Автор: Петров Сергей Викторович

На консультациях часто от клиентов слышу такого рода запросы: подскажите, а я поступаю правильно или нет, научите меня поступать правильно, чтобы всегда наверняка.
И как-то я задумался: правильно – а это как?
Стал вспоминать перипетии своей собственной жизни, истории моих клиентов и этот анализ меня привел к написанию данной статьи.
Я проанализировал два вопроса.
1). Почему в жизни я (здесь скорее собирательный образ) поступал, как поступал, и мог ли я поступить по-другому.
Ответ, который пришел – нет, не смог бы.
2). Как мне поступать в жизни наилучшим образом?
Ответ – наилучших поступков, действий не существует.
Попробую пояснить свою мысль. Начну, пожалуй, с наилучших поступков.
Часто я сам и мои клиенты задаются вопросом – а как мне (нам) поступить в той или иной жизненной ситуации наилучшим образом. Развестись или жениться, пойти учиться в один вуз или в другой, где лучше жить. При этом ответ, как правило, устраивает только такой, чтобы было наверняка, чтобы потом не пожалеть и не упустить чего-то важного в жизни.
В настоящее время, я думаю, да что там думаю – уверен, любой поступок, любое наше действие несет за собой какие-то последствия. Как бы мы ни поступили, везде нас ожидает жизнь.
Женились ли вы на одной женщине, или на другой (то же справедливо и для замужества для женщин) - вас ожидает какая-то жизнь, определенный быт, определенный радостные, определенные горестные моменты. Какие-то удачи, какие-то неудачи. В общем, вас ждет жизнь со всеми ей присущими атрибутами. Да, возможно, с кем-то жить будет немного проще, с кем-то сложнее, однако в любом случае будет много чего в жизни.
Тогда с моих слов получается, что ничего выбирать не нужно?
Бери себе первую попавшуюся профессию, первого попавшегося супруга (супругу) - и вперед. Я думаю, что это не так. Выбирать, конечно же, надо. Но скорее не фантазируя, что у меня будет с этим, а что с этим, как я буду жить там или там. А прислушиваясь к своим ощущениям, чувствам, переживаниям по поводу вашей ситуации выбора.
Ведь как бы вы ни выбрали – трудности, порой сложно переносимые, будут. Скорее всего, о чем-то пожалеете обязательно. Однако, на мой взгляд, важно жить вашим выбором, жить в том, что вы выбрали.
Что я под этим подразумеваю?
Это значит проживать те чувства и эмоции, которые гарантированно, пока вы живой человек, будут возникать в процессе вашей жизни.
Теперь первый тезис.
Почему мы не могли по-другому поступить в нашей жизни раньше?
А потому, что не могли. На момент совершения наших поступков у нас имеется определенный набор психического, физического, материального и других состояний. И в момент совершения поступков мы фактически делаем то единственное, на что мы способны в данный момент.
Тогда опять-таки выбирать не надо, что ли, раз выбор все равно предрешен? Повторюсь, важно не судорожно выбирать, а присутствовать своей собственной жизнью при выборе. Есть мнение среди психологов, что на самом деле не мы делаем выбор, а выбор делает нас. Я думаю, что в этом что-то есть.
Мы так поступили, поскольку по-другому не могли.
У нас не было того опыта, знаний, умений что сейчас.
Мы были на тот момент другим человеком и поступили, как поступили.
И фактически нам остается только переживать результаты наших выборов и присутствовать при совершении новых, то есть опять-таки их переживать, прислушиваться к себе.
Ведь процесс совершения выбора не прекращается ни на секунду. Процесс совершения малых или больших выборов. Что делать, с кем, где и когда отдыхать, что есть и т. д. Я думаю, что этот процесс прекращается только с нашей смертью, а до этого все время выбор, и никакой гарантии, что он оптимальный, причем, возможно, об этом мы не узнаем никогда. Например, писать мне эту статью или нет.
Как писал Карлос Кастанеда в своих трудах, все пути ведут к одному, и единственно важный момент при этом – есть ли на этом пути сердце.
При любом нашем решении нас ожидает жизнь.
При любом нашем выборе что-то происходит. А если пойти еще дальше и, например, упомянуть теорию полю Курта Левина, то похоже - не мы жизнь выбираем, а она нас выбирает. Так что, получается, нужно просто слушать свое сердце и жить регулярно своей жизнью.

