Сижу и размышляю о той самой, мать ее, пневмонии. Как вдруг раздался звонок.
Димина мамаша сообщила, что он хочет со мной поговорить.
Дима - это первая любовь. Даже не любовь, а сумасшествие какое-то. Мне было всего 14 лет. В таком возрасте ничего серьезного не получается. В общем, 2 года ходила я, как в тумане, порезанные вены, истерики, таблетки - обычный подростковый идиотизм. А когда нам было по 16, его посадили. За убийство. 1,5 года писала. Потом повзрослела и забыла. Напоминают только ежегодные открытки, поздравляющие меня с Новым Годом и Днем Рождения.
Поговорить? Неужели вышел? Рановато, но... Неужели мое недавнее копание в старых дневниках, фотографиях, вообще в прошлом, оказалось очередным предчувствием?