В колонках играет - Машина времени. - Костер.
Настроение сейчас - Ффух.. Уже нормальное..

«Я никогда не верила в призраков, в колдовство, пока не попала в дом своих предков, – написала в редакцию газеты Галина Вяземская из Пушкино. – А там со мной случилась странная история…»

Семейные легенды.

Когда по университету прошел слух, что деканат архитектурного факультета получил заказ на реконструкцию усадьбы Вяземских, Галина не поверила этим разговорам. Но вскоре ее научный руководитель Сергей Николаевич Дмитров вызвал к себе аспирантку. «Мне предложили оценить степень сохранности дома-усадьбы Вяземских. Поедешь в «родовое гнездо»?» Галина тут же согласилась. Она была Вяземской по женской линии, и ни ее мать, ни бабушка, ни прабабка не меняли девичью фамилию. Попасть же во владения предков она мечтала с раннего детства.
Семейная легенда гласила, что князь Николай Антонович Вяземский завершил жизненный путь именно в загородном доме. Он жил в усадьбе с красавицей-женой, которая слыла в округе ведьмой. Говорили, что она «окрутила» Николая, а когда он пришел в чувство, было уже поздно. Впрочем, жили они дружно – пока мужу не пришло в голову заказать портрет жены. Молодой художник приехал с супругой, на которую стал заглядываться князь. Женщины забеременели одновременно. Супруга князя родила девочку, а жена живописца умерла при родах, успев подарить ему наследника. Портрет был закончен, и убитый горем художник, забрав сына – не то своего, не то княжеского, – уехал.
А через некоторое время в усадьбе разразился скандал. Судачили, что князь застал супругу за ворожбой – она хотела сгубить «отродье» жены художника. Ведьма созналась и в том, что соперница умерла благодаря ее стараниям. Вскоре княгиня исчезла из усадьбы. Говорили, то ли сбежала, то ли князь сам развелся с ней. Шептались и о том, что Николай Антонович вызвал архитектора, чтобы тот построил в доме потайную комнату, где он навсегда запер жену-ведьму, но вслух это, конечно, никто не говорил. Однако ходили слухи, что колдунья поклялась сгноить род Вяземских. Вскоре князь, дотоле отличавшийся отменным здоровьем, тяжело заболел и умер…

Потайная комната.

Дом оказался в приличном состоянии, хотя и был давно заброшен. Галина с Сергеем Николаевичем пришли к выводу, что реконструировать усадьбу можно. Несколько комнат были даже в столь хорошем состоянии, что архитекторы поселились там. Правда, на второй день произошел несчастный случай – научный руководитель Гали, подвернув ногу, скатился с лестницы, сломав остатки перил. Несмотря на то, что он отказался от помощи врача, ходил Сергей Николаевич с трудом, и ему пришлось приспособить обломок перил в качестве костыля.
Впрочем, у падения оказалась и светлая сторона. За тяжелыми деревянными перилами обнаружилась небольшая дверца. Открыть ее оказалось невозможно – замок проржавел. Путем измерений Галина и Сергей Николаевич пришли к выводу, что за лестницей находится чулан примерно два на два метра. Но было непонятно, зачем прямо за дверью построили лестницу, замуровав вход. Словно навсегда запечатали…
На следующий день по просьбе архитекторов в усадьбу приехал слесарь с инструментами, которыми удалось открыть замок комнаты за лестницей. У Галины тоже захватило дух. В свете фонарика ее глазам предстала комната, в которой стояла широкая кровать. На ложе лежал привязанный к изголовью и изножию за руки и за ноги белый скелет, череп которого обрамляли длинные черные волосы. На секунду Гале показалось, что в пустых глазницах что-то шевельнулось, как будто на нее взглянули острые глаза. «Твои предки, Галочка, с размахом построили «шкаф» для скелета, – пошутил Сергей Николаевич, оттесняя испуганную девушку от двери в комнату. – Не волнуйся, завтра приедет специальная группа, а пока мы приостановим работы…»

Правнук по прямой.

В ту ночь Галя долго не могла заснуть. В голове крутилось: правы были те, кто считал, что никуда княгиня не уехала, а Вяземский убил жену-ведьму. Точнее, он поступил с ней гораздо хуже – замуровал живьем. Ведь если бы она была мертва, ее не надо было бы привязывать… Размышления прервал скрип, как будто где-то открыли дверь. Галина вскочила. Если ее научный руководитель решил прогуляться по дому, то это могло закончиться еще одним падением.
«Сергей Николаевич, где вы?» – Галина дошла до лестницы, за которой зиял проход в потайную комнату, и ужасно боялась идти дальше. Девушка уловила движение на ступеньках, повернулась и остолбенела. По лестнице спускалась обнаженная черноволосая женщина. Она остановилась, глядя на Галину. Вяземская не знала, как долго они стояли, но вдруг за ее спиной раздался голос: «Что случилось?» Женщина-призрак преобразилась: ее лицо исказила ярость, а на пальцах вытянутых рук появились когти. «Княжеское отродье! – зашипела она. – Не знать мне ни сна, ни покоя, пока ублюдки вяземского не подохнут!»
Галя чувствовала, что не успеет увернуться, но женщина скользнула мимо – к стоящему чуть дальше Сергею Дмитрову. Тот отшатнулся и упал, едва не потеряв деревянный костыль. Женщина с воплем кинулась на него. «Это не он! – закричала перепуганная Галя. – Это я Вяземская!» Ведьма повернулась к ней, и на ее лице мелькнуло удовлетворение: «Ты – моя плоть. Твою прабабку я родила от художника, писавшего портрет… А он – потомок ублюдка, которого другая родила от моего мужа!» Галина чувствовала, что не успеет на помощь Сергею Николаевичу, но случилось непредвиденное: женщина наткнулась на выставленный им костыль, страшно закричала и истаяла в воздухе…
На следующий день из развалин увезли скелет. Сергей и Галина попросили прислать им замену для работы в доме-усадьбе. О том, что произошло той ночью, они заговорили лишь раз – когда возвращались в Пушкино. «Сергей Николаевич, почему ведьма исчезла? – спросила девушка. – Что ее напугало?» Ее научный руководитель улыбнулся: «Николай Вяземский оказался прекрасным тюремщиком. Основным барьером для его жены должна была послужить не дверь, а лестничные перила». – «Перила?» – переспросила Галя. «Да, осиновые перила… Осина ведь считается лучшим средством против колдунов и оборотней. Не окажись у меня в руках обломка тех самых перил, все могло бы кончиться куда плачевней…»

Комментарий парапсихолога.

Родовые проклятия особенно сильны, если их накладывает один из членов семьи, обладающий магией. Очевидно, магию похороненной заживо колдуньи сдерживало только то, что ее духу, привязанному к старому имению, не удавалось найти потомков князя. Но Сергею и Гале повезло, что под рукой оказалась «страховка» из осины, обеспеченная Вяземским. Скорее всего, призрак ведьмы еще не изгнан из усадьбы, но при отсутствии предмета своей ненависти он никому не причинит вреда.