Мораль и совесть
В психоанализе считается, что суперэго возникает, когда врожденные инстинкты ребенка сталкиваются с внешними, авторитетами и запретами, и в результате происходит интернализация (интропроекция) авторитетов и запретов. Таким образом за формирование специфической индивидуальной формы суперэго отвечают два источника: первый — специфическое, индивидуальное качество и интенсивность инстинктивного состояния ребенка, и второй, основной, — природа доступного для интернализации материала. Haпример, патология суперэго обычно соотносится с отсутствием, несоответствием или чрезмерной жесткостью родительского авторитета.
К двум основным источникам, определяющим качество суперэго, можно добавить и третий: статус различных функций эго (в особенности, существующую модель мышления, преобладающие формы эмоционального восприятия и т. п.), которые могут вовлекаться в процесс трансформации внешнего авторитета во внутренние склонности, восприятия и аффекты. Однако, что бы мы не считали источниками появления суперэго, пет сомнений в том, что взрослая форма суперэго, или, точнее, форма компонентов и проявлений суперэго, присутствующих в сознательном субъективном восприятии личности, - форма совести, моральных ценностей и тому подобного — всегда зависит от модели мышления и восприятия.
Здесь возникает вопрос: какие общие модели мышления и субъективного восприятия необходимы для существования нормальных моральных ценностей и совести? Можно задать и еще один вопрос: возможно ли существование нормальных моральных ценностей и совести в контексте импульсивной модели деятельности? Я постараюсь ответить па эти вопросы, хотя ответы будут краткими и неполными.
С этой целью лучше отделить проблему моральных ценностей от проблемы совести. Сначала давайте рассмотрим природу моральных ценностей — моральных ценностей, выражающихся в интересах или целях. Такие моральные ценности, как справедливость, истина или честность прежде всего являются крайне абстрактными интересами или целями. Это идеалы. Их цель — соответствие абстрактному принципу, они рассчитаны на долгий срок, и получаемое удовлетворение неосязаемо и часто неполно. В определенном смысле, это не личные ценности, поскольку они более или менее объективно определены и относительно независимы и отдалены от временных предпочтений и интересов личности. Например, справедливые действии могут принести конкретному человеку пользу, а могут — вред. Но если справедливость является важной ценностью то, даже если она нанесет вред, человек может предпочесть справедливость собственной выгоде. Другими словами, эти ценности и, возможно, идеи, могут рассматриваться, как высокоразвитые цели или интересы; они отличаются от стремления к немедленному удовлетворению не только содержанием, но и формой.
Таким образом, для существования моральных ценностей требуется определенный уровень эмоционального развития, способность аффективного вовлечения в неосязаемые интересы, относительно далекие от личных потребностей. Кроме того, имеется сходство, что для их существования необходимо определенное когнитивное развитие — умение видеть перспективу и способность размышлять, — это неотъемлемая часть уважения к принципам. Поэтому неудивительно, что такие моральные ценности как справедливость обычно развиваются у детей медленно и постепенно.1 Трудно себе вообразить, что подобные ценности разовьются в контексте стиля, в котором интересы ограничены немедленным достижением и удовлетворением, а в сознании доминирует все, что относится к личности.
Можно возразить, что моральные ценности не обязательно основаны на уважении к абстрактным принципам и идеям и могут включать в себя более практичные личные интересы. Так, гуманист может возразить, что его интерес к социальной справедливости, — это не только вопрос принципа, но и сочувствие к людям; социолог может сказать, что уважение к закону и социальной регуляции является социальной необходимостью и потенциально защищает каждого; ученый может сказать. что ценит истину, потому что наука без нее невозможна; художник может сказать, что предъявляет к себе высокие требования лишь потому, что любит искусство.
Безусловно, абстрактные моральные ценности; уважение к принципам и идеям, обычно существуют в контексте других, квазиморальных ценностей и социальных, идеологических, интеллектуальных или даже эстетических интересов. Но все эти ценности, цели или интересы весьма абстрактны, направлены на перспективу и достаточно удалены от конкретной выгоды, которую человек, может получить в ближайшее время. Очень часто эти ценности даже противоречат конкретной выгоде. Иными словами, это высокоразвитые, стабильные и постоянные цели или интересы, для которых требуется относительно высокоразвитая аффективная организация, выходящая вместе с познанием, без особенных волнений за пределы данного момента. Эти квазиморальные ценности и интересы почти неотделимы от моральных идеалов, и потому едва ли могут появится у импульсивного человека. У него отсутствуют необходимые для этого аффективные и когнитивные структуры.
Наличие совести ни в коем случае не эквивалентно уважению к моральным ценностям. Совесть включает в себя различающее восприятие — «мне следует» или «я должен» (см. Гл.2). «Я должен» всегда подразумевает ссылку па моральный стандарт, иногда в форме общего морального принципа, а иногда — просто в форме конкретного авторитета, уважаемого человека. Для этого нужно посмотреть на себя и свои действия с точки зрения принципа или авторитета, что часто приносит разочарование. Именно этот квази-внешний взгляд на себя мы имеем в виду, говоря о «внутреннем голосе» или «голосе совести».
Таким образом совесть зависит от способности личности отстраниться от себя и самокритично себя исследовать. Самокритичное изучение черты поведения — а в обсессивно-компульсивном случае, изучение всех черт поведения — с точки зрения морального стандарта, иногда включает в себя достаточно абстрактные аспекты. Изучаться может не только практическое значение черты поведения (а также мысли или мотива), но и потенциальная моральная важность: что это «значит» для морали, каковы будут последствия и т. п.
Например, пациент решил, что нехорошо посещать проститутку, потому что этот поступок поддерживает институт проституции, который служит злу и несправедливости; он не рассматривал конкретные последствия такого действия.
Даже если самокритичное изучение исходит из более конкретной точки зрения — например, чтобы мой отец (учитель, ...) об этом бы подумал — для него требуется отстраненное внимание, фокусируемое на собственных мыслях или поведении, рассмотрение их с особой точки зрения.
Такое отстраненное и самокритичное внимание более всего характерно для обссесивно—компульсивного стиля; такая форма мышления проявляется в совести, в сомнениях и в характерном обсессивном симптоме, — в беспокойстве. Но эта форма мышления чужда импульсивному стилю. Я не хочу утверждать, что импульсивные люди никогда не испытывают уколов совести. Я лишь хочу сказать, что чем более импульсивным является человек, тем более ограничена у него совесть.
Эгоцентрическая когнитивная ориентация и пассивная конкретность познания несовместимы с таким самокритичным изучением. Я попытался показать, что общие ограничения этого стиля мышления, критической самооценки и активного ищущего внимания таковы, что нарушают даже обычное суждение и логическую объективность. При таких условиях не может развиться ни самокритичный «внутренний голос», ни совесть. А может ли мышление, отвергающее даже очевидную логическую значимость ради сиюминутных личных впечатлении., обратить внимание на потенциальную моральную значимость? Иначе говоря, человек, поддающийся искушению что-либо сделать и не задумывающийся над тем, какие будут последствия через два месяца, вряд ли будет рассматривать свое действие с точки зрения абстракт ной морали и не задумается, что значило бы такое поведение для социального устройства, если бы так делал каждый и т. д.
Остается добавить лишь одну деталь. Человек, не привычный и не способный к самокритичному мышлению, которое является фундаментом совести, лишен и другого фундамента как в действиях, так и в субъективном восприятии действий. У такого человека почти отсутствует субъективное ощущение свободы воли и намерения, и крайне сжата фаза подготовки к действию. Дело не только в том, что эта подготовительная фаза (планирование, ожидание и тому подобное) создают важнейшую возможность для деятельности совести. Не менее важно то, что для ощущения моральной ответственности требуется чувство реальной ответственности, то есть намеренности, свободы воли и свободы выбора. Если человек действует стишком быстро и не успевает почувствовать груз желания, размышления, решения и последующего действия, то исчезает не только время, по и сам материал для деятельности совести.
Это можно увидеть на примере психопатов. К действию, которое у любого другого вызвало бы муки совести, они относятся по принципу «на войне как на войне». «Это ужасно, но никто не виноват - в этих условиях любой поступил бы так же». В этом отношении отсутствует не только совесть, но и ощущение свободы действий, свободы выбора.
Например, во время телевизионного интервью у преступника спросили, почему он зверски застрелил стоявшего рядом охранника. Тот, пожав плечами, ответил, что этот (невооруженный) охранник двинулся ему навстречу, и он выстрелил чисто инстинктивно: так сделал бы любой другой. Он явно не догадывался об объективном существовании множества других возможностей — бегства, угрозы и тому подобного.
Таким образом, совесть и моральные ценности не являются отдельными психологическими элементами, а зависят от множества когнитивных и аффективных функций. Лишь в определенном контексте мораль будет развиваться и процветать, и, в свою очередь, влиять на более общие аспекты деятельности. В импульсивном стиле (включая и диагностические категории, которые я выделил в предыдущей главе) моральные ценности сравнительно неразвиты и не оказывают существенного влияния, а совесть оказывается поверхностной. Но эту черту выделяют особо, и она стала основной (хоть это и неверно) отличительной чертой импульсивного стиля, более примитивного в аффективном и когнитивном отношении, который мы диагностируем как психопатический характер. Психопат не обязательно отвергает мораль, и уж конечно, он не отвергает условную мораль принципиально, ради других, независимых ценностей. Вернее будет сказать, что мораль ему просто не интересна. То есть, ему не интересно верить в систему моральных ценностей или принципов, хотя он сознает существование социальной морали и мирится с ней, если ему это выгодно. С точки зрения морали, он — циничный человек; по с его собственной конкретной и практической точки зрения, он всего лишь поступает в соответствии со здравым смыслом.

Дэвид Шапиро

Избавление от презрения

Сексуальные извращения, невроз навязчивых состояний и прикрытие своих комплексов с помощью идеологии – отнюдь не все виды неоконченной трагедии презираемого ребенка, проявляющейся в поражающем воображение многообразии форм и нюансов. Неприятие родителями сущности своего ребенка вызывает у него горькое разочарование, выражающееся в том, что ребенок начинает так же относиться к другим людям.

