В колонках играет - e.s. posthumus — nara
Настроение сейчас - в ожидании чуда

Ветер треплет волосы..Ветер треплет волосы, холодный, пронизывающий. Плащ хлопает за спиной как чёрные демонические крылья. Тонко улыбаюсь. Тебе нравилось сравнивать меня с демонами. Наверное, я и впрямь демон, и на самом деле тебе не казалось. Ты вообще всегда видел куда глубже, чем окружающие. Достаточно вскинуть по-летнему тёплый взгляд васильковых очей и любой раскроется для тебя, как шкатулка с драгоценностями. В ком-то и впрямь таятся несметные сокровища. Души ведь очень разные… А кого-то хотелось закрыть и, привязав камень поувесистее, отправить на дно самого глубокого омута, чтоб никто и никогда не нашёл, не открыл, не отравился душевной мерзостью.
Милый… твоя душа – драгоценнейшая драгоценность. Сокровище из сокровищ…
Несколькими сотнями футов ниже – бушует прибой. Вокруг – сколько может охватить взгляд – только море и скалы. Бурые скалы, поросшие жёсткой травой и вереском, и горько-солёный ветер, заставляющий моё тело плакать. Срываются с ресниц горько-солёные капли. И на губах оседает соль.
Вскидываю лицо к небесам, в широко распахнутые глаза льётся серо-стальной свет. Здесь всегда так. От начала времён. Здесь не бывает ярких солнечных дней, лишь изредка лучи вспарывают неповоротливые туши тяжёлых штормовых туч и касаются скал и отчаянно цепляющихся за камни трав.
Ты хотел здесь жить. Построить дом из дикого камня, и чтоб крышу непременно накрыть рыжей чешуёй черепицы. Здесь, на продуваемом всеми ветрами плато. Каждое утро ты выходил бы из тепла комнаты только для того, чтоб подняться на эту единственную скалу и стоять над морем, раскинув в стороны руки. И ветер точно так же трепал бы твои волосы, возносил бы к тебе хлопья морской пены, а за твоей спиной развевался бы плащ из некрашеной домотканой шерсти, совсем как ангельские крылья.
Нет, я не плачу, не сожалею о том, что утратил. Такие как я - не умеют плакать. Нам не доступно сожаление. Мы просто продолжаем жить в секунде от любви, в полувздохе от счастья, сознавая, что никогда не дотянуться и не коснуться вожделенного тепла.
Сколько бы я не скитался по миру, всё равно никто и ничто не может заменить мне тебя. Моё тепло – ты. Только ты. Всегда ты.
Моё непогрешимое совершенство… Я ждал тебя столько лет, что все, кто измеряет жизнь короткими человеческими годами – побледнели б от ужаса осознания. Это – целая вечность, но она стоила каждого дня ожидания. Каждого столетия терпения. Каждого тысячелетия поиска.

…Я увидел тебя и понял в тот же миг, что это ты. Что ты пришёл, ты явился ко мне и остаток моей вечности я проведу не один. Потому что ты есть, потому что сейчас ты передо мною. Неукротимый дух в хрупкой смертной плоти. Желанный, светлый, яркий, такой живой…
Я связал бы тебя оковами твоих же желаний, но ты дерзко улыбаешься, передёргиваешь плечами и мне лишь сильнее хочется видеть тебя на коленях передо мной. Всё потому что сильные духом либо ломаются, либо становятся ещё сильнее. А ты – часть моей силы, ты не можешь сломаться.
Ты принадлежишь мне с момента своего рождения, и даже раньше. С того самого момента, когда в Мироздании возникла нотка-мысль о твоём создании, о задумке твоего духа. Ты всегда был моим, даже если ты сам предпочитаешь отрицать это. Ты – мой…
Мне трудно описать в какой восторг меня приводит всего один твой взгляд, яростный, жгучий, бешенный взгляд. Страстный, полный огня жизни. Ты мой огонь, ты всё, чего я был лишён, мои желания и устремления. Но я не стану тебе об этом говорить. Ни к чему. Слова – пусты. Есть только чувства, эмоции, есть то что мы ощущаем, находясь рядом друг с другом. Ты никогда не будешь ко мне безразличен. В твоей душе всегда будет место зерну хаоса. Желанию или отвращению. Ненависти или страсти.
Если провести кончиком пальца по твоим губам – ты судорожно выдыхаешь сквозь стиснутые зубы, а в глазах твоих полыхают адские костры. Сейчас ты ненавидишь меня, но стоит мне раскрыть твои губы поцелуем – и ты сдаёшься.
О нет, твоя капитуляция – это не покорный ответ. Это сражение. Бешенное сплетение языков, жёсткое сжатие губ, вкус крови.
Ты не сдашься без боя. Ты и после не сдашься. Ты никогда не сдаёшься, и это волнует меня. До глубин сознания. Это заставляет меня дрожать в предвкушении, срывать с тебя остатки одежды.
Ты с удовольствием вырвал бы мне горло, если б мог. Если б я дал тебе такую возможность. Мой зверь, мой прекрасный. Мой…
Ты выгибаешься, твои пальцы комкают простыни, силятся разорвать цепи, но у тебя нет сил. Мои поцелуи отбирают их и тебе ничего не остаётся, кроме как обвить ногами мои бёдра и крепко их сжать.
Мой… каждым толчком я подтверждаю своё право на обладание тобой. Мой… Ясный твой взгляд теряет последние искры сознания и ты подаёшься мне на встречу с радостью, за которую совсем скоро будешь себя ненавидеть.
Но пока что – каждым торжествующим криком, каждым стоном, каждым яростным укусом и глубокой царапиной на желанном теле ты – МОЙ…

Эта земля подарила мне тебя. Я думал – это навсегда. Но вечность – для таких, как я. А таким, как ты даровано право выбора. И свой выбор ты совершил. Ты просто научился летать и однажды - нашёл способ улететь от меня… Я понял это, когда ты улыбнулся мне, а твоё сердце замерло в груди. И даже свой последний вздох ты подарил не мне. Ты оставил его ветру, который тут же подхватил его и унёс далеко. Не успеть. Не догнать. Ни оседлав дракона, ни даже поймав попутный ветер.
Но знаешь… я дождался тебя однажды. И дождусь снова. Ты слишком любишь этот мир, чтоб оставить его навсегда. Ты вернёшься снова, я знаю. Я это точно знаю. Вернёшься, чтоб снова глядеться в хмурое небо своего дома. Чтоб возвести стены своего убежища здесь, на этом самом месте. Стены из дикого камня, крытые рыжей чешуёй черепицы. И снова и снова отдаваться всем ветрам вот на этой скале, раскинув руки. И ветра Шотландии снова будут любить тебя…