Автор: Казимова Римма Александровна

…Для вас наступило трудное время.
Вы расстроены, обеспокоены, может быть, даже разгневаны тем, как ведет себя ваш ребенок-подросток…
(Р. Байард. «Беспокойный ребенок: руководство для отчаявшихся родителей»)
Все дети однажды становятся взрослыми. И происходит это не одномоментно, в какой-то волшебный единственный миг, а постепенно, шаг за шагом.
В психологии принято выделять такие «шаги взросления» в виде нормативных кризисов, этапов развития.
Через эти этапы развития проходят абсолютно все дети. В возрастной психологии принято выделять несколько таких этапов, сопровождающихся кризисами перехода на новый уровень развития:
кризис рождения – резкая смена среды жизнедеятельности, период адаптации;
кризис 1 года жизни – появление первой детской речи, осознание функций предметов, самоосознание;
кризис 3 лет – формирование «Я сам», установление границ с миром;
кризис 7 лет – начало обучения в школе, адаптация к учебной деятельности;
кризис подросткового возраста (11-12 первый кризис, 14-15 второй кризис) – гормональная перестройка организма, формирование идентичности, самооценки, способности принимать волевые решения, способность к абстрактно-логическому мышлению, способность ставить перед собой цели, восприятие себя как взрослого.
Одним из самых трудных периодов (в том числе и для родителей) является подростковый – с двумя кризисным этапами 11-12 лет и 14-15 лет.
Это именно то время, когда родителям особенно непросто. Меняется привычное взаимодействие с ребенком, он становится раздражителен, иногда агрессивен, начинаются перепады настроения, повышается утомляемость и сопротивление всему, что говорят родители, и кажется, что с ним вообще невозможно общаться.
А у родителей растет тревожность, возникает чувство беспомощности, вины, отчаяния.
Очень часто бывает так, что в этот период как раз и разгораются самые яростные конфликты в семье. Чтобы смягчить этот переходный этап, сделать его максимально комфортным, родителям важно понимать, что именно происходит с подростком, и как им вести себя так, чтобы вместо конфликтов и ссор отношения строились на доверии и взаимопонимании.
1. Особенности подросткового периода
Подростковый период характеризуется тем, что ребенок начинает осмысливать и выделять качества своей личности, осознавать последствия своих поступков, стремится почувствовать себя взрослым и увидеть подтверждение тому, что окружающие люди тоже воспринимают его уже как взрослого.
Именно в этот период формируется самооценка, развивается уверенность в себе, которая в дальнейшем позволит быть успешным, принимать свои достижения и строить будущее самостоятельно.
Л.С. Выготский считал, что самосознание является самой важной перестройкой в подростковом возрасте.
Кто Я?
Что для меня важно?
Чего я хочу?
Каким меня воспринимают окружающие?
Нравлюсь ли я себе?
Именно эти вопросы становятся самыми актуальными в этом периоде. И, конечно, ответы на эти вопросы он получает не только в своем внутреннем мире, но также и общаясь со сверстниками, учителями в школе и, самое главное – в семье.
Подросток учится заново строить отношения с близкими.
Очень ярко во взаимодействии с семьей в этот период проявляются:
потребность в независимости;
потребность признания себя как части «взрослого мира», признание со стороны близких взрослых – «я тоже взрослый»;
стремление к самостоятельному принятию решений;
высокая ранимость;
острая потребность в любви и принятии близких.
Именно в подростковый период у детей очень высокая ранимость. Они могут критично относиться к своей внешности, к своему новому статусу в семье и среди сверстников. И поэтому любое резкое замечание, насмешка или пренебрежение воспринимаются очень болезненно. Иногда – даже как отвержение со стороны близких людей.
Важно осознавать, что эти чувства и переживания будут влиять на то, как сложится взрослая жизнь ребенка, насколько он будет способен опираться на себя, насколько он станет самодостаточным и уверенным в себе.
Знаменитому французскому физику и математику Б.Паскалю приписывают следующие слова:
У меня есть лучший подарок для Вас.
Это четыре слова: я в вас верю.
2. Особенности отношений в семье
Именно вера родителей и близких людей – самое важное, что нужно ребенку в подростковом периоде. Наказания и отвержение лишь сломают его крылья, но поддержка и доверие позволят ему вырасти в сильного самодостаточного человека, способного быть успешным и счастливым.
А не это ли мечта всех родителей? Чтобы дети были успешны и счастливы?
И подчас именно из этих благих побуждений родители устанавливают жесткие рамки отношений, идут на конфронтацию со своими детьми – чтобы в итоге получить прямо противоположный результат.
Горько. Обидно. И часто – поздно.
Когда мы говорим о том, что вокруг много людей с низкой самооценкой, что она мешает им строить успешную карьеру или создавать гармоничные отношения, важно понимать, что это – в том числе результат того, как себя чувствовал этот человек в те самые «трудные» 11-16 лет.
Согласна, что родителям бывает не просто сохранять терпение и понимание, когда ребенок начинает допоздна задерживаться со сверстниками, может быть, прогуливает уроки в школе или не ночует дома, или что-то еще.
И здесь может быть несколько разных моделей общения.
Можно конфликтовать, ссориться, требовать безусловного подчинения, угрожать подростку - тем самым вынуждать его еще жестче защищать границы своего «нового взрослого» мира, сталкивать его с необходимостью беспрерывно доказывать всему свету и своим близким, что он уже самостоятельная независимая личность.
А можно объяснять взрослеющему сыну или дочери, какие чувства и эмоции вызывает его поведение у родителей, и почему эмоциональная реакция именно такая. Объяснять снова и снова, какова его ответственность, и к чему могут привести его решения и выборы, оставляя право решений за ним.
Согласитесь, очень большая разница между тем, чтобы сказать:
«Еще раз придешь домой после 22:00 - можешь вообще домой не появляться! Шляешься неизвестно где по ночам! И все твои друзья доброго слова не стоят!»
Это – прямая угроза, которая вынуждает защищаться, вынуждает отстаивать свое право на друзей и свободу распоряжаться своим временем. И это – отвержение родителями в тот момент, когда любовь и принятие особенно важны.
«Ты сегодня пришел поздно. Я очень волнуюсь за тебя. Мне трудно привыкнуть, что ты уже взрослый и можешь сам о себе позаботиться. Мне бы хотелось, чтобы ты приходил не позже 22:00, тогда я буду спокойна. Ты мог бы сделать это для меня?»
Во втором случае – родитель дает признание взрослости ребенку, разговаривает с ним как с равным, и в то же самое время объясняет причины своего беспокойства, честно признается, что не только подростку надо привыкнуть к новому статусу, но и его родителям – тоже.
Основная рекомендации в построении общения с «маленькими взрослыми» в том, чтобы уйти от обвиняющей и отвергающей ТЫ-позиции (ты – бездельник и разгильдяй и т. д.). И попробовать стать на Я-позицию – больше говорить о своих чувствах и переживаниях, спрашивать ребенка, как он к этому относится, что он сам мог бы сделать, какое решение он предлагает.
Тогда вместо взаимных обвинений и обид появится шанс на установление доверительных поддерживающих отношений в семье.
Такую модель диалога можно описать в виде простой схемы:
Назвать факт (например, «Ты сегодня пришел позже, чем мы договаривались»).
Назвать свои чувства и эмоции словами, вместо того, чтобы выражать их в формате обвинений и повышенного тона («Я о тебе беспокоилась» вместо «Ты что, совсем совесть потерял?!»).
Сформулировать, чего бы Вам хотелось и почему («Мне бы хотелось, чтобы ты приходил вовремя, я так буду чувствовать себя спокойнее, и мне это поможет легко вставать по утрам на работу» вместо «И чтоб больше такого не повторялось!»).
Спросить, может ли Ваш сын или дочь выполнить эту просьбу («Ты мог бы сделать это для меня?»).
Обсудить возможные варианты исключений (например, если надо задержаться, то предупреждать заранее, брать с собой заряженный телефон, сказать, где будет находиться).
Безусловно, доверительные отношения не сложатся за одно мгновение. Ведь любые отношения – с ребенком ли или с другим взрослым – это всегда кропотливый труд. И эта фраза кажется парадоксальной только на первый взгляд.
Ведь искусство понимать и принимать другого человека таким, каков он есть, без желания «переделать» и «усовершенствовать», требует желания, умения, навыка и огромной внутренней работы. Над собой.
Мы не можем изменить других. Но, безусловно, мы можем изменить себя. Стать более чуткими и внимательными как к своим потребностям и к своим границам, так и к потребностям и границам других людей. Именно в такой последовательности.
Основная причина конфликтов в этом периоде в том, что ребенку важно признание своей взрослости, независимости, самостоятельности, а родители продолжают подчеркивать, что он еще ребенок, и поэтому должен жестко подчиняться старшим.
И тогда подростки стараются доказать всему свету, что они уже взрослые и имеют право поступать по-своему. И чем больше сопротивляется мир взрослых этому желанию, тем жестче ребенок доказывает свою независимость.
Поэтому так важно в этот период внимательно относиться к чувствам и потребностям подростка, давать возможность предлагать и осуществлять свои решения, советоваться, давать право выбора.
Любовь родителей в этот период должна быть принимающей и поддерживающей – тогда стремление к независимости сформирует взрослую способность принимать решения, достигать успеха и принимать на себя ответственность за свои поступки.
И еще один важный аспект - подростку очень важно постоянное подтверждение любви родителей. Взрослеющие дети часто словно бы пробуют любовь родителей «на прочность», для того, чтобы убедиться, что она у них есть.
«Проб на прочность» может стать меньше, если просто говорить детям о том, что Вы их любите. Вы можете быть не согласны с их решениями, не поддерживать их поведение, но – ВЫ ИХ ЛЮБИТЕ!
Как выразить свою любовь и заботу? Один из способов – слова. Важно просто говорить об этом.
Меняя подход от «Делай, как я сказал» к «Как я могу помочь своему сыну или дочери научиться принимать правильные решения?», Вы будете менять и Ваши взаимоотношения. Главное – показывать ребенку, что Вы понимаете, как ему непросто переживать этот период, что Вы любите его и поддерживаете.
Когда дети чувствуют Вашу любовь и видят ее, то отпадает необходимость в жесткой конфронтации, никому ничего не нужно доказывать. И тогда период взросления проходит спокойнее и безопаснее для детей и комфортнее – для родителей.
3. Особенности восприятия родителей
Помочь своему ребенку вырасти и стать взрослым счастливым человеком – задача отнюдь не простая. Мы, взрослые, и сами-то не всегда бываем счастливы. А как научить счастью сына или дочь?
Как правило, воспитание включает в себя большое количество правил, запретов, указаний «делай так», которые маленькие дети принимают и выполняют безусловно. И взрослые привыкают к такой модели общения, она кажется естественной и единственно верной.
Но вот наступает подростковый период. И ребенок, который начинает воспринимать себя взрослым, самостоятельным, Личностью с правом на выбор и на собственные решения, вдруг отказывается следовать указаниям и правилам родителей.
И что же тогда чувствуют взрослые?
может быть, гнев и желание доказать свою правоту любой ценой (иногда цена – в травматике собственного ребенка);
может быть, отчаяние и чувство унижения: «Все узнают, какой я плохой родитель»;
может быть, чувство вины – «не смогла/не смог дать ребенку чего-то важного (любви, внимания, времени);
может быть, панику – «я не справляюсь, мой ребенок искалечит свою жизнь...».
И все подобные чувства непросто переживать изо дня в день. И кажется, что сделал уже все, что мог, все, что советовали друзья, а результата все равно нет…
Для родителей в такой период важно поддержать самих себя. И признать, что если есть желание что-то изменить в отношениях, то возможности всегда найдутся.
Какие изменения могут быть?
Если были ошибки и сложности в отношениях, стоит признать их и попробовать выстроить отношения, основанные на доверии и понимании.
Если есть тревоги и опасения, лучше проконсультироваться со специалистом, а возможно, некоторые тревоги обсудить и со своим ребенком.
Если вся ответственность за жизнь ребенка раньше лежала на родителях, то теперь самое время наделять ответственностью самого подростка.
Если все решения раньше принимали родители, то теперь у подростка есть право самому принимать решения, что делать со своей жизнью.
Важно помнить, что Ваш ребенок становится взрослым, и поэтому Ваши отношения с ним должны и обязательно будут меняться. Не существует идеального алгоритма на этом пути.
Но взаимные любовь, уважение и доверие могут помочь и родителям, и подросткам успешно преодолеть кризис взросления.