Однако конкретные формы этого отношения очень индивидуальны. Есть люди, которые никогда ни о ком дурного слова не сказали и всегда кажутся честными и благородными, но которые в то же время отчетливо дают понять любому другому человеку, что он глуп, смешон, бесцеремонен и вообще слишком зауряден по сравнению с ними. Они не осознают, что излучают такую "ауру". Таким образом, они машинально вовлекают посторонних в атмосферу своего родительского дома. Их детям особенно сложно вплоть до прохождения курса психотерапии выдвинуть конкретные обвинения против своих родителей.

Есть также люди, которые всегда приветливы с окружающими, однако держатся довольно надменно. В их присутствии чувствуешь себя песчинкой на ветру. Создается ощущение, что весь смысл их существования сводится к вынесению непререкаемых суждений на любую тему. Все остальные люди годятся только на роль восхищенных слушателей, сознающих в душе собственное ничтожество. Рядом с ними никто не вправе выражать свое мнение. Мнимое величие они унаследовали от родителей, с которыми в детстве не могли соперничать. Повзрослев, они неосознанно таким же образом строят свои отношения с окружающими.

Люди, превосходившие в детстве по своему интеллектуальному потенциалу родителей, ведут себя по-другому. Их родители, правда, восхищались своими одаренными детьми, но, чувствуя их превосходство, как правило, предоставляли сыновьям и дочерям самим решать свои проблемы. В этих людях изначально чувствуется значительный потенциал, однако они часто не в состоянии понять, почему другие не могут справиться со своими проблемами. Где же их интеллект? Они не замечают чужих забот точно так же, как в свое время родители, сознававшие свою слабость, не замечали их проблем.

Отсюда появление в аудиториях профессоров, способных выражаться коротко и ясно, но почему-то предпочитающих говорить настолько сложно и непонятно, что студентам для усвоения учебного материала приходится, тщательно скрывая раздражение, изрядно напрягать свой ум. Возможно, студент при этом испытывает те же чувства, которые испытывали его преподаватели раньше. Однако проявлять эти чувства будущему профессору не позволяли родители. Начав преподавать, эти студенты получат возможность передать свои знания молодому поколению таким же образом. И при этом будут уверены, что делают нечто хорошее, ведь приобретение знаний стоило им такого труда!

Целительное воздействие на психику пациента окажется гораздо более ярко выраженным, если человек воспримет деструктивное поведение своих родителей с помощью наглядного отрицательного примера. Но, повторяю, одним лишь интеллектом здесь не обойтись. Необходимо найти доступ в собственный внутренний мир и дать выход эмоциям, сокрытым в сфере бессознательного.

Помочь пациенту эмоционально воспринять свою жизненную историю и осмыслить ее, чтобы обрести новые жизненные силы – вот основная цель психотерапии.

Нужно предоставить самому человеку право решать, хочет ли он вести упорядоченный образ жизни и ежедневно ходить на работу или нет, хочет ли он жить один или с кем-нибудь, хочет ли он вступить в политическую партию. Здесь играют важную роль его жизненный опыт, мысли и чувства. В обязанности психотерапевтов не входит "придавать пациенту социальный статус" и вообще воспитывать его (а уж тем более прививать политические взгляды, так как любое воспитание – это навязывание определенной системы координат) или "находить для него друзей". Повторяю, это сугубо личное дело пациента.

Но если человек сумел извлечь из бессознательной сферы пережитые в прошлом чувства, если он не только умом, но и сердцем понял, как им в детстве манипулировали, какой вред ему этим нанесли и какое жгучее желание отомстить поселили в его душе, значит он быстрее, чем ожидается, избавится от потребности проделывать то же самое с другими людьми и приобретет большую способность понимать суть манипулирования. Повторно испытав детское чувство беспомощности и полной зависимости от других, он может, сохраняя внутреннюю независимость, примкнуть к любому общественному объединению. Осознав, что не следовало в свое время воспринимать каждое слово матери и отца как истину в последней инстанции, пациент уже в гораздо меньшей степени будет склонен чрезмерно идеализировать как отдельных людей, так и те или иные социальные системы. Не исключено, что он еще раз окажется по-детски наивным и восхитится в действительности крайне неудачной лекцией или плохой книгой, но вместе с тем он непременно еще раз почувствует, что за таким его ощущением не может не скрываться душевная пустота или даже настоящая человеческая трагедия. Потрясенного трагизмом своих детских впечатлений человека нельзя больше увлечь словами, как бы красивы они ни были: переживания возвысили его в собственных глазах. В конце концов, сознательно выстрадавший понимание своей трагической судьбы человек гораздо более ясно и быстро почувствует страдания других, даже если они тщательно их скрывают. Он не станет издеваться над чужими чувствами, какими бы они ни были, так как со всей серьезностью относится к собственным ощущениям. Он разомкнет заколдованный круг, перестав преодолевать свою закомплексованность посредством презрения к окружающим.

Сознательное выстраивание клинической картины собственного невротического заболевания самим пациентом благотворно сказывается не только на структуре его личности и семейных отношениях, но и, как ни странно, на общей политической атмосфере в стране. Люди, сумевшие благодаря психотерапии по-новому взглянуть на свое прошлое, научившиеся понимать свои чувства и находить их подлинные причины, больше не испытывают навязчивого желания срывать гнев на ни в чем не повинном окружении с целью избавить от упреков истинных виновников. Они готовы ненавидеть то, что по-настоящему достойно ненависти, и любить то, что по-настоящему достойно любви. Они способны трезво посмотреть на реальное положение дел, так как уже больше не являются "пораженными слепотой" измученными детьми, снимающими вину с родителей и потому обвиняющими других.

Будущее демократии зависит именно от конкретного поступка конкретного человека. Бесполезно апеллировать к разуму, равно как и стремиться пробудить любовь, если на пути к пониманию собственных чувств стоят труднопреодолимые препятствия. Ненависть нельзя победить никакими доводами, требуется понять ее исходную причину и найти соответствующие психологические инструменты для борьбы с ней.

Сильные эмоциональные переживания вызывают катарсис не только потому, что измученный организм требует "разрядки" эмоций, оставшихся с детства в бессознательном. Самое главное, что такие переживания избавляют нас от иллюзий, а зачастую и окончательно исцеляют от неврозов. Поэтому они укрепляют душу, способствуя развитию в ней созидательных тенденций. Гнев постепенно проходит, если его вспышка воспринималась как вполне оправданная. Однако он пройдет не навсегда, ибо причин для новых приступов гнева в нашем мире более чем достаточно.

Можно сколько угодно гневаться на невиновного и ненавидеть его: душу это нисколько не успокоит. Такая ненависть может только окончательно запутать человека, увести его в мир иллюзий. Она по природе своей разрушительна, ибо истоки ее – в искажении жизненной истории, приводящем к тому, что весь организм остается пронизанным неосознанными воспоминаниями о давнем насилии. Они отравляют душу и умерщвляют память, могут лишить способности к ярким душевным переживаниям и даже разума. Здание, построенное на самообмане, рано или поздно рухнет, похоронив под обломками жизнь если не его строителя, то его детей. Смутное ощущение присутствия в их жизни такого фактора, как родительская ложь, и невозможность распознать ее рано или поздно разрушат структуру их личности. Им придется сполна заплатить за уход родителей от четких ответов на трудные вопросы.

Человек, не обманывающий себя относительно своих истинных чувств, не нуждается в их идеологическом обрамлении и хотя бы уже потому не опасен для общества. Получившие в наши дни широкое распространение разнообразные теории, направленные на разжигание национальной вражды, со всей очевидностью свидетельствуют, что речь идет о заблуждениях, истинные мотивы которых коренятся в вытесненных в область бессознательного чувствах и воспоминаниях. Стоит ли говорить, что бессмысленно искать в них хоть какие-нибудь разумные начала.

Ненависть к жизни и страсть к разрушению – вот что делает националистов во всем мире настолько похожими друг на друга, что создается ощущение, будто все они носят одинаковую форму. У этих деструктивных концепций один источник – эмоциональный опыт, основанный на перенесенных в детстве страданиях, которые или не сохранились в памяти, или до поры до времени не воспринимаются сознательно. Да, впрочем, и саму возможность таких страданий общество еще недавно полностью отрицало. Теперь мы не можем позволить себе ничего подобного, так как скрытая в деструктивном поведении родителей социальная угроза может превратиться в лавину, которая сметет все на своем пути. Готовность людей познать подлинную историю своей жизни вызывает у окружающих желание поступить аналогичным образом. Их пробудившееся сознание со временем позволит высветить многие неизвестные сейчас общественности темные стороны современной политической жизни.

Алис Миллер

Утверждая, что безопасность и любящие отношения в детстве являются основой становления, а также то, что в некоторых случаях в ранние годы жизни закладываются причины тяжелых последствий, мы все еще обладаем только частью истины.

Ребенок нуждается и хочет находиться в атмосфере любви и безопасности, но при этом не хочет, чтобы его импульсы, свобода или предпочитаемые способы действия подвергалиись ограничению. С самого начала жизни он сопротивляется удушающему влиянию своего социального окружения. Следствием одной лишь аффилиации было бы рабское принятие ребенком семейных или племенных (родовых) стандартов поведения и взглядов на окружающий мир. Если бы на него влияло только это, он всегда приобретал бы общепринятое и стереотипное поведение. Нынешние теории социализации ограничены тем, что они по сути имеют дело только с зеркальной природой так называемого суперэго и склонны определять социализацию исключительно в понятиях конформности, а совсем не в понятиях творческого становления.

Истина, однако, в том, что нравственные чувства и жизненные стили большинства людей простираются далеко за пределы домашних и семейных нравов, под воздействием которых они первоначально формировались. Заглянув в себя, мы заметим, что наша племенная мораль кажется нам в чем-то периферийной по отношению к нашей личной целостности. Мы, правда, подчиняемся обычаям скромности, приличий и самоконтроля и обладаем многими привычками, которые зеркально отражают наши домашние, классовые и культурные способы жизни. Но мы знаем, что в значительной степени сами отбирали, переформировывали эти способы и выходили за их пределы.

