Большинство пар распадается не из-за измен, дурных привычек, финансовых, интимных или бытовых проблем. Самая распространённая причина разрывов заключается в том, что женщины выносят мозг своим мужикам, убивая тем самым по отношению к себе всё живое.
Он терпит, срывается, ругается, бунтует, а потом уходит в ночь или тоже в ночь или романтический вечер к любовнице, которая всегда является следствием, но никогда -- причиной.
Все мои подруги развелись только потому, что трахали своих мужей в голову. На поверхности причины их разводов не похожи одна на другую, но если копнуть глубже, можно увидеть общее: изначально мужчина отдалился из-за того, что на него давили.
Когда я говорила им, рыдающим от якобы несправедливости мужа: «Притормози! Харе! Отстань от него!», все они отвечали следующее: «Ты просто не понимаешь, как это обидно, потому что живёшь одна».
Я-то как раз понимаю, но только не то, что подруги пытались мне объяснить, а что им хотели донести мужья, а именно: «Хватит ебать мне мозг, сука! Всё это очень плохо закончится. Остановись, дорогая! Остановись, пока не случилось страшное».
Редко какая женщина может понять значение фразы «ебать мозг». Я -- одна из немногих, и не потому, что такая мудрая, деликатная или проницательная. Просто мои родители ставили перед собой целью воспитать, прежде всего, независимого и свободного человека, а не удобную для общества курицу.
«Ты должна быть послушной. Не лезь на рожон. Ты -- будущая женщина», -- внушали большинству девочек с детства. Во взрослой жизни такие девочки будут спокойно относиться к тому, что на них давят: их к этому готовили, давление на себя они не считают противоестественным.
А раз они не чувствуют давление на себе, не страдают от него, то и ситуации, когда такое давление исходит от них, девочки не видят, не понимают, не чувствуют.
Внутренние радары этих вчерашних девочек не улавливают давление ни в каком виде: ни когда оно направлено на них, ни когда оно исходит от них.
Меня родители учили не уступать, а отстаивать свои интересы, не нарушая при этом интересы других людей. Такие установки больше распространены в воспитании мальчиков. Наверное, поэтому я так хорошо понимаю мужчин.
В результате такого воспитания, я не выношу даже малейших поползновений на то, чтобы меня продавить. Когда кто-то пытается поелозить ментальным половым органом между моими мозговыми полушариями, у меня в прямом смысле слова поднимается температура. Более того, меня может вырвать.
Женщины, в подавляющем большинстве своём, так остро на попытки давления не реагируют. И это, на первый взгляд, хорошо. Плохо то, что, не реагируя на давление в свою сторону, не понимая, насколько это неприятно, больно, жестоко, они давят сами.
Казалось бы, в мелочах. Казалось бы, невинно. Казалось бы, что в этом такого.
Простой реальный пример. Жена ждёт мужа с работы, приготовила ужин. Муж приходит, она радостно накрывает на стол: соскучилась, сама хочет есть, но терпела, ждала его.
Муж идёт в ванную мыть руки и там зависает на толчке с телефоном: читает ленту «Фейсбука» или играет в «птичек». Из кухни доносится: «Зай! Ужин -- на столе!» «Зая» продолжает сидеть на толчке, и он имеет на это право.
Может быть, это его единственные 10 минут уединения за последние 24 часа. А, может, его всё достало. Может, он встал под душ, закрыл глаза и смывает с себя всю долбёжку рабочего дня. А, может, просто дрочит. И на то, чтобы дёргать свой личный член без вашего участия, он тоже имеет право, представьте себе.
А курица за дверью не унимается: «Зая! Остынет!» Оладух пытается отбиться словом: «Идуу!» Но курица не может ждать: у неё, сукаблять, остывает. И она орёт: «Зай! Ну, остывает же! Что ты там делаешь?!»
Настойчивое пернатое не имеет в планах ничего плохого. Наоборот: она старалась, ждала и искренне хочет, чтобы муж поел горячей еды, а не остывших помоев. А муж в это время хочет одного -- убить дуру, которая выносит ему мозг своим «остынет».
Другой пример: наконец-то, суббота. Мужчина позавтракал, а теперь хочет лежать на диване. Кто скажет, что он не имеет на это права? Конечно, жена! Она, родимая!
Курица считает, что отдыхать нужно активно или, по крайней мере, тащиться в «Ашан» за продуктами на неделю. Женщина хочет как лучше: чтобы муж не валялся овощем, отращивая пузо, а двигался с пользой для здоровья. Или она хочет экономить семейный бюджет, закупаясь на неделю в дешёвых супермаркетах, а не каждый день в дорогом возле дома. Кто обвинит её в том, что она плохая и хочет зла? Никто. Кто её в этот момент ненавидит? Муж, из которого курица тянет жилы со своим активным отдыхом или «Ашаном».
Это женщина думает, что делает всё во благо и «для семьи». На самом деле, этой долбёжкой она семью разрушает.
Если ты говоришь человеку одно и то же несколько раз, рассчитывая выжать из него нужную тебе реакцию, это значит, что ты ебёшь мозг.
И пусть муж отмалчивается, пусть даже тебе уступает, не обольщайся: ты не ведаешь, что творишь, дура. Ты сама роешь могилу вашим отношениям.
Давление, долбёжка, вынос мозга -- как хочешь назови -- это всегда моральное изнасилование. Это ты думаешь, что ничего такого нет в том, что ты три раза позвала ужинать. На самом деле, ты совершила моральное насилие над мужем, которое убивает не то, что его любовь к тебе, а сколь-нибудь человеческое отношение.
Когда ты его долбишь, ты не являешься для него любимой или маленькой девочкой или как там ещё он тебя называет. Ты становишься для него тварью, которую он хочет уебать с ноги в живот. И только воспитание мешает ему это сделать.
С ноги он тебя, скорее всего, не уебёт, но рано или поздно сольёт. В этом можешь не сомневаться. Он может дожить с тобой под одной крышей до глубокой старости, но в душе поставит между собой и тобой такой высокий забор, через который ты никогда не перелезешь. И будете вы сидеть под одной крышей -- два чужих и чуждых человека, которым просто некуда деться друг от друга.
Если ты находишься в отношениях с человеком, принимай его желания. Не можешь принять? Расставайся. Но то, чего делать категорически нельзя, -- это продавливать.
Девочки, вы не виноваты в том, что вас воспитали, не научив остро чувствовать давление. Наоборот: вас целенаправленно учили на него не реагировать. Но раз не умеете, послушайте меня -- человека, который чувствует давление и, может быть, даже слишком остро. Это так больно, так унизительно, так невыносимо, что ни одна любовь -- какой бы сильной она ни была -- не выживет.
Один раз сказала? Промолчал? Заткнись, дура. Не можешь? Уходи. Только не выноси мозг. Пожалуйста.
Любить -- это, прежде всего, жалеть, а не насильно осчастливливать в попытке «дойти до самой сути».