Автор статьи: Анна Скляр. Источник

Очень много в судьбе и жизни человека зависит от того, какими были его ранние отношения с собственной матерью (первые 3 года). Психоанализ придает этому черезвычайно важное значение. Д. Винникот (знаменитый английский психоаналитик, педиатр) пишет о «достаточно хорошей матери», французские психоаналитики о матери – соблазнительнице: мать соблазняет ребенка на жизнь своей любовью. Лишь напитавшись ее любовью, ребенок может отпустить мать и обратить свою любовь и свои желания к другим людям. Как это происходит, и что происходит при этом с ребенком, а потом уже взрослым человеком, если его ранние отношения с мамой были неудачными и ее любви было явно мало? Как психоанализ здесь может помочь? Об этом пойдет речь дальше.

Раненый нарциссизм.

Младенец абсолютно беспомощен и зависим от матери. Он не отделяет себя от матери поначалу. Нет еще того, кто может отделять, то есть воспринимать (субъекта), как нет еще и отдельной мамы (объекта), а есть лишь приятные ощущения, когда его потребности удовлетворяются и неприятные ощущения, когда он чувствует болезненное напряжение неудовлетворенной потребности (голод, холод). Лишь постепенно, накапливаясь и запечатливаясь в памяти ребенка, приятные ощущения удовлетворенности связываются с присутствием матери: ее голосом, запахом, теплом ее тела и с ее образом (ребенок начинает улыбаться, увидев маму). Но это связывание ощущений с образом матери может происходить только во время ее отсутствия - тогда, когда ребенок вновь испытает болезненное телесное возбуждение, требующее разрядки. Напряжение, испытываемое ребенком, оживляет в его психике память предыдущих удовлетворений (образ матери), он галлюцинирует ее себе и это помогает ему выдержать неудовлетворенность ожидания. Так появляется постепенно ребенок, который хочет маму (субъект), представляет ее себе и реальная мама, которой с ним рядом нет (объект). Появляется внутренний мир и внешний, внутреннее представление о маме и реальная мама. Конечно, лет до 3 этот внутренний образ матери - еще не целостный образ отдельного от ребенка человека со своими независимыми от ребенка желаниями, своим внутренним миром. Пока отношение ребенка к маме функционально, как с вещью (вначале – это только ее грудь, а он – это рот), которая появляется по его желанию, чтобы его удовлетворить. Он «ее господин», он ею обладает и она его собственность. Этот период состояния всемогущества ребенка в психоанализе называют первичным нациссизмом.