Таким образом, оказывается, что действуют две противоположные силы. Одна нацеливает нас на закрытое племенное существование. Она берет свое начало в зависимости ребенка от тех, кто о нем заботится. Удовлетворение и безопасность его идут извне, то же происходит со всеми первыми уроками, которые он выучивает: время дня, когда он может получить пищу, действия, за которые его наказывают или поощряют. Его принуждают и толкают к конформности, но, как мы отметили, не с полным успехом. Он уже с рождения демонстрирует способность сопротивляться материнским и племенным требованиям. До определенной степени его группа формирует его путь, но в то же время и противодействует ему (как будто он осознает, что от нее исходит угроза его цельности).

Если бы потребность в самостоятельности не была важной силой, мы не могли бы объяснить заметное негативистское поведение в детстве. Плач, отказ и гнев младенца, как и негативистское поведение двухлетки, являются примитивными признаками существа, решившего отстоять себя. На протяжении всей жизни это существо будет пытаться примирить указанные два способа становления – племенной и личный, зеркально отражающий и излучающий внутренний свет индивидуальности.

Гордон Олпорт

ПРИРОДА ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ ТРЕВОГИ

Мы рассмотрели три формы экзистенциальной тревоги – тревоги, данной вместе с самим существованием человека. Неэкзистенциальная тревога, следствие случайных происшествий в человеческой жизни, упоминалась лишь мимоходом. Теперь пора рассмотреть ее систематически. Разумеется, онтология тревоги и мужества, представленная в этой книге, не может претендовать на то, чтобы предложить психотерапевтическую теорию невротической тревоги. Сегодня обсуждается множество таких теорий; некоторые ведущие психотерапевты, и прежде всего сам Фрейд, создали разные интерпретации тревоги. Однако у всех этих теорий есть общий знаменатель: тревога – это осознание неразрешенных конфликтов между структурными элементами личности. Это могут быть конфликты между бессознательными влечениями и вытесняющими их нормами, конфликты между разными влечениями, стремящимися завладеть центром личности, конфликты между воображаемыми мирами и опытом реального мира, конфликты между стремлением к величию и совершенству и опытом собственной ничтожности и несовершенства, конфликты между желанием быть принятым людьми, обществом или Вселенной и опытом отверженности, конфликт между волей быть и невыносимым, как представляется, бременем бытия, пробуждающим явное или скрытое желание "не быть". Все эти конфликты – бессознательные, подсознательные или сознательные, будь то непризнанные или признанные дают о себе знать в кратковременных или продолжительных состояниях тревоги.

Как правило, основополагающим считается какое-либо одно из этих объяснений тревоги. Практики и теоретики психоанализа пытаются найти основополагающую тревогу не в сфере культуры, а в сфере психического. Однако, как кажется, большинству этих попыток недостает критерия для различения между основным и производным. Каждое из этих объяснений указывает на реальные симптомы и основополагающие структуры. Но так как изучаемый материал очень разнообразен, то выделение одной из его частей в качестве наиболее важной, как правило, оказывается неубедительным. И это не единственная причина того, что психотерапевтическая теория тревоги, несмотря на все ее блестящие идеи, оказалась несостоятельной. Другая причина – отсутствие четкого различения между экзистенциальной и патологической тревогой, а также между главными формами экзистенциальной тревоги. Глубинная психология сама по себе не в состоянии провести такие различия, ибо это задача онтологии. Всю совокупность психологического и социологического материала можно переработать в последовательную и всеобъемлющую теорию тревоги лишь в свете онтологического понимания человеческой природы.

Патологическая тревога – это вид экзистенциальной тревоги, возникающий в особых условиях. Характер этих условий зависит от того, как тревога соотносится с самоутверждением и мужеством. Мы уже видели, что тревога стремится стать страхом, чтобы обрести объект, с которым может справиться мужество. Оно не устраняет тревогу: тревога экзистенциальна, и ее невозможно устранить. Однако мужество принимает тревогу небытия в себя. Мужество – это самоутверждение "вопреки", а именно вопреки небытию. Тот, кто действует мужественно, принимает в своем самоутверждении тревогу небытия на себя. Оба эти предлога, "в" и "на", употребляются метафорически и указывают на то, что тревога есть элемент единой структуры самоутверждения, а именно тот элемент, который придает самоутверждению характер "вопреки" и превращает его в мужество. Тревога толкает нас к мужеству, так как альтернативой мужеству может быть лишь отчаяние. Мужество противостоит отчаянию, принимая тревогу в себя. Такой подход дает нам ключ к пониманию патологической тревоги. Если человек неспособен мужественно принять тревогу на себя, он может уклониться от экстремальной ситуации отчаяния, укрывшись в неврозе. Он по-прежнему утверждает себя, но уже в ограниченной области. "Невроз – это способ избавиться от небытия, избавившись отбытия". В невротическом состоянии самоутверждение не отсутствует; напротив, оно может быть очень сильным и подчеркнутым. Однако утверждающее себя Я – это редуцированное Я. Некоторые или даже многие из его потенций не допускаются к актуализации, ибо актуализация бытия подразумевает приятие небытия и его тревоги. Тот, кто неспособен к мощному самоутверждению вопреки тревоге небытия, вынужден довольствоваться ослабленным, редуцированным самоутверждением. Человек в этом случае утверждает нечто меньшее, чем свое сущностное или потенциальное бытие. Он жертвует частью своих потенций для того, чтобы спасти оставшееся. Эта схема объясняет двойственность характера невротика. Невротик более чувствителен к угрозе небытия, чем нормальный человек. А так как небытие приоткрывает тайну бытия (см. гл. VI), то невротик может оказаться более творческой личностью, чем нормальный человек. Характерная для его самоутверждения ограниченная экстенсивность может быть сбалансирована большей интенсивностью, однако эта интенсивность концентрируется в одной точке, что ведет к искаженному отношению к реальности в ее целостности. Даже если патологическая тревога приобретает психотические черты, моменты творчества тем не менее возможны. Такого рода примеров достаточно в жизни творческих людей. То же самое показывают эпизоды с бесноватыми в Новом Завете: люди, опустившиеся гораздо ниже уровня нормальности, способны на прозрения, не доступные обычным людям и даже ученикам Иисуса. Глубокая тревога, вызванная присутствием Иисуса, открывает им его мессианство в самом начале его служения. История культуры доказывает, что невротическая тревога то и дело прорывается через преграды обыкновенного самоутверждения и обнажает такие уровни реальности, которые, как правило, скрыты от глаз.

Однако тогда напрашивается вопрос: не является ли обычное самоутверждение нормального человека даже более ограниченным, чем патологическое самоутверждение невротика, и, в таком случае, не является ли состояние патологической тревоги обыкновенным состоянием человека? Часто говорят о том, что элементы невроза свойственны каждому и что различие между больной душой и здоровой имеет лишь количественный характер. В подтверждение этой теории часто указывают на психосоматический характер большинства заболеваний и на то, что болезнь в какой-то мере присутствует даже в самом здоровом организме. В той мере, в какой психосоматическая корреляция обоснованна, она позволяет сделать вывод о присутствии болезненных элементов и в здоровой душе. Вот в чем вопрос: можно ли выработать понятийно четкое различие между невротическим и нормальным состоянием души, хотя в реальности есть множество промежуточных случаев?

Различие между невротической и здоровой (хотя потенциально тоже невротической) личностью состоит в следующем: невротическая личность, более чуткая к небытию и, следовательно, обладающая более глубокой тревогой, предпочитает фиксированный, но в то же время ограниченный и нереалистический тип самоутверждения. Можно сказать, что самоутверждение такой личности – это замок, в который она удалилась и который при помощи всевозможных средств психологического сопротивления она охраняет от всякого воздействия, будь то воздействие со стороны самой реальности или со стороны психоаналитика. Такое сопротивление не лишено некоторой инстинктивной мудрости. Невротик осознает, что существует опасность возникновения ситуации, в которой его нереалистическое самоутверждение потерпит крах, и тогда "никакое" реалистическое самоутверждение не заменит его. А это грозит либо тем, что у него разовьется новый невроз, использующий более совершенные механизмы защиты, либо тем, о после краха своего ограниченного самоутверждения он впадает в безграничное отчаяние.

В случае обычного самоутверждения нормального человека ситуация совершенно иная Такое самоутверждение тоже фрагментарно. Нормальный человек мужественно справляется с конкретными объектами страха и тем самым предохраняет себя от экстремальных ситуаций. Обычно он не осознает, что небытие и тревога присутствуют в глубине его личности. Однако его фрагментарное самоутверждение не фиксировано и не защищено от неодолимой угрозы тревоги. Обычный человек приспособлен к гораздо более широким областям реальности, чем невротик. Он превосходит невротика в экстенсивности, но ему недостает интенсивности, которая может сделать невротика творческой личностью. Тревога не побуждает нормального человека создавать воображаемые миры. Он утверждает себя в единстве с теми частями реальности, которые ему встречаются и которые не обладают определенными очертаниями. Именно поэтому этот человек по сравнению с невротиком здоров. Невротик болен и нуждается в лечении, ибо он находится в конфликте с реальностью. В таком конфликте реальность, проникающая внутрь воображаемого им мира, огражденного стенами замка, постоянно травмирует его. Ограниченное и фиксированное самоутверждение невротика охраняет его от невыносимого давления тревоги, но в то же время разрушает, обращая его против реальности, а реальность – против него и вновь вызывая невыносимый приступ тревоги. Патологическая тревога, несмотря на ее творческие потенции, болезненна и опасна. От нее можно излечиться, приняв ее в мужество быть, которое одновременно экстенсивно и интенсивно.

