Здесь трусость не прощают много лун.
Не верю! Не был трусом прокуратор
Творил предначертание диктатор –
Перстом судьбы отмеченный трибун.

Голгофы тень, скользя из века в век,
Накрыв архипредателя Иуду,
За краткие слова – «Се Человек!» -
Пилата обошла. Свершилось чудо.

Судеб извечный код необратимый
Писатель и воспетый им трибун.

Дорогой лунной в Свет уходят двое.
Уж скрылся плащ с пурпуровым подбоем.
Ловлю лишь эхо отзвучавших струн.

Наталья Григорьева