Он создает необходимый фундамент для дальнейшего развития и отделения от матери, дает ему надежное ощущение ценности своего бытия, своей самости, поскольку его ядро – это идентификация (присвоение ребенком качеств любящей его матери) ребенка с удовлетворяющей его матерью. Лишь постепенно он может отказаться от своего всемогущества, признавая ее право на свои желания ( здесь важен отец ребенка, к которому мать от него уходит) и, обнаруживая все больше собственных возможностей, автономии и желаний не связанных с матерью. Но так происходит далеко не всегда.

Есть три варианта поведения матери в этот период, которые приводят к наиболее тяжелым нарушениям развития ребенка:

Гиперопекающая мать

Это тревожная мать, предвосхищающая малейшие желания ребенка. Она все время «висит» над ним, не позволяя ему почувствовать желание, делая его, таким образом, несуществующим. У ребенка не образуется Я, которое может ее желать, поскольку мать не дает возможности «просвета» для возникновения желания. Кроме того, постоянно теребя и стимулируя ребенка (« А вдруг с ним что- то не так, ему плохо!») она поддерживает его в перевозбужденном состоянии (могут лет до 2.5 насиловать ребенка грудью, полагая, что так он «здоровее будет»).

Отсутствующая мать

Это мать «заброшенного» ребенка. Временные возможности ребенка справляться с беспомощностью и напряжением, галлюцинируя удовлетворение, ограничены. Если мамы не будет слишком долго, то нарастающее возбуждение, боль и ярость делает его желание к ней (представление о ней) бесполезным и бессмысленным, оно «стирается».

А соматическое возбуждение, ярость, не связанные с образами и представлениями, накапливаясь в теле, становятся источниками психосоматических заболеваний.

Мать, удовлетворяющая невпопад.

Это мать ребенка, удовлетворяемого невпопад. Она не ожидает его «просьбы», приписывает ему свои собственные желания: кормит, когда ребенку холодно, либо укрывает его, когда он хочет есть. Она дает его желанию искаженный смысл, что в дальнейшем приводит его к невозможности связать свои ощущения, свое соматическое возбуждение с соответствующим желанием. Мать подобна переводчику, который неправильно переводит желания ребенка. Слова ее лишены смысла для ребенка, так же как и ее любви

Эти варианты поведения матерей приводят к серьезным ранам (дырам) в первичном нарциссизме ребенка, то есть - в ощущении своего собственного бытия, жизни, своей самости. Его нарциссизм оказывается очень хрупким и нестабильным, а в наиболее тяжелых случаях, его ощущение себя как отдельной личности просто не возникает. Психоз – полное слияние с матерью, он ею окружен, собственные желания выброшены вовне и воспринимаются им в виде пугающих его галлюцинаций и бреда, воспринимаемого как внешняя реальность.

Символизация

При достаточно хорошей матери, дающей пространство для возникновения у ребенка желаний, позволяющей ему злится на нее за то, что она отсутствовала, ребенок не боится, что его желания и его гнев на нее разрушат мать. А мать, понимает и принимает гнев своего голодного и соскучившегося по ней ребенка и выдерживает его, давая его желаниям слово: «Ты кусаешь меня, потому что проголодался и сердился, что я все не прихожу!», «Ты так кричишь и бьешь меня, потому что ты замерз, а меня не было!» и т. д. Слова любящей матери, помогают ребенку символизировать его состояния, чтобы они могли стать желаниями. Это значит, что его соматическому возбуждению и напряжению мать словами придает смысл, она связывает его соматические ощущения со своим образом, с собственной желанностью для ребенка. Поэтому мать называют еще первой переводчицей желаний ребенка – она словами связывает его соматические ощущения с желаниями направленными на нее (символизирует их). Символизация помогает ребенку найти границы между собой и мамой, между ее телом и своим. Первоначально этой границы нет, как и его самого, поскольку он растворен в материнской вселенной и лишь ее слова наполненные любовью к нему помогают ему обнаружить себя отдельного от мамы.

Пациенты, с «раненым» первичным нарциссизмом имели матерей, которые плохо символизировали желания ребенка. Это матери, которые мало говорят, а больше делают что-то с ребенком или для ребенка, обращаясь с ним как с вещью, либо искажают их восприятие, придают ему неправильный смысл. Потом, когда такой пациент обратится за помощью, эту работу по символизации и возвращению смысла вместо матери предстоит проделать аналитику в процессе проигрывания с пациентом в переносе тех отношений, которые были у пациента с родителями.

Мать – любовница отца

Мать может помочь своему ребенку стать самостоятельной личностью и «почувствовать, что жизнь – это созидательное и увлекательное приключение» (Джойс МакДугал – блестящий французский психоаналитик), только если в ее внутреннем мире есть контакт с третьей стороной - отцом ребенка.

Если мать ребенка не имеет удовлетворяющих ее любовных отношений с отцом ребенка, или эти отношения очень конфликтны, то она весьма рискует бессознательно использовать ребенка как сексуальный или нарциссический (подкрепляющий ее значимость, самоуважение) объект для себя. Есть женщины, которые так наивно и заявляют: «Я хочу ребенка для себя!», «Мужчина мне не нужен!». То есть, этот ребенок предназначен для затыкания дыр в ее раненом первичном нарциссизме и ее нехватки в мужчине: быть ее фаллосом (вещью, которой она гордится), «затыкать ее вагину». Французский психоаналитик Жак Лакан, говоря о бессознательных желаниях матери в отношении ребенка, предлагал такую метафору: «Мать подобна голодному крокодилу, жаждущему проглотить ребенка, вернуть его в свою утробу и только отцовский фаллос, вставленный в эту ненасытную пасть способен спасти ребенка от поглощения ею!». Если у матери в голове не существует сексуального, желаемого ею образа отца, то ребенку изначально уготована судьба - быть маминым продолжением и в прямом и в переносном смысле. Французские психоаналитики называют такого ребенка – «ребенком ночи». Часто так и происходит – вместо мужа ночью в постели с матерью спит ребенок. Для нее ребенок становится бессознательной заменой мужчины-отца, как объекта сексуального желания.