Однако самоутверждение нормального человека может стать невротическим: это происходит, когда реальность, к которой он ранее приспособился, изменяется и возникает угроза тому фрагментарному мужеству, которое позволяло ему справляться с привычными объектами страха. Если такое случается – а в критические периоды истории это случается часто, – самоутверждение становится патологическим. Опасности, таящиеся в изменениях, неизвестность грядущего, тьма будущего превращают нормального человека в фанатичного защитника существующего порядка. Он защищает его с той же жестокостью, с какой невротик защищает замок своего воображаемого мира. Он утрачивает относительную открытость к реальности, он испытывает непостижимую глубину тревоги. Но если он оказывается неспособен принять эту тревогу в свое самоутверждение, то его тревога превращается в невроз. Этим объясняется возникновение массовых неврозов: как правило, это происходит на закате эпох (см. предыдущую главу о трех периодах развития тревоги в истории западной цивилизации). В эти периоды экзистенциальная и невротическая тревоги переплетаются до такой степени, что историки и психоаналитики не могут четко их разграничить. Например, в какой момент тревога осуждения, которая лежит в основе аскетизма, становится патологической? Всегда ли тревога демонического имеет невротический или даже психотический характер? В какой мере описание тягот человеческой ситуации у современных экзистенциалистов вызвано невротической тревогой?

Пауль Тиллих

Взаимозависимость страха и тревоги

Тревога и страх имеют общую онтологическую основу, но на самом деле они различны. Это общеизвестный факт, но о нем уже столько было сказано, что это может вызвать обратную реакцию, направленную против не только некоторых преувеличений, но и истинного различия. Страх, в отличие от тревоги, имеет определенный объект (в этом сходятся многие исследователи); этот объект можно встретить, проанализировать, побороть, вытерпеть. Человек может воздействовать на этот объект и, воздействуя на него, соучаствовать в нем – пусть даже формой соучастия становится борьба. Таким образом, человек может принять этот объект внутрь своего самоутверждения. Мужество может встретить любой объект страха именно потому что он объект, а это делает возможным соучастие. Мужество может принять в себя страх, вызванный любым определенным объектом, потому, что этот объект, каким бы страшным он ни был, одной своей гранью соучаствует в нас, а мы – через эту грань – поучаствуем в нем. Можно сформулировать это следующим образом: до тех пор пока существует "объект" страха, любовь (в смысле "соучастие") способна победить страх.

Но с тревогой все обстоит иначе, так как у тревоги нет объекта, а точнее – выразим это при помощи парадокса – ее объект представляет собой отрицание любого объекта. Именно поэтому соучастие, борьба и любовь по отношению к этому объекту невозможны. Человек, охваченный тревогой, до тех пор пока это чистая тревога, полностью ей предоставлен и лишен всякой опоры. Беспомощность, возникающую в состоянии тревоги, можно наблюдать как у животных, так и у человека. Она выражается в дезориентации, неадекватных реакциях, отсутствии "интенциональности" (т.е. связи с осмысленными содержаниями знания или воли). Такое необычное поведение вызвано тем, что отсутствует объект, на котором мог бы сосредоточиться субъект, находящийся в состоянии тревоги. Единственный объект – это сама угроза, а не источник угрозы, потому что источник угрозы – "ничто".

Однако возникает вопрос: разве это угрозное "ничто" не есть неизвестная, неопределенная возможность действительной угрозы? Разве тревога не прекращается в тот момент, когда появляется какой-то известный объект страха? В таком случае тревога была бы страхом перед неизвестным. Но такое объяснение тревоги недостаточно. Ведь существует бесчисленное множество областей неизвестного (у каждого человека они разные), воспринимаемых без всякой тревоги. Дело в том, что неизвестное, порождающее тревогу, есть неизвестное особого рода. Оно по самой своей природе не может стать известным, ибо оно есть небытие.

Страх и тревога различимы, но неразделимы. Они имманентно присущи друг другу. Жало страха – тревога, а тревога стремится стать страхом. Страх – это боязнь чего-либо, например, страдания, отвержения личностью или группой, утраты чего-то или кого-то, момента смерти. Но перед лицом угрозы, которой полны эти явления, человек боится не самого отрицания, которое эти явления в себе несут, его тревожит то, что, возможно, скрывается за этим отрицанием. Яркий пример – и нечто большее, чем просто пример, – это страх смерти. В той мере, в какой это "страх", его объект – предчувствие смертельного заболевания или несчастного случая, предсмертных страданий и утраты всего. Но в той мере, в какой это "тревога", ее объект – абсолютная неизвестность состояния "после смерти", небытие, которое останется небытием, даже если наполнить его образами из нашего нынешнего опыта. Предвидение того, что может быть поджидает нас за порогом смерти и превращает в трусов, описанное в монологе Гамлета "Быть или не быть", страшно не конкретным содержанием, а своей способностью символизировать угрозу небытия – того, что религия называет "вечной смертью". Символы ада у Данте порождают тревогу не своей объективной образностью, а потому, что они выражают то "ничто", сила которого переживается в тревоге вины. Мужество, основанное на соучастии и любви, могло бы встретить каждую из описанных в "Аде" ситуаций. Но смысл в том, что это невозможно; иными словами, они суть не реальные ситуации, а символы безобъективности, небытия.

Страх смерти вносит элемент тревоги в любой другой вид страха. Тревога, на которую не повлиял страх перед конкретным объектом, тревога во всей своей наготе – это всегда тревога предельного небытия. На первый взгляд, тревога – это болезненно переживаемая неспособность справиться с угрозой, заключающейся в определенной ситуации. Однако более тщательный анализ показывает, что тревога по поводу любой определенной ситуации подразумевает тревогу по поводу человеческой ситуации как таковой. Именно тревога неспособности сохранить собственное бытие лежит в основе всякого страха и создает страшное в страхе. Поэтому в тот момент, когда душой человека овладевает "голая тревога", прежние объекты страха перестают быть определенными объектами. Они оказываются тем, чем они отчасти были и раньше, а именно симптомами основополагающей тревоги человека. Как таковые они уже неуязвимы, даже если вести против них самую мужественную борьбу.

Эта ситуация вынуждает субъекта в состоянии тревоги строго определять объекты страха. Тревога стремится превратиться в страх, так как мужество способно его встретить. Конечное существо неспособно терпеть голую тревогу более одного мгновения. Те, кто пережил подобные моменты, – например, мистики, прозревшие "ночь души", или Лютер, охваченный отчаянием из-за приступов демонического, или Ницше-Заратустра, испытавший "великое отвращение", – поведали о невообразимом ужасе голой тревоги. Избавиться от этого ужаса обычно помогает превращение тревоги в страх перед чем-либо, неважно перед чем. Человеческая душа-это не только фабрика идолов (как заметил Кальвин), это также фабрика страха: первая нужна для того, чтобы скрыться от Бога, вторая – чтобы скрыться от тревоги. Между этими двумя способностями человеческой души существует взаимосвязь. Ведь встреча с Богом, который на самом деле есть Бог означает также встречу с абсолютной угрозой небытия. "Голый абсолют" (воспользуемся выражением Лютера) порождает "голую тревогу", а она означает прекращение всякого конечного самоутверждения и не может быть объектом страха и мужества (см. главы V и VI). Но в пределе всякие попытки преобразовать тревогу в страх тщетны. Устранить основополагающую тревогу конечного бытия, вызванную угрозой небытия, невозможно. Эта тревога присуща самому существованию.

Пауль Тиллих

"Управление" эмоциями

▪ «Как управлять эмоциями?» - популярный вопрос. Чаще всего под ним подразумевают «как избавиться от «плохих» эмоций и научиться вызывать у себя хорошие?»

Эмоция, с одной стороны – это бессознательная оценка того, что происходит со мной, с другими людьми и в мире в целом. Это оценочная функция эмоции. Но есть еще одна: мотивационная. Эмоции – необходимый компонент любого действия, это и есть энергия, направленная на изменение ситуации. То есть при помощи эмоций мы оцениваем ситуацию и предпринимаем действия по ее изменению, если таковое требуется.

▪ Ключевые слова – бессознательная оценка. Если под «управлением» эмоциями подразумевать возможность «включать/выключать» их, то это невозможно: бессознательным мы не управляем. Поэтому, если эмоция уже возникла, то «управление» ею сводится к реакции на ее обнаружение. Этих реакций может быть четыре, разной степени эффективности и деструктивности.

а) Игнорировать или подавлять. Мы можем делать вид, что ничего на самом деле нет, что мы чувствуем что-то другое или что вовсе ничего не чувствуем. Особенно это касается каких-либо не очень популярных эмоций вроде обиды. «И вовсе я не обижаюсь!» Пытаться подавить эмоции можно через постоянное отвлечение, через попытку «заболтать» чувство, отвлечься от него («все, проехали»).

б) Удерживать в себе. В этом случае мы эмоцию осознаем, но никак не выпускаем наружу или очень маленькими дозами. Иногда это адекватная ситуации стратегия поведения. На начальнике, например, злость срывать не очень рекомендуется, если вы не готовы к возможному увольнению. Разновидностью этой реакции является сдержанность (в гештальт-терапии – эготизм), когда вместо бурной радости человек позволяет себе слегка улыбнуться, вместо слез – сдавленные брови, вместо восхищения – «неплохо». Длительное удерживание эмоций является «токсичным» для организма

в) Выражать. Проблема с выражением заключается в том, что относительно малое количество людей может выражать позитивные и негативные чувства открыто, не трансформируя их во что-то иное. Как вариант - в нападение на другого. Например, после выговора со стороны начальства муж, полный удержанной злости, возвращается домой. А дома уставшая на работе жена сделала что-то «не так». И вместо «дорогая, мой начальник идиот и кретин!» звучит «это что за фигня?!»… А любящая бабушка может откровенно душить внучат своей любовью, закармливая их до изжоги и ожирения. Так что и позитивные чувства и эмоции нужно уметь выражать. Выражать эмоции трудно, потому что данное действие делает человека уязвимым, а если буквально – то чувствительным и эмоциональным.

