Книги августа 2018.
Отличные.
Александра Маринина, «Горький квест. Том 1». (Первый том из трёх.)
Каюсь, после ряда весьма противоречивых последних книг Марининой, в которых она уныло и крайне сухо разглагольствовала на темы, интересные, кажется, только ей самой, за новый ее роман брался с изрядной долей скепсиса. Завязка не предвещала ничего хорошего: очередные исторические хроники о тяжкой житухе в Советском Союзе. Правда, обнадеживали сеттинг современности и подача под углом некоего квестового эксперимента, но по аннотации было непонятно, зачем это нужно было делать.
И первые несколько десятков страниц худшие опасения подтверждались. Какой-то американский миллионер с богатой семейной историей эксцентричных чудиков на восьмом десятке лет прилетает в Россию, чтобы провести некий социальный опыт, для которого он нанимает знающего местные реалии человека. Тот сводит его со знакомым постоянным читателям Марининой Назаром Бычковым – и вот уже два очень-очень пожилых человека ударяются в то, что в глазах современной публики выглядит старческим маразмом. Однако со временем им удается переломить отношение окружающих (и, что немаловажно, читателей!), которые, пусть и говорят, мол, странное вы дело затеяли, дедки, но охотно ввязываются в этот самый таинственный опыт. Почему таинственный? Да потому, что Маринина, на мой взгляд, абсолютно неуместно (для выбранного ею формата) нагоняет непроходимого тумана на цели и задачи этого квеста. Информацию приходится получать просто по словечку на полсотни страниц! И это при том, что относительно богатой истории американца и его семейного древа вплоть до середины 19-го века подобных ограничений не наблюдается. На одни описания мигреней его самого и прародителей уходит далеко не одна страница, а сколько уделено тому, как сильно они мешали жить...
В общем, вся суть квеста – собрать в одном месте группу из десятка молодых людей, обеспечить их кураторами и заставить прожить сначала три дня, а потом целый месяц в условиях, максимально приближенных к жизни в Советском Союзе 70-х годов, да еще с выполнением неких заданий. Без телефонов. Без интернета. С проживанием в убогих халупах с одним черно-белым телевизором, показывающим два канала, по которым крутят советские фильмы, передачи, новостные выпуски, обсасывающие политическую ситуацию в стране под соусом ярчайшей пропаганды. С кучей неприкрытого хамства в магазинах, с продуктами, максимально приближенными к тогдашним условиям. Без клубов, без кинотеатров, без развлечений, с часовыми очередями в кафешки. Со чтением книг Горького – певца революции. Все это еще и с проживанием в одной квартире с кураторами: актерами, психологом, поварихой, культурологом, которые тоже жили в те времена и знают, каково это было на самом деле.
Ни главные цели, ни задачи сего эксперимента в первом томе практически не раскрываются, по косвенным упоминаниям и туманным намекам становится лишь понятно, что это все связано с неким полуторавековой давности событием, запустившим всю цепочку, и большущим призовым фондом, обещанным в награду за некое научное (научное ли?) исследование. И это даже не интриги как таковые, а намеренные умалчивания автора, что поначалу тоже раздражало, но такой прием для Марининой не впервой. Первый том, по сути своей – всего лишь глобальная завязка. В нем мы знакомимся на собеседованиях с основными участниками квеста, с их кураторами, масштабной подготовкой, попутно чуть детальнее и глубже узнаем нескольких молодых «подопытных», у каждого из которых свой мотив для участия. Кому-то нужны деньги, кто-то хочет захомутать богатенького американца, кто-то желает сменить жизненную обстановку из-за душевного раздрая или личной трагедии, кому-то просто нужно где-то перекантоваться пару месяцев, а кому-то это банально «по приколу». Уймой деталей Маринина очерчивает каждого участника, выдавая психологические портреты поколений и с горькой иронией констатируя разницу менталитетов. Порой тут и там попадаются знакомые по другим ее произведениям герои (Дзюба, Сташис, Максимова), но какой-то важной роли (кроме дяди Назара) они играть не будут. Хотя нет, уже знакомая читателям геммолог Евдокия станет основной участницей квеста, а Максимова будет проводить первичное собеседование (странно, что Каменскую не позвали, не теряю надежды увидеть ее в продолжении), но на этом все.