Если же мать хочет, чтобы ребенок психически развивался, она должна следовать его желаниям, а не он должен обслуживать ее сексуальные желания. А для этого она должна любить и быть любимой отцом ребенка. Он является в отношениях третьей стороной и его присутствие как раз и дает ей возможность быть матерью для своего ребенка, вкладывая в него свою любовь как в «ребенка дня». Чередование дня и ночи можно сравнить с чередованием присутствия и отсутствия матери для ребенка. Когда ее нет с ребенком – она с отцом. Она укладывает ребенка спать и становится сексуальной женщиной для сексуального отца. Французские психоаналитики называют это «цензура любовницы». Это запускает и структурирует фантазматическую жизнь ребенка: чтобы он мог фантазировать и представлять то, что происходит в родительской спальне (между родителями), дверь в эту спальню для него должна быть закрыта. Это помогает ему постепенно отделить свои желания от желаний матери, детскую сексуальность, от взрослой генитальной сексуальности, взрослые отношения отца и матери от его детских отношений с ней, мать от женщины (любовницы отца). И, самое главное – это помогает ему принять «закон отца», «слово отца»: отец для матери важней ребенка, ребенок - не есть ВСЕ для матери, он не ответственен за счастье (удовлетворенность) своей матери.

Психоанализ, как выход из безвыходности

Став взрослыми, дети, чьи матери исключали отца из отношений (отсутствующий или слабый, «кастрированный» отец, соглашающийся на свою второстепенную роль в отношениях между ним, женой и ребенком), имеют серьезные проблемы в построении собственных любовных отношений, поскольку они по-прежнему остаются психологически зависимы и связаны со своей матерью, чувствуют себя несчастливыми и ответственными за несчастье собственных родителей и, прежде всего, матери. Так происходит из-за того, что этот ребенок был в детстве впутан во взрослые отношения отца и матери и стал тем, кто их разделяет (в нормальной семье – разделяет отец). Чтобы строить собственные взрослые отношения с партнером, необходимо завершить отношениями с собственной матерью. Чтобы войти в новые отношения, нужно выйти из старых отношений (со старой мамой). Если этого не произошло, то все попытки создания новых отношений воспринимаются как повторение старых неудачных отношений (Мать одной из пациенток, говорит дочери: «Мужчины появляются и уходят, им верить нельзя, а мама у тебя будет всегда!» - то есть, ты только моей можешь быть и ничьей больше и это будет вечно). Тогда собственное состояние воспринимается, как безвыходное, поскольку нет третьего.

Психоанализ и психоаналитик для таких пациентов становится третьей стороной, которой так не хватало в отношениях с матерью, что помогает вернуть «закон отца» в голову пациенту и увидеть выход.

"Если воспитатель признаёт переживания ребёнка, но постоянно внушает ему мысль, что тот не соответствует ожиданиям, ребёнок может почувствовать, что разочаровывает родителя и что над отношениями нависла угроза. Для сохранения отношений происходит интернализация (помещение вовнутрь) жёсткого, неодобряющего родителя, и в результате такой интернализации ребёнок может воспринимать реального родителя как доброго. В дальнейшем человек ощущает себя недостойным каких - либо достижений и успехов, и это чувство защищает отношения. Усомнившись в своей способности привлечь интерес воспитателя, ребёнок считает, что он не заслужил права добиваться своих целей.

Реальные отношения, освобождённые от многих негативных аспектов, могут способствовать развитию в некоторых сферах, однако ценой этого становится постоянное самообвинение и тенденция замечать со стороны других лишь критику и неодобрение. Только таким способом удаётся установить номинально позитивные отношения. Хотя чувство вины может появляться на любом уровне патологии, именно оно используется наиболее часто для укрепления связи с объектом. Негативные объектные отношения и их репрезентация в форме " обвинительных голосов" возникает в результате попытки спасти самость и в то же время удовлетворить другого в надежде на любовь. Потенциальные возможности, не соответствующие родительским ожиданиям, вызывают чувство вины и самообвинения. Пока ребёнок пытается угодить воспитателю, развитие его самости задерживается."

Ф.Саммерс из "За пределами самости"
Источник: http://ameli39.livejournal.com/772845.html

Автор статьи: Лариса Тишанская. Источник

Я психолог-психотерапевт-сексолог, и ко мне часто обращаются женщины и мужчины со сложностями в интимной жизни. Разбираясь в этих проблемах, я регулярно сталкиваюсь с тем, что их корни лежат глубоко в детстве. Очень часто родители, сами того не подозревая, тормозят психосексуальное развитие собственного ребенка, а проявляется это все, уже в зрелом возрасте, в качестве сексологических симптомов, таких как: нарушение либидо (отсутствие сексуального желания), оргастическая разрядка (как у мужчин, так и женщин), в некоторых случаях импотенция, страх сексуальной близости или нарушение половой ориентации. Что же необходимо знать родителям о психосексуальном развитии детей и как вести себя для того, что бы во взрослой жизни ваш ребенок не сталкивался с вышеописанными трудностями?

Кажется, только вчера ваш ребенок первый раз улыбнулся, сделал первый шаг, сказал первое слово. Как еще далеко до первой влюбленности, первых свиданий, первого сексуального опыта! Но первые шаги психосексуального развития ненадолго отстают от первых шагов малыша.Оттого, каким будет развитие, какой будет реакция окружающих на первые проявления сексуальности, во многом зависит, насколько дети, став взрослыми, будут способны к любви и дружбе, общению и взаимодействию, какими они будут супругами и родителями.