г) Прислушиваться к тому, о чем эмоция нам сообщает. Напомню, что эмоция – это еще и оценка происходящего на невербальном уровне. Данный способ требует не только понимания и осознания того, что ты чувствуешь, но и некоторой отстраненности от того, что происходит в данный момент. Чаще всего осмыслять сообщение, транслируемое эмоцией, получается уже постфактум. Но если разобраться в сообщении, то впоследствии можно и вовсе избежать переживания некоторых эмоциональных реакций – просто потому, что устранен своего рода «оценочный фильтр».

▪ Приведу для примера несколько «популярных» чувств.
Обида. «Кто-то ведет себя не так, как он должен вести себя по отношению ко мне». Преобразованная в энергию обида – это попытка заставить другого человека вернуться к такому поведению, который мы считаем должным для себя. Человек, разрешающий себе выражать злость, может строить планы мести за «преступление», а тот, кто злость себе запрещает или не может выразить, разворачивает обиду в жалость к самому себе. Обида на весь мир гласит: «мир должен вести себя по отношению ко мне по-другому!» Соответственно, чтобы поменьше обижаться, желательно бы поразмышлять над тем, почему это муж/жена/дети/друзья/супруги должны вести себя в той или иной ситуации именно так, а не иначе. И должны ли вообще.
Вина. «Я нарушаю собственные правила, и должен наказать сам себя». На что обратить внимание: что это за правила, которые вы нарушаете, принимали ли вы их сами или же это то, что было принято нами без какого-либо критического осмысления? Вина и обида часто идут рука об руку, особенно когда мы наблюдаем психологическое слияние. Обиженный человек пытается пробудить в другом чувство вины (то есть убедить его в том, что он действительно должен был вести себя так, как от него хотят).

▪ Грусть. «Что-то очень важное завершилось в моей жизни. Может быть, когда-нибудь…». Если постоянно грустно – что тогда завершилось в жизни, и завершилось ли на самом деле?

▪ Горе: «что-то важное утрачено навсегда. Надо научиться жить без…». Горевание – принятие утраты навсегда. Экзистенциальная эмоция, которую можно только проживать и принимать. «Застревание» в горе указывает на то, что не получается примириться «навсегда» и «научиться жить без…».

▪ Злость: «он нарушает мои личные границы! Враг должен быть разбит!». Если личные границы раздуты без меры – получается озлобленность на всех и вся. Если личные границы «вжаты» в человека, крайне малы – с человеком можно сделать все, что угодно, он защищаться не станет. Наблюдательный читатель заметит, что у злости много общего с обидой. Так и есть: обида – это «свернутая», сглаженная злость.

Уважение: «он проявил такие качества или сделал то, что я сам для себя считаю желательным и значительным».

▪ Тревога: «нужно что-то делать, а что – непонятно». В тревоге очень много энергии, но отсутствует объект, на который энергию нужно направить. Часто отсутствие объекта – следствие того, что мы не хотим его замечать, потому что боимся. То есть тревога связана со страхом, но косвенно.

▪ Итак, четыре способа управляться с возникшими эмоциями: подавлять, сдерживать, выражать, понимать. Эмоции всегда уместны в том смысле, что они сообщают нам что-либо о других людях или внешнем мире, или же о наших собственных особенностях, ограничениях и ресурсах, находящихся в психике. Неуместным будет избегание эмоций. Однозначно деструктивным способом является только первый, подавление, но и он в каких-то ситуациях способствует выживанию организма во враждебной среде (пусть даже ценой сильной деформации психики). Да, есть ситуации, в которых более адекватным будет не выражать эмоции, а некоторое время сдерживать. Всему свое время и место. А как определять время и место? На это у человека есть сознание и разум.

#silence #psychology #психология #тишина

"У Клавы ж дочь психолог, иди у нее спроси, она знает что делать", или домоклов меч несанкционированной терапии.


Какого психолога не спроси, каждый первый ответит, что ни в коем случае нельзя заниматься терапией родных и знакомых. Молодец каждый первый психолог! Хорошо на своем психологическом факультете уроки учил. Только вот, я уверена, что большинство практикующих терапевтов сталкивались с вопросами:"Люсь, тыжпсихолог, скажи, что мне с моим козлом делать?" или, как меня любила спрашивать одна моя уже не очень хорошая знакомая:"Как а ситуация выглядит с ТВОЕЙ точки зрения?". И совсем не точку зрения Насти Емельянченко, как индивида она хотела узнать. Увы и ах. И не всегда есть силы и возможности противостоять таким вот пиявкам, которые намеренно, или нечаянно по простоте душевной хотят задарма об нашего психологического брата подлечиться. И тогда наступает время этому жуткому явлению под названием "несанкционированная терапия".

Исходя из своего печального опыта, и не менее печального опыта своих коллег могу вывести несколько причин, которые двигают нас на сие преступление против своих и чужих границ:

1. Прекрасная нарциссическая составляющая, когда мы загоняемся по поводу обладания тайным знанием, из-за которого на нас смотрят как на полубогов с трепетом и щенячьим благоговением. И снисходительным перстом своим мы с ходу интерпретируем и объясняем все процессы, доселе непонятные нашему неученому обывателю. (вот только вопрос возникает, а ему это в конце концов надо?!)

2. Такая банальнейшая вещь, как воспитание. Даже не смотря на то, что мы проработанные психологи, многие из нас все еще остаются хорошенькими, умненькими деточками нашей мамочки, подруга которой нагло лезет с вопросами о непутевом сыне, а мы в это время переживаем внутриличностный конфликт - послать ее к чертям собачим, сказав, что наверное она к стоматологу вот так домой не заявляется на кариес свой жаловаться, или все-таки дать пару рекомендаций, к восприятию которых она на самом деле совершенно не готова. И все ради того, чтобы эта самая подруга не высказала потом свое "фи", по поводу фатальных промахов в нашем воспитании.

3. Когда клиентов нет, а знания есть. Да еще и на конференции побывал, и заразился профессиональным энтузиазмом от коллег. И настигает понимание, что все это сокровище простаивает. И тогда начинают почесываться конечности от неуемного желания что-нибудь на ком-нибудь попробовать. А дальше...ну, вы уже знаете.

Очень опасная это штука, нелегальная терапия. Опасна она тем, что разрушает отношения. Когда к терапевту обращается клиент, здесь все понятно. Контракт, фиксированная плата, взаимная выгода. Но когда это не клиент, а соседка, и происходит сие действо на кухне? Соседка получает решение своего вопроса. А что получает терапевт? Недостаток энергии и ощущение того, что его использовали. А если это друг, который обращается за советом с завидной регулярностью? Тогда закрепляются отношения терапевт-клиент. Только это очень извращенные отношения, потому что они завязаны не на товарно-денежных отношениях, а на дружбе. А этот клубок уже не так то просто размотать. И в какой-то момент терапевт приходит в себя и осознает, что что-то здесь не так. И меняет стратегию поведения. Но второму этого уже не достаточно. И тогда в отношениях возникает стыд, а потом отвержение.

Граница между общением, дружбой и психотерапией порой бывает настолько тонка, что мы ее не замечаем. При этом, мы не можем ее игнорировать. Это разные процессы, и их смешивание приводит к разрушению и так хрупких отношений.

УДОВОЛЬСТВИЕ И ЕГО ОТСУТСТВИЕ

Многие нарциссически порушенные люди чувствуют, что не имеют права желать и получать желаемое и удовольствие от него. Фактически эти люди телесно закрыты для удовольствия, оно не протекает через их тела, они зажаты и чувствуют себя несчастными. В процессе терапии или самотерапии и рефлексии они часто понимают то, что они сами не дают себе возможности насладиться радостью, счастьем и удовольствием. Зачастую объясняя это нестерпимым чувством вины перед близкими, страхом (иногда и даже часто иррациональным), осознают это как то, что чувствуют, что их желания наносят вред окружающим и никогда не бывают этими окружающими поддержаны.

Практически никогда они не осознают, что на самом деле боятся... зависти и мести (причем своих же собственных).

В детстве матери таких детей были такими же глубоко несчастными, как они сегодня. Они не получали удовольствия, были зажаты, не могли наслаждаться жизнью, фактически "стояли на обочине", не входя в поток жизненности. Когда ребенок демонстрировал свое желание, они никогда не были уверены, что смогут хорошо удовлетворить его и быть ему хорошей (а на самом деле идеальной) матерью. Они испытывали по этому поводу широчайший диапазон чувств: от легкой тревоги до тяжелых психотических состояний панического ужаса (что зависит от тяжести нарушения), что естественно воспринималось ребенком как материнская реакция на их желание. В такие моменты нарциссически травмированная мать не может находиться с ребенком, она прерывает контакт и уходит в себя, чтобы как-то удержать внутри себя это состояние тревоги, страха, предвкушения наказания за то, что она далека от идеала матери.

Ребенок в итоге понимал, что это реакция на его желание и телесно начинал оттормаживать получение удовольствия, а в дальнейшем и чувствование своих желаний, дабы избежать "исчезновения" матери из контакта.

Во внутреннем мире такого ребенка появляются в результате такой травмы две (как минимум) фигуры, относящиеся к этому процессу. Тот, кто хочет удовольствия, и тот, кто этому препятствует.
В основном тот, кто препятствует (с помощью запугивания, страха наказания и даже смерти - это самые ранние архаические защиты), проецируется на кого-то извне, а тот, кто хочет, присваивается. Таким образом, человек борется сам с собой, не осознавая этого.

Кроме того, борется он не просто так. Он попадает в двойную ловушку. Выполнить свое желание - означало лишиться контакта с мамой, а значит, страх погибнуть, т.к. мать для ребенка - это жизнь. Не выполнить - быть фрустрированным и недовольным, а возможно также погибнуть, если это жизненно важные потребности (например, в такой ситуации ребенок может отказаться брать грудь, несмотря на голод). То есть делать то, что хочешь, и не делать этого - одинаково плохо.

