«Разговор без правил» с Никитой Белоголовцевым на телеканале О2ТВ

 

Эфир 12.03.2010 г., 20:00

Гость: Павел Тараканов, председатель Комитета Государственной думы по делам молодежи.

 

Биографическая справка: окончил МГТУ им. Н.Э. Баумана по специальности «Радиофизика», во время учёбы возглавлял известную на всю Россию организацию «Идущие вместе». В 25 лет стал депутатом и председателем Комитета Государственной думы по делам молодежи. В 2005 году получил медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, а в 2006 году – медаль «За заслуги перед Чеченской республикой».

 

 

Задача молодежной политики – сделать молодого человека успешным!

Выдержки из интервью

 

«Стать успешным в профессиональной сфере, хорошим семьянином, нести генетический код русской нации – вот задачи молодежной политики»

 

Никита Белоголовцев: Говорим об итогах Года молодежи, который проходил у нас в 2009-м. Сегодня в студии Павел Тараканов – председатель комитета Госдумы по делам молодежи.

Павел, зачем был нужен Год молодежи?

 

Павел Тараканов: Затем, что молодежная политика должны выйти на новый уровень, и все органы власти должны были обратить внимание на молодежь. Мы этот вопрос лоббировали и некоторые свои задачи выполнили. Мы сумели сохранить молодежную политику в условиях кризиса. Мы сумели добиться того, чтобы молодежную политику перестали считать малым придатком общей социальной политики.

Мы сумели изменить в сознании власти мнение, что молодежная политика – это только бесплатное образование, бесплатная медицина и спорт. Мы сумели показать, что интересов у молодежи гораздо больше, и они шире.

Если своя страна не будет вкладывать в свою молодежь, не будет заниматься ее интересами, то этими интересами займутся другие люди. Это мы видим на примерах наших соседних государств.

 

Белоголовцев: Мы все тут представители молодежи. А что вещественного, практического дал нам Год молодежи?

 

Тараканов: Ряду людей дал. Например, мы приняли закон, по которому каждый студент-бюджетник на первом курсе обязательно будет получать стипендию. Раньше ВУЗы давали стипендии только после первой сессии. А деньги, которые выдавались из бюджета на стипендии – стипендиальный фонд – в первом семестре распределяли каким-то другим образом.

 

Белоголовцев: Но стипендия у студентов крайне мала. Майку, например, я еще могу купить, а вот джинсы или ботинки – уже нет. Как с этим бороться?

 

Тараканов: Надо повышать стипендии. Но выделение средств на стипендии у нас затруднено, особенно в условиях кризиса. В том, что не дают денег обычно обвиняют министра финансов. На самом деле виноват бюджет, который формировался не понятно как. Не понятно, например, как обеспечивается его наполнение. Поэтому при утверждении в Думе было сложно распределять расходы. Молодежь финансируется по остаточному принципу.

Мы и дальше будем ставить вопрос о повышении стипендии. Но на все наши просьбы увеличить финансирование государственной молодежной политики мы пока получали отказ из Минфина.

 

Белоголовцев: Можем ли мы спрогнозировать, когда студент, например, в Новосибирске или Нальчике, сможет нормально существовать на свою стипендию?

 

Тараканов: Прогнозировать сложно. Наверное, в Золотой век. В ближайшее время это не возможно. Хорошо они не жили даже при СССР.

 

Белоголовцев: Что кроме стипендии подарил нам Год молодежи?

 

Тараканов: Прямых социальных последствий у Года нет. Закона о молодежи не принято, вопросы обеспечения молодых жильем не решены… Последний вопрос – вообще сложный… Решено было, что проблемы молодежи будут решаться по мере изменения общего отраслевого законодательства.

Еще пример закона, который внесен, но не принят – закон о правовом статусе студенческого самоуправления. Есть отчетливое сопротивление принятию этого закона, который должен позволить студентам участвовать в жизни ВУЗа, в том числе решать административные и хозяйственные вопросы.

Есть люди, которые в этом не заинтересованы. Сами сделайте логические выводы, кто именно.