Практически у всех взрослых людей, которые обращались ко мне за помощью, был один общий момент, одно совпадение: таким людям с детства внушалось, что обнаженное тело – это плохо, стыдно, грязно, Став взрослыми, раскованными, даже сексуально грамотными, они не смогли забыть ребенка в глубине собственной души, в самых дальних, укромных уголках памяти; того ребенка, который был испуган грозным окриком отца или матери, того ребенка, которого поймали за игрой с собственными гениталиями и наказали за это; которого уличили в рассматривании половых органов сверстников противоположного пола и испугали громким скандалом, поднятым взрослыми. К сожалению, уже поздно спрашивать с родителей того испуганного малыша: как ребенок поймет свою половую роль без сексуального взаимодействия, без осознания, кто мальчик, кто девочка и какие роли отвела нам всем мать-природа? Как и у кого он научится самому важному и интимному, изучению собственного тела, без спокойной, ровной поддержки взрослых?...Как итог, травмированные в детстве асексуальным воспитанием, стали стыдиться своего тела, бояться своей сексуальности.

Сексуальное поведение человека не наступает с какого-то определенного момента, не имеет определенной даты: сегодня его не было, а завтра – началось. Оно развивается и формируется с самого начала практически с зарождения жизни, и недаром по поведению малыша в утробе матери опытная акушерка может предугадать пол ребенка. Так, например, применение гормонов для предотвращения выкидыша влияет на девочек: они становятся более развиты умственно, но телосложение у них становится мальчиковое; они предпочитают мальчишеские игры, очень независимы и самоуверенные; из них вырастают такие девочки, которых в компаниях зовут «свой парень».

Но, как и все на свете, любое поведение поддается корректировке в ту или иную сторону; так, одни действия воспитателей могут способствовать правильному формированию психосексуального поведения, а другие, наоборот, помешать.

Уважительное отношение взрослого к ребенку, спокойное отношение к вопросам, которые появляются у малыша, это, пожалуй, один из главных факторов психосексуального воспитания. Однако, ребенок не требует объяснений, которые ему не по возрасту, хотя и ответы-отговорки ему также не нужны. Так, достаточно стандартна ситуация, когда дети начинают проявлять интерес к своему появлению на свет. Рано или поздно каждый нормально развивающийся ребенок задаст такой вопрос,Как ответить на него?Оборвать, замолчать? Если ребенок не узнает это у вас, то будет искать ответ у чужих людей, и кто знает, что они скажут!

И что скажет взрослый?

"Аист принес". Для городского ребенка, который слова об аисте звучат непонятно и воспринимаются как отговорка родителей, которым не понравился вопрос.

"В капусте нашли". Еще одна отговорка, притом не очень умная: даже городские дети видели вилок капусты, и могут понять, что во-первых, капуста маленькая, во-вторых, детей там нет.

"Купили в магазине". Один из самых плохих ответов. Страх остаться одному без родителей, лежит в основе многих детских неврозов.А, если малыша купили в магазине, значит, его могут и продать, и поменять, как бракованный товар, если он, например, будет плохо себя вести….Рассказ о мифическом магазине ничего не объяснит ребенку, но при этом вы рискуете психологическим равновесием и душевным здоровьем малыша.

Однако, и правдивый ответ, может нарушить не только душевное спокойствием ребенка, но иногда и его здоровье.

В моей практике был случай. Ко мне обратились родители 5 летней девочки с проблемами, связанными с сильными запорами. Она намеренно задерживала опорожнение кишечника. В результате чего, врачи назначили медикаменты и порекомендовали психотерапию. В процессе нашей с ней работы, выяснилось следующее: ребенок задал родителям этот «неудобный» вопрос, они в свою очередь, перенаправили ее к старшему брату (разница между детьми значительная, больше двадцати лет), который работал акушером-гинекологом в одном из родильных домов. Брат дал ей полный и исчерпывающий ответ на вопрос как рождаются дети (по-видимому, с ненужными ей подробностями), однако он не рассказал, откуда они берутся в мамином животике (он попросту не знал, что ответить). Психика маленькой девочки не смогла должным образом переварить полученную информацию, в результате чего, она пришла к выводу, что если она пойдет в туалет, и подуется, то у нее родится ребенок, которого она не хочет. Мы долго работали и с этой девочкой и с ее родителями, прежде чем, у нее все наладилось. Все могло закончиться более плачевно, если бы врачи к которым обратились родители, не отправили ее на прием к психологу.

Разговаривайте с детьми, не стесняетесь вопроса ребенка, не смущайтесь проявлению его сексуальности, не бойтесь вопросов о его происхождении, но говорите с малышом на его языке, на уровне его восприятия.Детство действительно чисто и невинно, но совсем не потому, что в нем нет места сексуальности, а потому, что отношение к ней не испорчено дурными словами.