До тех пор, пока человек не осознает свои настоящие ограничения (т.е. почему же он запрещает себе делать то, что он хочет сегодня, сейчас), а также то, что теперь он уже вырос и уже никогда не будет столь зависимым, когда потерять объект, от которого он зависит, равно потере жизни.

http://uta-kryakva.livejournal.com/95821.html

Как победить комплексы и неуверенность в себе

Комплексы — это те наши внутренние ощущения, которые по каким-то причинам заставляют нас считать себя какими-то другими, не такими, как все. В результате чего появляется неуверенность в себе.

Хотя над этим вопросом можно поспорить, неуверенность в себе появляется после комплексов, или комплексы появляются после того, как человек долгое время не уверен в себе, не решается на что-либо, и в итоге появляется комплекс чего-либо. На мой взгляд, неуверенность и комплексы — полностью взаимосвязаны, и нельзя поставить что-то на первое место, а что-то на второй план.

Неуверенность — это то, с чем живет огромное количество людей. Самое главное, что в большинстве случаев, такой «союз» с неуверенностью совершенно не обоснован. Не обоснован, потому что, разве каждому из нас, каждый день нужно чем-то очень значимым рисковать?

Уверен, что большинству, как раз таки, не нужно рисковать каждый день чем-то очень значимым для себя. Но, тем не менее, огромное количество людей, чувствуют себя неуверенно в различных ситуациях. Кто-то не пробует поступать в ВУЗ, в который хотел бы, так как тот ВУЗ один из лучших, и человек подает документы в другой ВУЗ. Но после зачисления, оказывается, что ваш одноклассник, который учился чуть хуже вас в школе, поступил в тот самый ВУЗ, в который вы не решились.

Только потом вы начинаете думать: «А почему я не попробовал, ведь поступил бы, скорее всего». А сколько таких примеров можно насчитать за всю жизнь? Когда вы не решаетесь на что-либо. И не решаетесь не потому что, вы значительно хуже остальных, а потому что, ваша неуверенность живет у вас в голове. В то время, когда ваш приятель действительно в чем-то хуже вас, может быть увереннее вас в разы, что и может позволить ему достичь желаемого. А ситуация со школьных лет знакома вам, когда вы выучили домашнее задание, но смелости поднять руку и ответить, так и не хватило?

Самое страшное, что все эти ситуации, от самых безобидных, когда нужно ответить на уроке, но смелости не хватает, до более менее важных, как выбор ВУЗа,— формируют в человеке неуверенность в себе. И порой, уже взрослый человек, чувствует в себе неуверенность практически всегда. Вы одолжили знакомому деньги в долг, который обещал отдать через неделю, но неделя прошла, а ваш знакомый всё молчит. А вы по каким-то причинам боитесь или стесняетесь спросить у него про деньги. И примеров уйма, когда неуверенный в себе человек боится сделать что-то элементарное.

Представьте ситуацию: Есть некий человек полного телосложения, который по каким-то причинам считает это своим комплексом, из-за своей полноты, он чувствует себя неуверенным, так как в его подсознании выработалось понимание, что он не такой как все. Из-за этого, он не делает того, что мог бы делать, и что делают другие. Такая неуверенность, к хорошему, вряд ли приведет.

Но посмотрите на ситуацию иначе. Разве вы не видели в своей жизни полных людей, которые являются успешными? Которые не боятся выступать на сцене и делать ещё много чего, чего не делал первый человек из моего примера, по причине того, что говорил себе: я толстый (-ая), а там все стройные, поэтому мне вряд ли стоит это делать, или идти туда то, и т. д… Так а в чем тогда разница? Разница в том, с чего я собственно и начинал, что наша неуверенность и комплексы всего лишь в нашем подсознании, и больше нигде их нет.

В первом случае, полный человек, не уверен в себе, потому что он сам себя считает «не таким как все», во втором случае, полный человек, на уровне подсознания не считает себя «не таким как все». Хотя в итоге может получиться, что он даже ещё более полнее, чем тот который «закомплексовался» по этому поводу. Поэтому вывод можно сделать только один, что все наши комплексы и вся наша неуверенность, она живет только в нашей голове.

У каждого человека есть какие-то недостатки, и что-то иное, что к недостаткам можно и не относить. У каждого! Это я говорю со 100% уверенностью. Но почему то не все люди чувствуют себя неуверенными и испытывают какие-то комплексы. Ведь если, с моих слов, у каждого есть какой-то недостаток, то получается, все должны быть «закомплексованными», каждый по своему поводу. Но мы видим, что это не так. Не так, потому что, часть людей, или изначально не обращают внимания на свои недостатки, или научились это делать.

И примеров может быть уйма, полноту я привел в пример, просто как пример. И уверен, что вы встречали вполне симпатичных людей, которые, почему то, когда им нужно сказать речь перед публикой, не могут этого сделать. И наоборот, когда человек, который наоборот, мог бы стесняться выступать перед публикой, потому что он, например, заикается,— выступает с уверенностью. При этом людям запоминается его выступление, доводы, факты, а не бросающаяся в глаза неуверенность и волнение. Это наилучший пример того, что дело не в полноте или стройности, не в заикании и обычной речи, а дело в нашем подсознании. Именно в нём, в нашем подсознании, или уверенность, или не уверенность.

А как же всё-таки обрести уверенность? Это, конечно, сугубо индивидуальный подход. Но, тем не менее, общие советы можно дать всем.

Для начала нужно перестать «выискивать» те самые недостатки в себе. «У меня нос длинный, а вон у него в телевизоре смотрите какой, не то, что у меня… «Или: „У меня рост не высокий, ещё бы сантиметров 5–10, и было бы неплохо“. Скажите мне, а где написаны эти правила? Где написано, какой должен быть рост, 185 сантиметров, или 170? Где написано, каким должен быть правильный нос, вытянутым или приплющенным? Я вам дам ответ — нигде. Так есть ли смысл „рыться“ в себе, и искать какие-то „мелочные“ недостатки? Смысла нет никакого.

Второй момент. Искать в себе нужно не минусы, а плюсы. Если бы Наполеон из-за своего невысокого роста был бы нерешительным, он бы не стал бы тем самым Наполеоном, которого знает весь мир.

И самый главный совет: начинайте действовать! Начинайте делать то, на что не решались в силу каких-либо причин, чаще всего — комплексов и неуверенности в себе. Только конкретные шаги, на которые Вы ранее не решались, позволят вам постепенно избавляться от неуверенности.

Конечно полностью «закомплексованный» человек вряд ли сразу сможет решаться на серьезные шаги. Но начать можно с малого. Например: сессия в университете. Идет экзамен, у всех студентов ощущается волнение. И кто же пойдет отвечать первым к преподавателю? Вы! Именно с таких ситуаций Вы должны научиться решаться на конкретные шаги. И каждый такой шаг, на который вы решились, преодолев страх и неуверенность в себе, придаст Вам больше уверенности.

И шаг за шагом, Вы сможете придти к тому, что пойти куда-то первым, выступить перед незнакомыми людьми, обратиться к кому-либо,— будет для Вас обычным явлением, на которое вы не будете обращать даже внимание.

РАЗРУШАЯ ГРАНИЦЫ ЗЕРКАЛ

В этой статье я опишу мой сегодняшний взгляд на то, как мы формируемся как личности, на то, что находится внутри у нас в головах, какие мысли, установки, которые могут нам мешать или помогать, при этом совершенно нами не осознаваясь. И какой отклик мы от мира получаем, в зависимости от привычного нам образа мыслей. Я копну глубоко. И, надеюсь, статья эта поможет вам в осознании себя, даст ответы на ваши вопросы и снимет или выведет на сознательный уровень какие-то проблемы или ограничивающие убеждения и даст возможность с ними разобраться.

Изучению этого вопроса я посвятила довольно большой отрезок жизни. И пока до конца сама еще не поняла, что "изучать" не надо, а нужно чувствовать. И что главное - это ты сам, а не все, что угодно, что можно прочесть в книгах. Что я поняла еще? Много лет я задавалась вопросом: "В чем мое предназначение? Какая моя миссия? Для чего же я живу?" А потом в одно прекрасное утро меня накрыла благодать, и я поняла, что смысл моей жизни в каждодневном, ежесекундном самоопределении: "Кто я есть? Чего я хочу? Как и куда я собираюсь и намереваюсь двигаться? Что мне нужно?" В самоопределении и в действиях, следующих за пониманием себя и своих нужд. А смысл? Каким может быть смысл, если человеческая личность ежесекундно изменяется и развивается (что-то в ней отмирает, появляются новые пласты убеждений и рефлексов, меняются нейронные цепи).

Что нужно человеку (биологическому, социальному, духовному и его душе)? Возьмем "классиков" пирамиду логических уровней Роберта Дилтса и потребностей Маслоу (психолог, социолог). Слева - пирамида логических уровней Роберта Дилтса. Справа - пирамида Маслоу. Так вот. Пирамида №1 и №2 заполняются в первую очередь в раннем детстве, снизу вверх. Для пирамиды логических уровней действует очень важный закон, сформулированный Б. Расселом: Изменение, происходящее на более низком логическом уровне, почти никогда (очень редко) не приводит к изменениям на более высоком логическом уровне; а изменение, происходящее на более высоком логическом уровне, почти всегда приводит к изменениям на более низких логических уровнях.

Как это связано со здоровьем, красотой, весом и личным счастьем? Большая часть населения планеты "думает" с низкого логического уровня - уровня поведения. Они садятся на диеты, идут к врачам, знакомятся с противоположным полом, зачастую не задумываясь о том, что при этом происходит у них в головах. А в головах у них сидят убеждения. Причем если где-то глубоко сидит ограничивающее убеждение, к примеру, "меня сможет вылечить только исключительно умный врач, исключительной таблеткой", то все подходы к докторам, совершаемые пациентом, будут давать очень плохие результаты или вообще будут неэффективны. Убеждения выступают мощными фильтрами нашего опыта, той информации, что поступает к нам из мира. Так, если ребенок считает, что книги читают только лузеры и ботаники, то каждый человек с книгой будет восприниматься уже именно так.

Убеждения бывают двух типов - ограничивающие и поддерживающие. В каждом контексте существуют убеждения, которые вас мотивируют на достижение целей, а есть - которые вам мешают и сдерживают. Если женщина не верит, что может быть красивой, желанной и любимой, то она никогда такой не станет.

