http://pavel-shipilin.livejournal.com/

Итоги переговоров "нормандской четверки": первые оценки.(Комментарии из блогов)

Андрей Илларионов о Минских договоренностях

Их единственный положительный результат — возможное прекращение огня. В остальном Путин получил практически все, что хотел. При этом не взял на себя никаких обязательств. Все обязательства взяла на себя Украина. Причем эти украинские обязательства теперь еще подкреплены обязательствами Германии и Франции.

Меня иногда упрекают, что я цитирую Андрея Илларионова и других наших белоленточных братьев по разуму. И совершенно напрасно. Реакция на то или иное событие либералов зачастую — прекрасный индикатор того, что произошло. Например, он очень недоволен результатами Минских соглашений, что не может не радовать. Значит, они удались — не зря 16 часов общались люди. Вот что особенно его расстраивает:

• Возраставшая с Брисбенского саммита G20 международная изоляция кремлевского режима прорвана — Путин вновь стал рукопожатным участником международных встреч и теперь совместно с лидерами демократических государств может подписывать совместные документы.

• Россия не признана стороной конфликта.

• Российская агрессия против Украины не признана.

• Нахождение российских войск на территории Украины не осуждено.

• Возможные поставки оборонительного оружия Украине сорваны.

• Оккупированный Крым в принятых документах вообще не упомянут.

• Требования расследования террористических актов (МН-17, Волноваха, Мариуполь, другие) и наказания террористов отсутствуют.

• Террористам и бандитам гарантированы помилование и амнистия.

• Украина обязуется к концу 2015 года провести конституционную реформу с фактическими гарантиями сохранения террористического режима Лугандонии.

• Украина обязуется провести конституционную реформу и обсуждать вопросы проведения местных выборов с нынешними представителями террористического режима Лугандонии.

• Украина обязуется признать силовую вертикаль Лугандонии — «органы прокуратуры и судов», «отряды народной милиции», созданные и создаваемые террористическим режимом Лугандонии.

• Контроль за международно признанной украинско-российской границей в настоящее время украинской стороне не передан. Его передача отнесена «к концу 2015 года при условии выполнения пункта 11 — в консультациях и по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы», при условии проведения местных выборов и осуществления конституционной реформы во всей Украине. То есть, или никогда, или при признании политического режима Лугандонии и изменении конституционного устройства Украины.

• Освобождение Н.Савченко и других военнопленных/заложников, находящихся на территории России, не предусмотрено.

• Обязательства по финансированию пенсий и иных выплат в Лугандонии возложены на Украину и отчасти на западные страны.

 

• Украина и Запад гарантируют начало переговоров между ЕС, Украиной и Россией по практическим вопросам введения в действие подписанного Украиной Соглашения о зоне свободной торговле с Евросоюзом (т.е. фактически передают Путину ключ от процесса евроинтеграции Украины).

Сергей Караганов о Минских договоренностях

• Глубинная причина нынешнего конфликта в том, что Запад в течение двадцати с лишним лет отказывался признавать законные интересы безопасности Российской Федерации, расширяя зону своего влияния и контроля. В конечном итоге России это надоело, и она поняла, что уговорами ничего не сделаешь. Получаются не уговоры, а умиротворение.

• Франсуа Олланд раньше, Ангела Меркель позже поняли, что совершили чудовищную ошибку, если не хуже. И начали поиск выхода из этого положения. Ведь для Европы эскалация ситуации на Украине, которая перехлестнет ее границы, совершенно неприемлема. Олланд и Меркель перед минской встречей приезжали в Россию, чтобы договариваться о прекращении конфликта, но смогут ли они это сделать в условиях, когда, по крайней мере, США играли на «разгон» конфликта, у меня уверенности нет.

• Взаимное доверие России и Запада основательно подорвано. И трещина возникла глубокая. Нужна длительная совместная работа по оценке совместного пути, предотвращению совместных ошибок и выработке новых гарантий и концепции отношений. Смогут ли европейцы предоставить такие гарантии, я не знаю.