И знаете, что? Это, черт возьми, ЦЕПЛЯЕТ! Да, именно так, громко, капсом, совершенно неожиданно. Марининой удалось создать обстановку, в которой участникам изначально некомфортно, но они вынуждены мириться с многочисленными неудобствами, а кое-кто сразу же начал нарушать правила. Первое задание, первый день из трех, еще даже неизвестно, что будет с участниками спустя еще два дня, не говоря уже про целый месяц такой жизни, а молодой читатель уже поневоле примеряет все события на себя. Смог бы я жить без интернета? Без телефона под рукой (а значит, без будильника, музыки, заметок, электронных книг)? Без нормальных такси, прибывающих спустя пару минут? Без привычной одежды, техники, современных удобств? В условиях вечной серости окружающих бетонных коробок? Смог бы я прочитать откровенно нудную книгу за сутки, а потом рассказать, что меня в ней зацепило? И эти многочисленные мысленные вызовы самому себе – это же прекрасно! И второго тома хочется уже потому, что всего одним днем такой жизни Маринина сумела полностью завладеть моим интересом, грамотно расписывая назревающие конфликты и психологически точно и резко описывая многочисленные реакции изумленной молодежи в духе «да как вы жили?!».
К сожалению, я чуть ли не впервые пытаюсь учитывать изначальное разделение издателями одной книги на несколько томов, поэтому придется повременить с общей оценкой и в дальнейшем, после выхода продолжений, вернуться к эпопее с новыми впечатлениями. А пока оценка первому тому – 8. Уже несколько лет Маринина меня так не цепляла, пожалуй, со времен цикла «Взгляд из вечности» 2009-го года.
P.S. А окончательно меня покорило в этом романе упоминание сцены из одного из моих любимейших сериалов, «Элементарно». Шутка, ставшая почти ключевой в определенный момент, взята именно оттуда. Вот уж никогда бы не подумал, что увижу подобное в русской современной литературе, далеко не самый популярный сериал, хотя и прекрасный. И тот факт, что 70-летние вымышленные деды в России его смотрят и понимают, мне лично приятен.
Питер В. Бретт, «Королева демонов». (Пятая книга цикла «Война с демонами».)
Вот и подошел к концу цикл, ставший для меня одним из главных книжных открытий прошлого года. Были в нем и взлеты, и падения, но предыдущая часть, «Трон черепов», задала просто невообразимую планку, для преодоления которой Бретту пришлось бы сильно-сильно потрудиться. Справился ли он? И да, и нет.
К чему в финальном томе нет абсолютно никаких вопросов – это к самоубийственной авантюре Арлена с женой Ренной и Ахмана Джардира с племянницей, в компании плененного мозгового демона отправившихся в Недра, чтобы уничтожить яйцекладущую королеву и предотвратить полнейший трындец всему миру. Вся их приключенческая линия – это то крутейшее жирнющее варево из испытаний, сомнений, превозмоганий, схваток с монстрами, надежд и опустошений, открытий и разочарований, которое поглощаешь со смаком, не отрываясь ни на строчку. И в эмоциональном плане тоже все превосходно: подходя к финалу, читатель находится в таком же вымотанном психологическом раздрае как и прошедшие через ад герои, а правильность самой концовки оставляет скомканный привкус горечи и черствое послевкусие победы. Герои не только сражаются, но и отстаивают свои религиозные и нравственные убеждения, и, честное слово, порой за их философскими пикировками наблюдать куда приятнее, чем за битвами с левиафанами, демонами, адскими псами и прочими чудищами Недр. Просто потому, что за книжный цикл мы прониклись убеждениями обоих, автор раскрыл по максимуму двух своих главных персонажей, прописав им далеко не пару противоречивых позиций. Но делают они одно дело, и ради спасения мира всё религиозное напускное должно уйти.