Ограничивающие убеждения бывают пяти видов:

1. Беспомощность. Кто-то может это делать, а я - нет. "Я никогда не смогу похудеть, выучить эту тему, встречаться с красивой девушкой, с этим мужчиной и т.д".
2. Безнадежность. Это невозможно. "Нельзя познакомиться на улице для серьезных отношений".
3. Надменность. Эта цель не достойна меня, я слишком хорош для нее. "Все мужики - козлы" Мужская вариация: "Все женщины - меркантильные и дуры, я не собираюсь унижаться, чтобы с ними общаться."
4. Ничтожность. Обратна надменности, я не достоин этой цели.
5. Безнравственность. Цель достижима, но способами, которые противоречат ценностям человека. "Нельзя честно получать большую зарплату".

Для ограничивающих убеждений часто бывают свойственны жесткие и безапелляционные языковые конструкции, например "нельзя, надо, должен, все, всегда, никогда" и т.п. Ограничивающие убеждения часто держат нас на привязи, мешают достигать своих целей и получать от жизни то, чего бы нам хотелось. Поддерживающие убеждения, напротив, мотивируют нас и помогают. Так, например, вера в то, что ты можешь достичь всего, чего захочешь, поможет тебе справляться с трудностями, будет поддерживать и направлять на поиск новый путей и решений.

Что делает пациент, когда начинает худеть, пробовать изменить свою жизнь, окружение и т.д.? Почему некоторые развиваются быстро, быстро получаются позитивный опыт и продолжают эту дорогу? Почему другие погрязают в негативе? Множество людей в одной и той же теме делают одно и то же с разными результатами. Я знаю женщин, которые вот уже несколько лет постоянно держат диету, пытаются наладить личную жизнь, знакомятся и общаются и при этом безрезультатно, ни на грамм не продвинувшись в понимании того, что происходит. Или застыли в своем развитии.

Ответ - в том, что у них в головах. Не последнюю роль тут играют убеждения. К девушке подходит достойный мужчина и она думает "зачем я ему нужна?" или "он слишком хорош для меня" или "такой красавчик будет мне постоянно изменять", то она начинает нервничать, теряться и высока вероятность того, что общение и отношения не состоятся. Если же она имеет убеждение "я могу с ним познакомиться и классно провести время", то позитивный настрой передается и собеседнику. И шансы на успех резко повышаются. И даже если они расстанутся, она не будет переживать по этому поводу.

Каким образом может влиять убеждение "не может у меня в жизни быть все хорошо"? Первое - поиск негатива. Убеждения требуют подтверждения, и человек в своем опыте неосознанно ищет "свинью", что-то, что должно быть не так. Дальше - больше. Если вдруг все в жизни начинает устраиваться наилучшим образом, то получаешь сигнал: "что-то тут не так! Ведь все хорошо быть не может!". И вполне можешь сам себя неосознанно тормозить, вставлять себе палки в колеса, чтобы что-то пошло наперекосяк. В жизни снова появляются проблемы, что, вроде бы, плохо. Но зато убеждение удовлетворено, и картина мира сохранена. Вот так наши мысли определяют нашу жизнь.

Как с этим быть?

1) Осознание своих ограничивающих убеждений. Это можно сделать, например, анализируя свой внутренний диалог, что вы сами себе говорите, когда думаете о желаемом. А еще лучше научиться этот внутренний диалог останавливать и учиться слушать и слышать тишину в голове, но это уже уровень мастерства. Если вы чувствуете какие-то зажимы, сомнения, неуверенность, если приходят негативные мысли, то вы поймали ограничивающее убеждение за хвост. Осталось его сформулировать и выписать.

2) Что с ним делать дальше? Переформулировать убеждение, заменяя весь негатив в нем позитивом. Дальше надо перейти на уровень способностей. Это делается языковой конструкцией "можно, я могу, у меня получится". Еще убеждение должно быть сформулировано позитивно, без отрицаний. А дальше - повторение нового убеждения каждый раз, когда запускается старое. Каждый раз, когда во внутреннем диалоге проявляется ограничивающее убеждение, надо проговаривать про себя позитивное, которым вы хотите его заменить. Почему важно формулировать убеждение на уровне способностей? Убеждения на уровне способностей дают нам РАЗРЕШЕНИЕ получать новый опыт, открывают наше восприятие на получение новой информации.

Запомните: ваша реальность существует только у вас в голове. Мы живем рядом с разными картинами мира, невообразимо искажающими истинную реальности (я уже не говорю о том, насколько физиологически люди по-разному видят один и тот же цвет, воспринимают один и тот же запах и вкус). По вере нашей нам и воздается.

Подумайте сами, какие ограничивающие убеждения свойственны вам. Как вы можете их переформулировать? Что интересно, как только я стала так делать, изменился и отклик от мира по отношению ко мне. Стали происходить вещи, в которые я раньше не верила, новые убеждения заработали практически мгновенно. И эти убеждения уже поддерживают меня, а не ограничивают, позволяют более позитивно и открыто смотреть на мир. Они встраиваются и выступают фильтрами реальности, уже положительными и помогающими.

Наш опыт - хитрая штука. Он фильтруется через наше восприятие. И человеку с большим опытом неудач поневоле приходится быть осторожным, часто он выбирает пассивность, предпочитает что-то не делать из страха, что неудача повторится. Он заранее настроен на то, что у него не получится, что он проиграет. Но все эти страхи и негативные мысли имеют очень мало общего с действительностью, они существуют только в голове у человека. Возможно, они полезны и в каких-то ситуациях удерживают от того, чтобы совершать необдуманные поступки. Но в большинстве случаев они служат сильным тормозом развитию и достижению своих целей. Если переформулировать свои негативные мысли в позитивные описанным способом, внутренние препятствия превращаются, наоборот, в ресурсы. Первое, на чем я бы посоветовала сконцентрироваться - это на снятии тормозов. Выделением для себя позитивных установок и проговариванием их про себя каждый раз, когда во внутреннем диалоге проявляется ограничивающее убеждение. Исходя из этого, будет меняться и поведение, и вы сможете получить новый опыт.

Еще раз повторю шаги:
1. Анализ своего внутреннего мира и поиск тормозов. Надо найти и выписать ограничивающие убеждения.
2. Переформулировка своих ограничивающих убеждений в позитив и на уровень способностей "я могу". На уровень способностей поднимать нужно обязательно. Если получится - поднимайтесь на более высокие уровни, тогда я вам пожму руку, ибо это уже мастерство и умение владеть гибкой и юркой тканью восприятия.
3. Повторение про себя своих новых установок. Каждый раз, когда "слышите внутри" старые. Так вы максимально эффективно будете развиваться, да и тараканов своих вылечите.

Что значит "быть собой"? Почему так не получается, когда очень надо? А некоторые люди даже не знают, что значит "быть собой". Тут снова работают наши старые приятели - ограничивающие убеждения, которых у каждого навалом и "что обо мне подумают другие люди и родня, и друзья и..."?

Запомните: Мы всегда являемся собой. Когда мы спим, когда занимаемся сексом, когда танцуем и когда гуляем, всегда мы - это мы, и никто иной. Я - это НЕ мои убеждения и НЕ мое поведение и манера проявления себя сейчас, вчера или тысячу лет назад, НЕ моя религия, нация, образованность или атеизм, НЕ мое тело, внешность, возраст и в то, что я одета.

Психологи сейчас сходятся на том, что есть ядро личности, которое формируется в самом раннем возрасте и которое не меняется. А все остальное - эмоции, мысли, убеждения и т.п. - не мы, а нечто внешнее по отношению к нам. Это все можно менять. Я - есмь Я. А все остальное можно ВЫБИРАТЬ! Я есть - это ключевое. Все остальное - выбираете вы.

Я меняла убеждения и оставалась собой. Можно стать более или менее уверенным, более или менее наглым или юморным, можно приобрести любые знания и навыки. Вопрос в том, чего вы хотите и что выбираете. Только приготовьтесь к небольшой плате за проезд, ибо учеба требует кропотливой, зачастую интересной работы (это и есть плата). Хорошая метафора этому - вода, которая может стать теплее или холоднее, но всегда останется водой. Вот почему не стоит пытаться быть кем-то. Лучше принимать себя. И стремиться стать собой - лучшим собой, развить привлекательные черты своей личности.

Среднестатистический человек редко поднимается выше 3-го уровня на двух пирамидах и не знает, кто он есть. Ему мешают его страхи и убеждения, которые он ошибочно принимает за себя. Для него быть собой - это жить со своими страхами и убеждениями. Он чувствует, что, отказавшись от них, перестанет быть собой. Это не так. Можно экспериментировать, пробовать новое, развивать в себе ранее не развитые черты характера. Помня, что расширение своих границ - это путь обретения себя, понимания пресловутого ядра своей личности. Только дойдя до своих границ, до предела, можно понять, кто ты есть. Иногда это сложно.

Возвращаясь к пирамиде логических уровней, что я разбирала в начале статьи, можно увидеть, что убеждения существуют не сами по себе. Они поддерживаются способностями и привычным поведением. Сменив убеждение, попадаешь в вакуум, у нового убеждения пока еще нет подходящих способностей и нет нового поведения. Это разрыв шаблона и дискомфорт. Но эти трудности - времены, новое убеждение привьется, дополнится более низкими логическими уровнями и встроится в вашу пирамиду. Дерзайте, друзья, пришло время увидеть истинного себя и обустроить свою жизнь на желанный вкус!

http://lallika.livejournal.com/59794.html

Александра Соколова
Как известно, фигура каждой женщины уникальна и имеет свои особенности. Одни дамы обладают аппетитными формами, другие – настолько стройны, что у них нельзя заметить ни грамма жира.

