Господи, Лари, сколько же можно мне сниться... Так ярко, натурально, что чувствуешь прикосновения ладоней. Что слышишь каждое слово, сказанное шепотом, ощущаешь каждое движение губ с ироничной полуусмешкой. Поглаживание по руке и взгляд "глаза в глаза". Я что-то говорю, не помню, что, а ты, чуть наклонив голову, спокойно ловишь сказанное и улыбаешься.
Этот сон не дает спокойствия и отдыха.
Этот сон вырывает душу из затвердевшего камня черствости. Из глыбы, в которую я себя упаковал для всех. Очень легко быть бездушной статуей на виду у многих, прикидываться безэмоциональным циником. Но не наедине с самим собой.
Потому что, как бы это странно не звучало, я все еще люблю тебя.
...и не могу забыть. И не могу с собой ничего поделать.
Только во сне мы вместе. В жизни - иначе. Жестко иначе. Мы не общаемся нормально уже больше года, только переругиваясь порой. Хотя я очень сильно этого хочу.
Что ж, нельзя всегда получать то, что хочешь (с) Эмбер из "Хауса".

Скоро... Мы снова встретимся, как на Хору, куда я не хочу ездить, посмотрим друг на друга и разойдемся, как чужие люди.
Но ты знаешь, что ты мне не чужая, а самая близкая девушка на планете. И одновременно - самая далекая.
Я не лелею надежд, что мы когда-нибудь снова будем вместе, потому что это глупо. Но подсознание этого не понимает. И я ночь за ночью не могу уснуть, барахтаясь под тяжестью только что увиденной сцены и душа слезы в глазах.

*еще одно письмо в никуда*
Комментарии излишни.