Отдельное спасибо Бретту за череду трогательных сцен прощаний. И Ахман, и Арлен прощались со своими родными и близкими перед сошествием в Недра так, что слезы выступали. И траурная церемония во славу погибшего товарища тоже удалась на славу.
К сожалению, за событиями «наверху» наблюдать отнюдь не столь интересно. Нет, безусловно, там тоже были ярчайшие сцены, развитие остальных героев цикла, свои трагические события, но как будто со смертью одного из главных персонажей «Войны с демонами» в концовке «Трона черепов» что-то надломилось в этой части, отчего той хрупкой близости с героями и их проблемами уже не чувствуешь так остро. Перегорелось. Схватки (в том числе родовые) проходят дежурно, интриги плетутся и разрешаются дежурно, города падают дежурно, даже извращенно мерзкие фантазии Бретта по целой череде насильственных оскоплений и созданию боевого подразделения евнухов во главе с омерзительным садистом, дробящим ногу по косточке в день, только поначалу читались отторгающе и болезненно, а потом – как отрезало (такой вот черный юмор, ага). Ну и рождение двуполого младенца как-то странно смотрится. А в остальном – линий много, событий много, но вся верхушечная часть иной раз нет-нет, да воспринимается как досадная реклама во время захватывающего фильма. Хочется продолжений из Недр, а их все нет, и нет, и нет… По хронометражу на линию Арлена и Ахмана сонедровники уходит едва ли шестая часть толстого томика. И кто бы знал, насколько этого мало!
Тем не менее, сам финал великолепен. 8,5 баллов, лишь на полбалла ниже «Трона черепов».
Хосе Карлос Сомоза, «Соблазн».
Удивительный автор этот Хосе Карлос. Каждый его роман, что я читал, – совершенно уникальная головоломка, основанная на потрясающем сочетании задумки и текстового воплощения. В его произведениях довольно много обыденности какой-либо профессии, но каждый раз, вступая в сочетание с неким фантдопущением, вся рутина окрашивается невообразимой палитрой интереса. Дело обычно за малым: придумать эту самую детальку, стержень, на который будет наматываться все остальное.
В «Соблазне» роль детальки играет придуманная автором система Филий и Масок, теория псинома (психологический вариант генома). Если вкратце, то все люди делятся на полсотни групп, каждая из которых получает колоссальное удовольствие, в том числе сексуальное, от определенного сочетания каких-либо жестов, приемов, поз. Если знать и правильно интерпретировать чью-либо филию, а затем создать образ (Маску) и «зацепить» его или её, можно вертеть этим человеком как заблагорассудится, заставляя творить ужасающие мерзости (например, изнасиловать и убить свою любимую дочь, получив от этого небывалый кайф) или, наоборот, полностью лишить воли к их совершению. В Испании введена правительственная программа по созданию и обучению Наживок – людей, которых профессионально учат распознавать филии и влиять на них. Кстати, попадают в эту программу исключительно по научной вариации отбора – только те, у кого есть уникальная предрасположенность. После обучения Наживки поступают на службу в правоохранительные органы и, работая совместно с профайлерами, ловят всяких маньяков, реализующих желания своих филий. Вокруг одного такого дела и построен детективно-триллерный сюжет книги.
Вся эта техника самую малость смахивает на гипноз, но Сомоза не был бы Сомозой, если бы позволил так банально интерпретировать свою придумку. Как минимум, наслаждением в гипнозе и не пахнет, а в случае удовлетворения филий – оно льется через край, а при особенно сильном варианте зацепа – филик полностью опустошается как личность.
