую с советским наследием, а Россия возрождает опыт массовых детских хоров и совкового агитпропа, генерирующего слюнно-пенную ненависть. А заодно и милитаристское сознание: все комментаторы обсмаковали, что закрытие Олимпиады совпало с «днём защитника отечества»: вот, мол, защитили отечество на спортивной арене!

Эта Олимпиада — пышные врата в наш русский ад.

Украина победила. И империи теперь предстоит рядом с ней жить, точнее доживать. Ненависть к победившей Украине, к «бандеровцам», помноженная на зашкаливающий, благодаря спортивному триумфу, путинский рейтинг создаст в стране атмосферу, невыносимую для нормальных людей. Победа украинской революции выявит весь многовековой сумрак российской политической системы, обнажит зло, прикрытое было фальшивым олимпийским снегом. Проиграв вовне, Кремль отыграется внутри страны. Но ненависть к Украине в конце концов разрушит Российскую империю. Империя захлебнётся этой своей ненавистью, смешанной с отвратительным гопническим патриотизмом. Ибо такой «ёрш» страшен и ядовит. Он поначалу дико взбодрит, а потом «снесёт башню» и повалит наземь. А затем наступит горькое постимперское похмелье. Момент исторической истины и расплаты за то, что мёртвые духом не увидели и не осознали просиявшего рядом с ними подвига; за то, что поверили клевете на этот подвиг; за то, что обывательски бездумно приумножали клевету.

Обугленный Майдан и белая Сочинская Олимпиада — они теперь так и будут рядом в истории (но не вровень), как Христос и Понтий Пилат. Оба события взвешены на неких высших весах, и уже сейчас ясно, какое из них «найдено лёгким».