Помимо депутатов в написании законов участвует правительство, общественность, другие люди.

Пример: обсуждается закон о том, что работодатель не должен устанавливать работнику ненормированный рабочий день без его согласия, если на предприятии нет профсоюза. Так вот, против этого выступает ФНПР – Федерация независимых профсоюзов России! Они обвинили депутатов в том, что те вынуждают предпринимателей создавать профсоюзы.

 

Белоголовцев: Но вспомните: общество возражало против монетизации льгот пенсионеров, а депутаты, несмотря на это, все приняли. А здесь не могут?

 

Тараканов: Я представляю партию ЛДПР. Большинство в парламенте представляет партия «Единая Россия». Закон, который я вносил со своими коллегами, был отклонен по непонятным основаниям.

В том числе, мне сказали: а профсоюзы то против!

 

Белоголовцев: Недавно проходил Год равных возможностей. После этого остались понятные осязаемые вещи: остались пандусы для колясочников, удобные лифты, переоборудованные социальные учреждения. После Года молодежи остались некоторые мудрые законопроекты, которые дорабатываются. Что-то еще вещественное и надолго мы получили?

 

Тараканов: Были созданы основные точки системного роста молодежной политики, которые позволят ее дальше развивать. 

Например, была создана система поиска и поддержки талантливой молодежи. По всей стране была создана система молодежных лагерей. Центральным лагерем стал «Селигер». Раньше он был лагерем молодежного движения «Наши», а теперь он стал лагерем для молодежи всей страны.

То есть через Интернет каждый молодой человек получил возможность представить свой проект, получить путем рейтингового голосования своих же друзей и знакомых соответствующую оценку. Если она оказывалась высокой, автор проекта мог попасть на Селигер и представить его тем людям, которые принимают решения, задать вопросы политикам, бизнесменам и получить поддержку.

Общий бюджет поддержанных проектов превысил 200 миллионов рублей.

 

Белоголовцев: Нельзя ли чуть подробнее про движение «Наши» и Селигер. Не возникает ли некоей опасности, когда слет политический сращивается со слетом бизнесовым и инновационным?

 

Тараканов: У вас смутное представление о лагере Селигер, как и у всех тех людей, которые никогда там не были… Этот лагерь был политическим, когда принадлежал движению «Наши». И то, он был не политическим, а общественно-политическим. В 2009 году лагерь перестал таким быть. «Наши» участвовали в нем на тех же основаниях, что и остальные молодые граждане России. Эта площадка была организована не движением «Наши», а Министерством спорта, туризма и молодежной политики, Федеральным агентством по молодежной политике при участии Комитета Госдумы по делам молодежи.

 

Белоголовцев: А молодежное крыло ЛДПР принимало участие?

 

Тараканов: Конечно! Была смена лидерства на Селигере, где участвовали все молодежные организации, которые хотели участвовать. Но они участвовали в общем порядке, так же, как и все, регистрировались через Интернет, представляли проекты, набирали рейтинг и ехали в лагерь. И «Наши» и политическое крыло ЛДПР… Махровых оппозиционеров я там не встречал… Я знаю, что коммунисты, например, решили туда не ехать. Это их право.

Если мне один человек говорит: я не нашел, как зарегистрироваться – это его дело. Если 200 тысяч человек поняли, как регистрироваться, а один не понял, - это его проблема! Для всех молодых людей были созданы равные стартовые возможности. И никакой политической окраски.

Смены были поделены по направлениям. Например, смена «Молодежное предпринимательство» – итог 90 млн. рублей, включая освоение бюджетных средств, смена «Инновации»  – более 200 млн. рублей, «Волонтерство» – более 20 млн. рублей. Кто-то из участников воспользовался возможностью, прошел тренинги и обучение, кто-то нет. Но система была создана… Это молодежные лагеря регионального масштаба, окружные лагеря в каждом федеральном округе и центральный лагерь на Селигере. Дальше мы будем укреплять эти лагеря.

Это уникальная площадка, где молодые люди могут напрямую задать вопрос ведущим политикам, действующей власти и так далее.