Ах, да, вишенкой на торте местного фантдопущения является то, что придумал эти филии ни кто иной как Шекспир. В романе целая уйма примеров из текстов его пьес, поведений персонажей трагедий и комедий, так или иначе объясняющих и наглядно демонстрирующих влияние и характерные черты практически каждой важной для сюжета филии, а это где-то половина из полусотни их общего числа.
Надо сказать, что помимо научной составляющей этой задумки у автора и триллер вышел отменный! К главному маньяку романа у героини – лучшей Наживки последних лет – имеются свои счеты, отчего она вынуждена искать его в поистине форс-мажорных обстоятельствах, прибегая к безумным в рамках романа способам, абсолютно не щадя себя. С интригами тоже все прекрасно. Поначалу крайне непонятная ситуация – как у человека, которого ищет весь Мадрид за череду жестоких убийств, может быть десяток разных филий, если максимум на одну персону полагается одна-единственная, а целая группа маньяков противоречит всем профилям – со временем проясняется, но в середине романа автор делает чудесный твист, и когда кажется, что все страдания позади, намечается нечто куда более интересное, чем охота за аналогом Джека Потрошителя.
И красной нитью через всю книгу проходит довольно любопытный вопрос-дилемма: является ли предоставление человеку того, что тот больше всего желает на подсознательном уровне, поводом его использовать? Где вообще грань между собственным выбором и теми действиями, на которые тебя прямо или случайно спровоцировали, за что нужно отвечать самому, а за что ответственность перекладывается на Наживку? И насколько наркотична такая власть над людьми, какой силой воли надо обладать, чтобы применять ее исключительно во благо? Впрочем, с последствиями негативных применений читатель тоже неоднократно столкнется, как и с чрезмерностью применений якобы во благо.
P.S. Главную героиню частенько называют «супервумен». На мой взгляд, куда правильнее было бы прозвище «Чудо-женщина». Хотя бы потому, что её также зовут Диана и она способна узнавать у людей всю подноготную.
Хорошие.
Брайан Макклеллан, «Призраки Тристанской низины». (Повесть из цикла «Пороховой маг».)
Даже не представлял, насколько я соскучился по миру пороха и магии, по героям и их способностям. В этой небольшой повести просто потрясающая концентрация того, за что я полюбил весь цикл. Яростные схватки на поле боя, отстрел магов, быстрая смена ролей «охотник» – «добыча», оборона города, военные хитрости и трусливые бегства, стычки дипломатии с прямолинейностью, невозможная миссия и жертвы, новые колоритнейшие герои и голос старого доброго Тамаса в голове Таниэля… Но главное – ощущение постоянной опасности за плечом и в пороховом дыму. Да, пусть повесть приквельная, да, нам известно, что Таниэль и Ка-Поэль выживут, но даже в этих условиях автор умудряется нагнать напряжения, особенно в схватках со Стражами. И то и дело разбавлять гнетущую обстановку уморительной пантомимой немой дикарочки! Ммм, какая же она клевая, эта немая, закатывающая глаза, изображающая повешение, отчаянно жестикулирующая и бесконечно милая… Прелесть, одним словом.
Джесс Буллингтон, «Печальная история братьев Гроссбарт».
Дебютный роман автора цикла «Багряная Империя» повествует о двух жестоких подонках, которые наводили кровавого шороху в средние века. Убивали всех без разбора, грабили, оскверняли могилы, насиловали и все в таком духе. И очень странно смотрится их искренняя вера в некую одним им ведомую справедливость, олицетворенную в изображении местной Святой. Вынужденные бежать от разгневанного населения родной общины, они пускаются в путешествие через моря-океаны, встречаются с кучей дьявольских созданий, заключают странные сделки, но так и остаются бесчувственными мразотами.
Паоло Бачигалупи, «Орудие войны». (Третья книга цикла «Разрушитель кораблей».)
