Снился мне сегодня сон. Про мою соседку по машине. Поэтессу нашу местную.
Будто взялась она снова за прозу, что в реале действительно имеет место быть
(она показывала мне начало рассказа о послевоенной жизни на казачьем хуторе)
Во сне написано было тяжелым слогом, слова уложены в неповоротливые фразы,
перегруженные всякими донскими словечками и давно вышедшими из употребления
оборотами. Сильно смахивало на отрывок из раннего Шолохова. Я бы даже сказала - такой
Шолохов в квадрате, если не в кубе. Она прочитала мне вступление и самое начало завязки
и уставилась с выжидающим выражением на лице. Я должна была сказать то, что она ожидала -
как классно, самобытно и узнаваемо, что автор с Дона. Это "с Дона" почему-то ее всегда греет.
Из завязки запомнилась одна фраза, да она и была там одна - Матвей Широков прошелся по
своему опустевшему куреню и нашел только перевернутую детскую люльку и бабьи тряпки,
разбросанные по полу хаты..
Я спросила о чем она вообще в своем рассказе сказать хочет, на что получила ответ - я еще не придумала..
Меня это удивило, я считала, что сначала должна родиться сама идея рассказа, а потом уже
всякие навороты в процессе изложения сами возникают. От удивления брякнула ей, что стиль
изложения смахивает на Шолохова.
- А должен на Шукшина, потому, что это его произведения меня вдохновили- сказала Ирка и обиделась..
И я заткнулась, остаток ночи проведя в мучительных воспоминания, что такого я читала у Шукшина..
Так и не вспомнила. может и не читала?

А Шолохова я не люблю..