 

ОПРОС прохожих на улице: Что же дал им Год Молодежи? И чего не хватает молодым людям для хорошей жизни?

 

Тараканов: Понятно, что если человек не участвовал в мероприятиях Года молодежи, которые проводились по всей стране, он в меньшей степени почувствовал результаты. На самом деле проводилось большое количество мероприятий в регионах. Но не были охвачены все. Это происходило за счет недостаточного финансирования и проблем организации.

 

Белоголовцев: Примерно, каков суммарный бюджет Года молодежи?

 

Тараканов: На федеральном уровне было выделено 800 млн. рублей. В масштабе бюджета страны это ерунда. Некоторые регионы выделяли из своих бюджетов от 15 млн. до более миллиарда. Но нигде не было сокращений бюджета, хотя год был кризисный. В целом, по стране финансирование молодежной политики выросло примерно на  20%.

Я думаю, что в среднем суммарная цифра примерно – 50-60 млн. рублей на регион.

 

Звонок: Насколько нынешняя молодежь стремится к свободе и демократии? И второй вопрос: если к вам придет студент второго курса и скажет, что он хочет бороться за свободу и демократию, что вы ему ответите?

 

Тараканов: Нашей молодежи свойственен дух свободы и демократии. Молодой человек по определению хочет быть свободен. У наших молодых людей с этим все в порядке. Если же придет ко мне такой молодой человек, я порекомендую ему идти в общественные организации, заниматься общественной деятельностью. Если ты не будешь начинать с себя, ничем хорошим это не закончится. Я живу именно по этому принципу.

 

Белоголовцев: Многие сетуют на  аполитичность молодежи, нежелание идти на выборы. И в принципе интерес к политике ниже, чем в 90-е годы.

 

Тараканов: Проблема с недостаточной политической активностью молодежи есть. Она связана, с одной стороны, со стереотипами, когда молодежь считает, что от нее ничего не зависит. Большую роль в этом сыграло разочарование выборами 1996 года, когда был переизбран Борис Ельцин. Его рейтинг составлял всего 6%, а он все-таки переизбрался, хотя никто не ходил за него голосовать. Вот тогда произошло серьезное разочарование в демократических процессах. Кроме того, после всех реформ Гайдара и Чубайса слово «демократ»  стало нарицательным с явно негативным оттенком.

В отличие от демократов, я – либерал-демократ. Это совершенно другое… ЛДПР – единственная самостоятельная партия, рожденная снизу в нашей стране. Все остальные партии являются, по сути, партиями власти, в т.ч. КПРФ.

 

Белоголовцев: Одна из главных молодежных проблем – проблема жилья. Я понимаю, что для меня – представителя молодежи – жилье оказалось бесконечно далеким. Что с этим делать?

 

Тараканов: Действительно, для молодых людей жилье недоступно. Проблема в том, что нет пока желания выделять на это серьезные средства. На программу жилья для молодых семей выделяется всего 6, 5 миллиарда рублей в год. Это очень мало.

Есть программа «Жилище» в нацпроекте «Доступное жилье». Сумма программы – более 60 миллиардов рублей. Из этой суммы на молодежь выделяется только 6. Отмечу, что в докризисные годы на обеспечение жильем федеральных служащих денег выделялось больше, чем на всю программу обеспечения жильем молодых семей по всей стране.

Если бы молодежь была более субъекта, осознавала себя как субъект политического процесса, активно участвовала в политической жизни, внимания к проблемам молодежи было бы гораздо больше.

 

Белоголовцев: А как вы видите участие молодежи в общественно-политической жизни?

 

Тараканов: Например, если молодой человек живет в грязном подъезде, почему бы ему не сделать так, чтобы подъезд создал ТСЖ (товарищество собственников жилья), чтобы в подъезде появилась консьержка и т.д? Задача следить за тем как люди живут, - это их задача, а не задача правительства… Это отнесено на уровень местного самоуправления.