Если вторую часть цикла («Затонувшие города») можно было читать как совершенно отдельную историю, настолько она была обособленной от «Разрушителя кораблей», то с «Орудием войны» такой фокус не прокатит, оно – прямое продолжение «Городов». Более того, для полного понимания происходящего крайне желательно будет освежить в памяти самую первую книгу о приключениях парнишки Гвоздаря, поскольку встреча с ним – одно из ключевых событий заключительной части. Странно только, что почти все встречи происходят несколько вымученно, будто автор нехотя пытался склёпать заключение одновременно для двух книг и слабо в этом преуспел. Видимо, в том числе и поэтому на третью книгу пришлось потратить почти пять лет, а всё равно ощущение притянутости и лютой скомканности не покидает.
Если же абстрагироваться от «лишних» героев и просто заглянуть в основу «Орудия войны», то мы увидим там развернутое противостояние нашего родного мутанта Тула и стремящегося его уничтожить любой ценой генерала. Уже в первых главах плюсовой плод генетических экспериментов умудряется пережить совершенно немыслимый удар ракеты с воздуха, после чего действие переходит на корабль, плывущий по водным просторам. Роман не так полон антивоенных настроений, как «Затонувшие города», но они все же просачиваются, и когда ты ярко представляешь это самое безжалостное орудие войны, взбунтовавшееся против своих создателей, идущее наперекор собственной воле, просто лежащим на грязном полу, обгоревшим, с отваливающимися кусками плоти, бредящим прошлыми победами – поневоле поймаешь пацифистский настрой. И в финальном противостоянии Тула со своими убеждениями и заложенными в гены «настройками» видится искусственная горькая ирония. Чьи приказы выполнял он – а чьи человек? Был ли у него выбор и почему он вправе отказать в возможности выбора своей жертве? Кто для него Маля с Гвоздарём, а также другие солдатики, способен ли он на чувства к ним или лишь обманывает сам себя, называя их стаей? Действительно ли он безвольное орудие войны или все же некий социальный базис пробивается в подкорку сознания?
И прямых ответов Бачигалупи не то чтобы не дает, но вопросов после финала оставляет явно больше.
Средние.
Джайлс Блант, «Нежная буря». (Вторая книга цикла «Джон Кардинал».)
Как и второй сезон сериала, второй роман цикла чутка сбрасывает интересность за счет смены «погодного режима» и какой-то непонятной шизанутости главного расследования. Сотрудника ЦРУ (действие происходит в Канаде) задрали дикие звери? Ладно, завязка более-менее нормальная, но вот дальнейшее следствие уже никуда не годится, слишком много неестественности. Зато с бытовухой – полнейший порядок, особенно это касается смерти самого близкого для Джона Кардинала человека. Выбивает всю землю из-под ног, психологически выматывая. Какие уж тут расследования…
Кристофер Прист, «Опрокинутый мир».
Представьте себе утопический мир, в котором люди ждут, что когда-нибудь за ними, в их город Земля, прилетят с планеты Земля, чтобы спустя столетия они вернулись обратно.
Представьте, что этот город постоянно находится в движении. Что он плавно перетекает с одного места на другое, буквально колеся по неизведанному континенту.
Представьте, что летоисчисление отныне измеряется не стандартными временными параметрами, а производным от них расстоянием, что возраст зависит от пройденных городом миль.
Куда идет город? Никто не знает. Путеводной звездой является некий Оптимум, как морковка на веревочке, которую невозможно догнать. Своеобразный метафорический парадокс Ахиллеса и черепахи. Город движется – Оптимум удаляется, город отстает – Оптимум замедляется. Рабочие из специально созданной гильдии должны прокладывать путь вперед рельсами, чтобы город свободно катился, но даже они никогда не могут познать Оптимум. Попутно еще нужно устранять неких дикарей, что бегают по округе и нападают на мирно бредущий город.
В самом городе все четко и упорядоченно, дисциплина поддерживается самосознанием горожан, производственная часть процесса отрегулирована до автоматизма, идеологическая – прочно засела в головах жителей, верящих в гиперболическое солнце, путешествия из прошлого в будущее, необходимость отстаивать десятками лет создававшийся уклад и не задаваться вопросами.