Что касается жировых отложений, то они могут быть расположены в самых разных зонах тела. Жир, который находится в той или иной части тела, говорит о том, что в организме имеются какие-либо нарушения.
Жировые отложения на боках

Если вы заметили, что на боках появились жировые складки, это говорит о том, что нарушена работа щитовидной железы, а жир «заставляют» откладываться в этих местах тиреоидные гормоны. Для того, чтобы предотвратить дальнейшее откладывание жира в этих местах, недостаточно только соблюдать диету, нужно также избегать употребления тяжелых металлов, которые содержатся в воде из-под крана и в зубной пасте. Если же они уже имеются в организме, нужно постараться вывести их как можно скорее.
Жировые отложения на животе

Вы, наверное, обратили внимание на то, что жир способен откладываться в области живота даже у худых людей. Это говорит о том, что человек длительное время испытывает сильный стресс. Учеными давно замечено, что при стрессах и депрессиях, жировые отложения появляются, в первую очередь, именно на животе. Для начала нужно привести в порядок нервную систему, рекомендуется пропить курс успокаивающих трав. Только потом можно избавляться от накопленного жира на животе.
Жировые отложения на спине и бедрах

Если жир на бедрах выглядит более или менее привычно, то жировые валики на спине выглядят безобразно. Женщинам с таким «довеском» на спине очень непросто подобрать одежду, нельзя, например, надеть облегающее платье или красивое кружевное белье.

Жировые отложения на бедрах и спине говорят о том, что их обладательница очень любит мучные изделия и сладости, содержащие большое количество углеводов. В результате в крови начинает вырабатываться большое количество инсулина. Для того, чтобы избавиться от жира в этих местах, нужно просто отказаться от быстрых углеводов, батон, например, желательно заменить зерновыми хлебцами, а сладости – медом и фруктами.
Полные икры и толстые коленки

На такие жировые отложения многие женщины просто не обращают внимания. Такой дефект совершенно не мешает надевать разные наряды, к тому же, толстые коленки и бедра можно удачно скрыть брюками. Однако, обладательницы такого добра, все равно, на подсознательном уровне чувствуют дискомфорт и тяжесть.

Жир в этих местах образуется от чрезмерного увлечения солеными и сладкими продуктами. В результате в организме в области икр и коленей начинает скапливаться лишняя жидкость. Решение одно – нужно сократить до минимума количество соленой и сладкой пищи. Кроме того, рекомендуется устраивать разгрузочные бессолевые дни, один раз в неделю.
Жировые отложения на груди, в верхней части рук и на внутренней стороне бедер

Здесь перечислены гормонозависимые места, а жир, который скапливается на этих участках тела, говорит о том, что в крови содержится большое количество женского гормона - эстрогена. В этом случае необходимо посетить гинеколога-эндокринолога, который назначит лечение.

Из последних наблюдений психологов можно сделать следующее предположение: жировые клетки на нашем теле накапливаются неравномерно, что вызывается различными психологическими причинами.Консультация Натальи Маринченко – психолога, автора методик, раскрывающих творческие способности человека и неясности в вопросе "Как убрать жир?"

Жир в области спины и плеч. На теле некоторых женщин лишние килограммы распределяются в области верхней части спины и плеч. У них явно просматривается второй подбородок, руки обычно полные и пышные, на спине выделяется «холка», а в верхней части возле плеч образуется массивный плотный валик.

Довольно часто женщины такой конституции тела берут на себя чрезмерную ответственность за других людей. Они заботятся обо всех, стремятся помочь каждому решить любые проблемы, по характеру очень деятельны и отзывчивы.

О них говорят: «Все лежит на ее плечах». Такая непосильная ноша приводит к усталости. От нее организм пытается спрятаться за толстым слоем жира, чтобы нагрузка не ощущалась столь остро.

Другой причиной скопления жира такого характера может быть «груз» из прошлого. Женщина тащит за собой переживания и эмоции событий, которые давно прошли и о которых следует забыть и отбросить, но она все время возвращается к ним.

Как убрать жир со спины? Пример из практики: Ирине никак не удавалось избавиться от полноты рук, массивных плеч, второго подбородка. После разговора с психологом выяснился факт, что женщина находится на работе в состоянии стресса. Причем, постоянно. Начальник давит на нее, из-за чего Ирина его боится. Кроме того, она выполняет чужую работу, потому что не умеет отказывать другим. Довольно часто женщина оказывается на позиции виноватой.

Для того чтобы убрать жир Ирина начала себе разрешать отдыхать, получать удовольствия и развлекаться. То, что раньше не позволяла, считая, что не имеет на это права. Для начала записалась на массаж в один из салонов красоты, сделала новую прическу, стала ходить в фитнес-клуб и чаще видеться с подругами.

Спустя время она научилась отстаивать свои права и говорить «Нет» в ситуациях, когда на женщину пытались свалить свою работу ее сотрудники. Изначально Ирине было страшно, что ее уволят с работы за подобную смелость.

Однако результат был обратным: коллеги стали ее уважать, начальник признал ее компетентность и профессионализм и даже советуется с Ириной по поводу многих вопросов. Кстати, ее вес стал снижаться!

Как убрать жир со спины? Советы: При обнаружении на своем теле лишнего жира в плечах и спине стоит задуматься: Не много ли вы на себя взвалили обязанностей?

Не слишком ли вы усердствуете в проявлении заботы и хлопотах о других людях? Быть может, ваши усилия не очень-то и нужны? Может быть, их принимают как должное?

Попробуйте освободить себя от лишней работы, сбросьте груз ответственности за всех вокруг, стоит осознать, что в первую очередь внимание и забота нужна вам! Отдыхайте, делайте то, что радует вас. Оставьте все неприятные переживания в далеком прошлом, отпустите и забудьте о них. Жизнь изменилась и налаживается. Теперь все будет хорошо!

Жир в области живота и талии

Для многих женщин (даже не очень полных) основной проблемой является наличие жира на животе. Почему от него так трудно избавиться? Потому что живот – центр жизненной силы. Он отвечает за связи с внешним миром и общение. Наличие двух жировых складок в районе солнечного сплетения говорят о слабой реализации человека в отношениях с людьми и в обществе.Обычно, женщины такого типа неуверенны в себе, зажаты и закрыты. Им свойственно остро ощущать свое несовершенство и боязнь насмешек, агрессии и давления со стороны. Часто им за все неудобно, они придают слишком большое значение тому, что о них будут думать другие люди. Женщины с такой конституцией тела очень озабочены своим внешним видом и почти всегда недовольны собой. Из-за всего этого организм старается защитить самое важное – свой центр, то есть живот, и укутывает его плотной прослойкой из жира.

Для того чтобы убрать жир с живота, нужно всего лишь перестать считать, что вы хуже других!

Кроме того, низ живота отвечает за отношения с представителями противоположного пола. Здесь сосредоточена наша половая энергия. Наличие лишних жировых отложений внизу живота свидетельствует о неготовности к легким и гармоничным отношениям с партнером, говорит о том, что человек закрыт от близости.

Как убрать жир с живота? Пример из практики: Молодая девушка Оля была полненькой с детства. Она еще в школьном возрасте поняла, что парни на нее внимания не обращают, и смирилась с таким положением вещей. Правда, завидовала подружкам, которые шли с ребятами в кино и на дискотеки. Ей казалось, что у нее никогда такого в жизни не произойдет, ведь даже диеты не помогали похудеть.

Однако с наступлением двадцатилетия Оля быстро избавилась от лишнего веса. Она пошла на танцы живота – модное на сегодня увлечение, которое считают символом женственности и сексуальности.

Благодаря этому танцу раскрепощается область живота, талия становится гибкой и тонкой, а женщина ощущает свою таинственность и привлекательность. Проблема "убрать жир с живота" вас больше не тревожит!

Как убрать жир с живота? Советы: Тем женщинам, которые обладают подобным защитным поясом, следует повысить свою самооценку, полюбить себя, перестать ставить свою жизнь в зависимость от мнения окружающих. Кроме того, необходимо полностью раскрепоститься и дать возможность своей женской энергии свободно течь. Ни в коем случае это не призыв к разгульной жизни!

Смысл в том, чтобы избавиться от страхов общения с противоположным полом и начать развивать свою женскую сущность. Только полюбив и ощутив себя настоящей женщиной можно избавиться от лишних килограммов на животе!

Жир в области бедер и ног.

Слишком пышные бедра и жировые валики на них свидетельствуют о детских страхах и обидах, которые нашли себе место в этой области. Например, конфликтах отцов и детей, взаимоотношениях с родителями, недолюбленности или непонимании со стороны близких. Спрятав эти обиды глубоко внутри, мы несем их всю жизнь, а они проявляются таким способом.

Как убрать жир с бедер? Пример из практики: Тяжелые и слишком полные икры ног, склонность к отекам свидетельствуют о жизненном застое, нереализованной энергии и боязни перемен и движения. В данной ситуации стоит подумать: быть может, уже пора действовать активно?

Ноги Татьяны сильно отекали. После общения с психологом выяснилось, что ее давно тяготит работа, которая у нее есть сейчас. О новом и более интересном месте труда ей даже задумываться было страшно.

Однако Татьяна решила-таки активно искать новую работу, и это занятие увлекло ее настолько, что незаметно отеки прошли сами собой. На сегодня она довольно успешно работает на новом месте и получает от своей деятельности удовольствие.

Как убрать жир с бедер? Советы: Чтобы убрать жир с бедер, сначала нужно избавиться от комплексов и страхов, тяготящих с детства. Полезнее будет обратиться к специалисту. Но вполне возможно, что вы разберетесь самостоятельно. Попробуйте выговорить свои проблемы и переживания о болезненных впечатлениях из детства близкому и понимающему человеку. Сделайте это при свете костра или свечи.

Мотивируйте себя тем, что все обиды и страхи сгорают в пламени, и вы окончательно избавляетесь от них, а теперь будет легкая и счастливая жизнь. Очень хорошо после этой процедуры принять душ или искупаться.Если проблема кроется в отношениях с родителями, сделайте все, чтобы ваш внутренний конфликт исчез. Людей старшего возраста перевоспитать невозможно, их принимают такими, какие они уже есть. Можно пожалеть родителей, снять напряжение в отношениях, и убрать лишнее со своих бедер!