Автор: Бондарева Светлана Павловна

Корни многих наших проблем тянутся, как все мы знаем, из детства.
Неэффективные модели поведения, которые не дают нам построить крепкие отношения, реализовать себя во всех сферах жизни, неуспешность, да и просто ощущение себя неудачником – все это тянется за нами шлейфом.
Если у человека была более-менее психологически здоровая семья, ему легче идти по жизни, потому что его представления о ней более адекватны и не противоречивы, как в случае, если человек вырос в семье дисфункциональной, где многое переворачивалось с ног на голову, и ребенок не знал, на что же ему ориентироваться и во что верить - и в результате вырастал со множеством внутренних конфликтов и противоречий.
Давайте рассмотрим некоторые признаки
здоровой (З.) и дисфункциональной (Д.) семьи,
а так же последствия для детей, в них выросших:
З. – доверие к себе, своим чувствам, другим членам семьи и к миру в целом.
Д. – недоверие, причем зачастую оно тотально. Человек постоянно сидит в психологической обороне и напряжении, ожидая от мира «засады» и подножки. В результате он боится сделать в своей жизни лишний шаг, рискнуть и как-то проявить себя.
З. – поддержка и помощь. Ребенка учат не только просить помощи, но и отдавать.
Д. – обвинение и наказание. Фраза «ты сам виноват» частый гость в таких семьях. Ребенок научается тому, что в сложных ситуациях он оказывается один на один со своими трудностями. А со временем и вовсе перестает обращаться за помощью, т. к. понимает, что это себе дороже – родители не только не помогут, но еще и добавят, чтобы «в следующий раз головой думал».
З. – терпимость к ошибкам, принятие их как необходимой части опыта. Это вытекает из предыдущего пункта. В здоровой семье взрослые понимают, что не ошибается тот, кто ничего не делает. У человека действующего и ищущего обязательно будут ошибки, и важно показать ребенку, как можно извлечь из них полезный опыт.
Д.- ошибка трактуется как признак неполноценности (недостаток ума, недальновидность, плохой характер). Через ошибки делается вывод о личности ребенка в целом (разумеется, этот вывод негативен). Т. е. такая вот тотальная оценка, причем в полярных категориях – хороший-плохой. Вообще, полярность оценок и суждений - это один из признаков деструктивной семьи: не признаются полутона, все оценивается категорично и непримиримо.
З. – через ошибки воспитывается ответственность. Родители постепенно расширяют эту зону, давая ребенку на себе испытать последствия своих поступков.
Д. – семью бросает из крайности в крайность: либо гиперопека, либо заброшенность ребенка и эмоциональная холодность по отношению к нему.
З. – открытость в общении. Ребенок будет услышан, даже если услышанное родителям не нравится. В этом случае они будут разбираться, почему это происходит.
Д. – закрытость. Родителям проще сделать вид, что ничего нет и не происходит, чтобы не сталкиваться со сложными чувствами ребенка. Проще приучить его не чувствовать и не доверять своим чувствам.
З. – сотрудничество и уважение. Родители учат ребенка договариваться, воспитывают в нем убеждение, что семья - это сплоченная команда.
Д. – саботаж и манипуляции. В семье идет постоянная борьба и противостояние – один из членов семьи постоянно пытается другого заставить что-то делать (любыми путями), другой изо всех сил сопротивляется.
З. – потребности всех членов равноценны, услышаны и учтены.
Д. – потребности одних членов семьи важнее, чем у других. Бывают варианты, когда потребности кого-то из семьи постоянно и систематически игнорируются под любыми предлогами, которые подаются под видом заботы.
З. – прозрачность коммуникаций.
Д. – двойные послания. Например, мама говорит дочке, что она самая красивая, но при этом постоянно покупает ей мешковатую страшную одежду, приговаривая, что такую фигуру, как у дочки, надо прятать под балахоны. В результате дочка не знает, на какое из маминых посланий ей ориентироваться, и начинает внутренне метаться между ними.
З. – помощь и забота о членах семьи бескорыстная.
Д. – помощь «продается» или обменивается.
З. – уважение к физическим и психологическим границам каждого в семье. Ребенок научается уважать как свои, так и чужие границы.
Д. – постоянное посягательство на вещи и внутренний мир, которое оправдывается положением родителя: я мать/отец, я имею право. В итоге ребенок плохо понимает, где его "я", а где нет, и может быть перекос в поведении: либо он открывает границы всем подряд и в итоге попадает в весьма небезопасные ситуации, либо наоборот, закрывается и обрекает себя на одиночество.
З. – семейные традиции, которые закладывают у ребенка ощущение семьи, ощущение тыла и поддержки. В таких семьях высокое качество общения – ребенок чувствует, что его слушают и слышат. Он не опасается быть преданным своими же близкими.
Д. – частое слово, которое слышит ребенок в ответ на просьбу побыть с ним – «некогда». При этом родители находят время на компьютерные игры, встречи с друзьями и пр. Ощущение собственной уязвимости перед родителями, страх открыться им и быть потом преданным, т. к. рассказанный секрет может обернуться против самого ребенка.
З. – открытость к помощи извне в трудных ситуациях.
Д. – нельзя выносить сор из избы, внешне должна быть идеальная семья. И это сложный момент, т. к. во многих случаях дети в таких семьях, умалчивая о происходящем дома, не могут получить так необходимую им помощь и поддержку, чтобы справиться с травмирующими ситуациями, которые неизбежны в дисфункциональных семьях.
З. – открытое выражение любви, телесный контакт.
Д. – невозможность открыто выражать свою любовь. По сути, в таких семьях любви как таковой и нет, есть только функциональная забота. Поэтому детям сложно в таких условиях – внешне о нем заботятся, кормят-поят-одевают-лечат-учат. Но внутри он чувствует, что это не то, что тело вроде одето и сыто, а вот душа не согрета, нет ощущения дома, семьи, поддержки.
В семье могут присутствовать все признаки из перечисленных, а может только часть.
Ребенок, вырастая, понесет с собой этот набор представлений о том, какими должны быть отношения, даже если это семья дисфункциональная. Его собственная семья может развиваться по модели родительской, с теми же травмирующими ситуациями, но может пойти и по другому сценарию, если выросший ребенок проведет «ревизию» своего опыта и осознанно перестроит шаблоны поведения.

1. Оптимальное количество разделенной информации. Для переживания близости, доверия и комфорта в совместной жизни у людей, живущих вместе, должно быть ощущение, что они знают друг о друге определенное количество и базовой (про прошлое человека, значимые события в его жизни, его родственников, друзей, коллег), и текущей информации (про то, как прошел день, как человек себя чувствует, как он относится к своему партнеру). Опытным путем люди приходят к определению этого количества информации и к пониманию приоритетов в этой зоне – того, о чем следует сообщать в первую очередь.

Кроме того, пара «договаривается» о том, кто более открыт. В одном браке распределение было таким: жена старается все рассказывать мужу, и когда муж внимательно ее слушает, оба довольны. Не требуется, чтобы муж так же подробно рассказывал о том, как прошел его день. Проблемы возникают, когда муж не слушает жену. В другой семье считается правильным, когда оба супруга делятся значимой информацией. Важно договориться о том, кто отвечает за понимание: кто дает сообщение или кто его получает. В одной супружеской паре муж – большой ученый – априори считается выключенным из обыденной жизни. Жена не в состоянии понять, чем он занят, и ей это в целом неинтересно. Жена организует домашнюю жизнь, например, просит мужа совершать некие покупки. Тогда муж получает подробный список с инструкциями и жена еще звонит по ходу дела. В их совместной жизни жена отвечает за понимание.

2. Определенное количество совместно пережитого опыта. Если люди только общаются, но ничего не делают вместе – это виртуальный роман. Если люди только что-то делают вместе – занимаются любовью, едят и развлекаются, но мало знают друг о друге, – это компаньоны. Для некоторых пар достаточно опыта, который они вместе переживают дома и в магазине, для других необходимо и отдыхать вместе, и развлекаться, для третьих значимо вместе общаться с друзьями и/или родственниками. Главное, чтобы совпадали приоритеты.