Не правда ли, все это что-то очень сильно отдаленно напоминает? Что-то неуловимое, что вертится на языке, но никак не приходит на ум.
Прист в 1974-м году написал практически идеальный вариант существования некой обособленной коммуны, погрязшей в невежестве относительно всего остального мира. По сути своей, этот передвижной город напоминает кочующий по степям цыганский табор. А чтобы не было так банально – автор добавил интриги и массу фантастических допущений, в которых в итоге сам же и запутался: развязка романа пестрит незавершенностями и отсутствием хоть каких-то намеков на ряд ответов.
Герои – как любые члены любой замкнутой коммуны с промытыми мозгами. Однородная масса, движимая только идеологическими целями, подпитываемыми везде валяющимися манифестами. Все во славу равновесия и Оптимума. Им плевать на себя, на близких, на семейные ценности, они в принципе не раскрыты иначе чем «гг и какие-то остальные». Да и гг тут – просто одно название, номинальный представитель-поршень сюжетодвигающей структуры. Единственное, что хоть что-то вызвало интерес к нему – чередование автором повествования от первого лица и от третьего. Взгляд со стороны на обычно «якающего» героя был любопытен, но не более того, каких-то особых предпосылок к такому ходу по сюжету встречается всего одна.
Всколыхнуть это забродившее болото из унылой бытовухи призвана как раз та самая «предпосылка», встреча с которой постарается перевернуть все это общество с его идеалами вверх дном. Получится или нет – автор, видимо, сам так и не решил, тупо скомкав финал до состояния пожеванных обрывков.
Обидно. Стоило ли отводить ¾ книги на скучно написанную производственную бытовуху, чтобы в последней четверти немного зацепить сюжетом и сломом мировоззрения aka веками пестуемых идеалов, но не обыграть это все грамотно, а просто нещадно скомкать и бросить на произвол судьбы.
Мэтт Рафф, «Злые обезьяны».
Излишне кинематографичная и аляповато динамичная история о некой сверхсекретной организации, которая якобы вербует себе людей для борьбы со Злом во всех его проявлениях. Почти вся книга – либо сумбурное мельтешение диалогов в формате «вопрос – ответ», либо рассказ одной сотрудницы этой организации, полный всяких недомолвок и противоречий. Не цепляет, но яркость и насыщенность можно похвалить.
Уильям Риттер, «Призрачное эхо». (Третья книга цикла «Дежекаби».)
Третья часть подросткового цикла о сыщике, расследующем паранормальные дела, неожиданно приобретает более масштабные последствия, нежели первые две. К концу коротенького романа и заделу на следующую часть героям придется «спасать мир», что бы это ни значило.
А начиналось все очень даже невинно: с призрака убитой девушки, «заказывающей» расследование своей смерти. Тут я было подумал, что меня ждет некое подобие «Локвуд и компания» Джонатана Страуда, но нет. Если там были одни призраки и гигантская проблема, то в цикле «Джекаби» появляется любое фэнтезятское существо, которое может вплести в сюжет автор. Драконы, вампиры, оборотни, призраки… И пусть фантазия у Риттера откровенно бедная, даже приключенческий дух и писательский скилл еле-еле на троечку вытягивают, да и цикл направлен исключительно на непритязательных подростков, все равно похождения сыщиков неплохо читаются в качестве разгрузочного материала после какого-нибудь монструозного фэнтези-гиганта, позволяя просто пару часов убить на такой вот филлер. На большее они в принципе не претендуют. А в «Призрачном эхе» немалую часть книги еще и занимает путешествие в некое подобие ада с Хароном, и беседы с ним на темы расплаты монетками, царств мертвых в разных культурах, да даже обычная трепотня попутчиков – лучшие главы, пожалуй, за все три книги.