Если каждый человек будет считать своей единственной задачей платить налоги, мы и приходим к ситуации, когда не нужно ходить на выборы. Следить за жизнью должны люди, которых вы выбираете для этого. Вы им должны вопросы задавать…

Я обычно заранее объявляю о своих встречах с избирателями. Но приходит очень мало людей. Остальные приходят и сидят, не задавая никаких вопросов…

 

Белоголовцев:  Может быть, они не доверяют депутату?

 

Тараканов: Вопрос не в том, что не доверяют. Это как раз низкий уровень гражданского сознания и гражданской активности! Нельзя самоустраняться и ограничивать свое участие в общественной жизни уплатой налогов.

Заплатить налоги нужно в первую очередь для того, чтобы государство могло обеспечивать вашу безопасность.

 

Белоголовцев: А я-то думал, что не только безопасность, но еще и образование, здравоохранение, чистота, порядок и еще миллиард вещей, за которые я плачу налоги. Разве не так?

 

Тараканов: Традиции политической апатии лежат глубоко в сознании людей. Вспомним хотя бы крепостное право…Они в 1996 году были лишь усилены.

 

ЗВОНОК – (Ульяновск). Мы здесь очень любим О2ТВ и передачу «Разговор без правил». И у нас вопрос по теме: почему наше государство, наше руководство часто появляется на каналах РЕН-ТВ, МУЗ-ТВ, но не поддерживает чисто молодежные телеканалы?

 

Тараканов: Мы как раз активно поднимаем этот вопрос. Благодаря, в том числе, и нашим усилиям, было принято решение, что появится телеканал «Россия 2» для молодых и активных на базе телеканала «Спорт». Другой вопрос, как это реализуется. Но мы были одними из тех людей, которые требовали создания  федерального молодежного телеканала и рассчитываем, что этот канал даст нам тот самый недостающий просветительский контент.

Есть много развлекательных молодежных телеканалов, но нет нормального просветительского молодежного контента.  Такое ощущение, что молодежь должна только смеяться. Нет серьезных передач, хотя это интересный формат.

Вот ваш формат, я думаю, достаточно интересный и у вас достаточно неплохой рейтинг. Вы говорите с молодежью и другими людьми на языке, понятном молодежи. Нашим молодым людям нужны такие внятные передачи, такой контент. Мы выступаем за молодежные СМИ всех форматов (Интернет, радио и т.д.) и всячески их поддерживаем. Мы будем продолжать эту политику, и мы считаем, что именно молодые люди должны делать телевидение, СМИ для молодых.

Подвижки в этом плане есть, и мы дальше будем за это всячески ратовать.

 

Белоголовцев: Молодежная политика может превратиться в инструмент политической пропаганды и манипулирования. Вы этого не боитесь?

 

Тараканов: Уйти от политики нельзя. Молодежная политика формируется не только государством, но и общественными организациями, самой молодежью. Мы должны дать молодежи варианты развития, а не регулировать это развитие. Молодым надо помочь найти себя в этой жизни. Стать успешным в профессиональной сфере, хорошим семьянином, нести генетический код русской нации – вот задачи молодежной политики.

 

Белоголовцев: Не кажется ли вам, что все проще: нужны хорошие школы с нормальной зарплатой учителей, нужны спортплощадки с нормальной организацией, нужна хорошая стипендия, чтобы человек мог уезжать из своего города в Москву и учиться, и нужно доступное жилье. А все остальное – мишура… Если у меня есть образование, здоровье и возможность создать и содержать семью (в том числе квартира), тогда все будет очень хорошо…

 

Тараканов: Нет, это слишком узко. Это только база. Задача моложенной политики – сделать молодого человека успешным – помочь раскрыть свой талант, проявить себя.

 

Белоголовцев: А как это сделать технологически?

 

Тараканов: Есть конкретные методы, тренинги… профориентация, наконец… Ни школа, ни родители этого сделать не могут…

 

Белоголовцев: Не подмена ли это? Вместо реформирования системы образования мы создаем искусственный нарост?

 

Тараканов: Нет. Например, есть «Инновационный конвент». Есть РОСНАНО и другие, у кого есть деньги. Есть также молодые люди с идеями. Проблема в том, чтобы их соединить. И в этом задача молодежной политики.