3. Общая картинка благоприятного будущего. Супруги должны понимать, зачем они вместе, причем понимать более или менее одинаково.
В последнее время дети перестали быть универсальным оправданием для брака, стало возникать много специфических причин, да и сам брак стал хрупким. Именно поэтому общая картинка благоприятного будущего – это крайне необходимое ребро жесткости. Пара примерно одинаково представляет себе, как хорошо они буду жить летом, через год и в старости. В это понимание «хорошего» входят и появление, и будущее детей, и как заботиться о родственниках, как отдыхать, приумножать ли состояние, как обеспечивать свою старость и т.п.

Помимо этих трех составляющих, в функциональном браке должна быть определенным образом устроена коммуникация между супругами.

Любая социальная система пронизана коммуникациями, буквально затоплена ими. Дело в том, что в человеческой группе коммуникации тождественны поведению. Поведение есть всегда, «неповедения» не бывает. Согласно системной теории, любое поведение несет в себе информацию. Фактически, супруги погружены во взаимодействие и общение, хотят они этого или нет. Избежать коммуникации невозможно. Таким образом, будучи в группе, пусть даже состоящей из двух человек, человек находится в информационном поле. Он постоянно дает сообщения и получает их. Отказ от общения также является сообщением. Чем теснее связаны между собой в группе люди, тем большим количеством информации они обмениваются. Информативными являются не только слова, тон голоса, жесты и выражение лица, но и всякое изменение.

В функциональной семье изменения обсуждаются, в дисфункциональной часто не обсуждаются. Возникают зоны молчания, люди предпочитают не проверять свои версии происходящего, а принимать их за истину.

Автор: А.Я.Варга
Источник: http://ameli39.livejournal.com/870983.html

Автор: Петров Сергей Викторович


Я бы хотел поговорить о таком важном аспекте пары, как психологическое, эмоциональное расстояние между партнерами.
Сильное сближение на продолжительное время возможно только в начале отношений (период влюбленности, когда нет его и её, а есть мы).
Затем постепенно для нормального, комфортного существования пары важно искать и находить то расстояние, которое на настоящий момент для каждого из контактирующих комфортно.
Это может быть слияние (например, во время секса, но некоторые умудряются и в этот момент не встретиться), затем отдаление эмоциональное, физическое друг от друга. После этого снова может быть слияние, или сближение меньшей интенсивности.
А как же определить, когда что нужно?
По своим эмоциям, потребностям, которые появляются у человека.
Когда вам хочется встретиться (я имею в виду эмоционально, физически вы можете располагаться рядом), то может возникнуть потребность в близости, привязанности, понимании, человек начинает скучать по общению со своим партнером.
Когда эти потребности удовлетворены, возникает ощущение насыщения, удовлетворения.
Эмоция, которая маркирует пресыщение, как для физического тела, так и для психики, одна и та же – это отвращение. Эта эмоция в нашем обществе достаточно табуирована, однако именно она указывает: вы перебрали во взаимоотношениях с данным человеком и, похоже, уже слишком перебрали. И это сигнал к тому, что нужно от человека дистанцироваться - не обязательно физически, можно эмоционально. Вполне возможно, в этот момент нужно побыть одному, прислушаться к своим потребностям, как говорят психологи – поискать себя.
Регулярное переедание партнером может вызвать со временем хроническое отвращение к этому человеку, когда кажется, что глаза бы мои его не видели. И, как следствие этого, иногда случается развод. Как показывает моя терапевтическая практика, такое в парах (семьях) случается достаточно часто. Поэтому для профилактики пресыщения важно регулярно устанавливать ту дистанцию между партнерами, которая актуально на настоящий момент.
Именно регулярно искать это расстояние, а не раз и навсегда установить. А это возможно, только если партнеры слышат себя и друг друга. Однако это (умение прислушиваться к своим потребностям, эмоциям) развито далеко не у всех, поэтому бывалые люди советуют разъезжаться на время отпуска, иногда проводить время в разных компаниях, иногда заниматься разными делами.
Отдельные умельцы находят такой вид деятельности, который обеспечивает достаточно редкое пересечение со своим партнером в течение недели, месяца, года. Например, работа вахтенным методом, длительные командировки, капитан дальнего плавания.
Однако я верю (это показывает мой терапевтический и собственный семейный опыт) в то, что приближение и отдаление в семье возможны, даже если партнеры проводят длительное время вместе. Можно отдалиться друг от друга эмоционально, даже оставаясь вместе в одной комнате, одном доме. Отдалиться не с фигой в кармане, с кучею страхов, а вполне осознанно, спокойно, уделив нужное количество времени себе любимому, и позволить это своему партнеру.
Если добавить немного теории, то опыт приобретается в контакте с другим человеком (если он, конечно, есть, у некоторых контакт с партнером так и не случается, так что прерывать оказывается нечего). А вот ассимиляция опыта возможна только вне контакта, поэтому его так важно периодически прерывать.
Еще один важный момент.
Достаточно часто один партнер уже свое получил, а другой еще нет.
Что ж, нужно договариваться. Делиться своим состоянием друг с другом. Если партнера все время держать эмоционально возле себя, то, как показывает опыт, из этого ничего хорошего не получается.
Отношения - процесс, конечно, непростой. Как говорил директор московского гештальт-института Данила Хломов, человеку естественней жить одному. Меньше стрессовых ситуаций, не нужно ни под кого подстраиваться. Но, как показывает мой жизненный и терапевтический опыт, в отношениях тоже много чего хорошего, которого нет в одинокой жизни.
Как то на тренингах про отношения у известного московского психолога Сергея Шишкова (Сталкера) разбирались преимущества жизни одному и в паре. Основополагающим достоинством пары оказалось возможность чередовать возможность побыть одному и вдвоем (или втроем, если есть дети).
Но для того, чтобы комфортно жить вместе, нужно работать над собой. Признать, что у партнера могут быть свои мысли, желания, смыслы жизни, не всегда понятные вам. И разрешить это партнеру.
А иначе мы можем комфортно общаться только со своими иллюзиями, со своим спроецированным фантомом партнера, ребенка, мамы, папы, друга, с которыми нам легко и просто. Которые нас понимают, и мы их тоже. Благодать. Но только там практически нет места реальному человеку, со всеми его особенностями.
Но у меня есть уверенность, что в отношениях настоящего человека можно увидеть и жить с ним счастливо.
Жить самому и давать жить партнеру. Вот такой я оптимист.