Цитата сообщения Марфа_Путятишна Удачный подбор почвопокровных растений — одна из самых сложных задач в декоративном садоводстве. Нам хотелось бы любоваться изумрудными газонами, а они покрываются мхами и маршанцией. Вожделенные тимьяны, которые грезились роскошными шёлковыми коврами, на деле напоминают скорее скромные половички... Как выбрать «правильные» почвопокровники, советует Елена РЕБРИК.





Почему же так непросто подобрать почвопокровные растения? Да потому, что мы мало того что предъявляем к ним повышенные требования, нередко эти требования ещё и противоречат друг другу. Мы ждём, что они будут быстро разрастаться, держать без существенного для себя ущерба вес человека и терпеть шалости любимых животных, но при этом не отличаться чрезмерной агрессией.



Потому, к примеру, несмотря на «небесную» красоту, не сажаю у себя веронику нитчатую. Ведь соблазнившись ею лишь на миг, придётся мириться с ней всю жизнь. А ещё наши избранники должны быть как можно ниже, в недостижимом идеале вровень с землёй, и, конечно, максимально долго в течение сезона сохранять декоративность. Оттого нередко наш выбор падает на зимнезелёные растения.



Большинство «великих» почвопокровных растений ведёт «ползучий» образ жизни. Их побеги укореняются быстрее, чем успевают подняться вверх. Некоторые, вроде вербейника монетчатого, путешествуют, отправляя в разные стороны стелющиеся побеги и производя корешки везде, где бы листовой узел или стебель ни соприкоснулись с почвой. Другие, как живучка ползучая, формируют на концах стеблей-столонов розетки из листьев с корнями.



Наша непростая «почвопокровная история» начала развиваться, как только мы осознали, что нам больше по душе, когда промежутки между крупными растениями не зияют голой почвой или даже мульчей (как это кому-то и не покажется кощунственным), а их наготу прикрывают стелющиеся. И что нам нравятся газоны. Четыре газонных куска (самый крупный две сотки, а самый маленький не больше четверти) мы посеяли, но по прошествии трёх лет стало ясно — нас постигла «катастрофа». Все газоны расположены в полутени (другими площадями не располагаем), на бедной (по мере сил улучшенной) песчаной почве и выглядят прескверно — трава жидкая, корни слабые, а мох и самое отвратительное — маршанция перешли в решительное наступление.



Неудачей закончилась и попытка, держать полсотки под эрзац-газоном из белого клевера ползучего (Trifolium repens). Он вытягивался, безуспешно пытаясь дотянуться до лучей живительного солнца, и не создавал плотной дернины. Нас не беспокоило, что клевер станет ползти с помощью корневищ, так как обуздали его, заключив делянку в каменную рамку из сети дорожек. Но его способность к самосеву пугала. Поэтому клевер старались вовремя скосить, чтобы он не успел разбросать семена (читала, что они способны преодолеть сорокаметровые расстояния, а значит, через несколько лет сад превратился бы в клеверное поле, что не входило в наши планы). Мокрая масса из побитых триммером листочков, в том числе и «счастливых», и торчащих голых стеблей удручала. Восстанавливалась красота медленно — две-три недели. Клевер пришлось ликвидировать, обогатив этим прекрасным бобовым растением компостную кучу.



За нашим садом, под большими деревьями, в ещё большей, чем у нас тени, обнаружила вербейник монетчатый (Lysimachianum mularia), который, несмотря ни на что, сохранял презентабельный вид и бодро растекался во все стороны. Несколько побегов перекочевали в сад и за год выткали самый крупный, надёжный, красивый и практически безуходный (косить не надо) напочвенный ковёр. Единственное условие — регулярный полив, конечно, если ваша дача не разбита на бывшем болоте. По такому газону можно по случаю пройти, чтобы пару раз за сезон выполоть малочисленные сорняки, а массовые гуляния у насзатевать некому.



Так как сад всё же объявлен белым, то вербейник, который, за исключением момента его буйного золотого цветения (недавно узнала, что есть, оказывается, и форма с белыми цветками!), предстающий в нейтральном зелёном цвете, слегка разбавили пестролистной будрой плющевидной (Glechoma hederacea ‘Variegata’). Но она за два года постепенно восстановила в листьях хлорофилл и стала, к сожалению, давать всё больше чисто-зелёных побегов, которые в некоторых местах уже стали преобладать над вербейником. Кстати, на днях, подъезжая к дому, залюбовалась ровным зелёным ковриком, покрывающим обочину дороги, и что бы вы думали, это было? Будра. Она здесь, как и вербейник, у себя дома.



Чуть в стороне от основного видового массива вербейника был высажен сорт ‘Aureus’ и взят под пристальное наблюдение. Несомненными его достоинствами являются золотистый цвет листьев и большая по сравнению с дикарём плотность куртины, но есть и существенный недостаток — он медленнее разрастается. Поэтому для создания большого ковра нужно либо брать сразу много посадочного материала, либо проявить больше терпения. Вербейник монетчатый можно использовать также как ниспадающее растение. И если в тёплом климате он сохранится полностью, то у нас зимой его висящие побеги замёрзнут, но весной вы их обрежете, и они быстро отрастут вновь, чтобы снова красиво упасть вниз.



Там, где мы возложили на вербейник функции каскадного растения, подсадили к нему родственницу земляники дюшенею индийскую (Duchesnea indica), славящуюся своими жёлтыми цветками, крупными рубиновыми ягодами и «неубиенным» характером. В кромешной темноте, под вязом, совсем неплох зеленчук жёлтый (Galeobdolon luteum, syn. Lamium galeobdolon), оживляющий этот уголок серебряными прожилками своихлистьев.



Очень хорошо в наших условиях показала себя живучка ползучая (Ajuga reptans) сорта ‘Black Scallop’. Есть в саду и другие сорта, но они, и даже «крупномасштабный» ‘Catlin Giant’, выглядят скромнее. У сорта глянцевые тёмные бордово-коричневые довольно крупные листья, сквозь которые не проглядывает ни миллиметра земли, и прекрасные темпы роста. Мы посадили единственную купленную розетку перед кустами роз, у дорожки. За два года живучка освоила около метра площади, забралась даже под розы, где растеряла часть своих ярких красок, и выбралась на дорожку, сделав её края менее строгими.



В этом году попробовали посадить несколько экземпляров в приствольный круг взрослой липы в компанию к прекрасной медунице красной ‘David Ward’, светло-серые листья которой на свету покрываются бурыми пятнами, а в тени дерева ведут себя куда лучше. Чувствует себя живучка в таком экстремальном месте пока хорошо, и даже немного приросла.



Под соснами на пяди земли, отданной семейству вересковых (эрикам, верескам, рододендронам, багульникам и подбелам), «почвопокровит», практически на уровне земли, травянистая лапчатка белая (Potentilla alba), быстро распространяющаяся с помощью столонов. Рассеянная тень, в которой лапчатке приходится жить, похоже, её вполне устраивает.



Несколько квадратных метров перед домом и промежутки между каменными плитками дорожки закреплены за мшанкой шиловидной (Sagina sabulata) — обычной видовой зелёного цвета и жёлтой сортовой ‘Aurea’. Ведут они себя по-разному. Зелёная создаёт очень плотный коврик, а жёлтая более рыхлая, но при этом более настырная. Особенно мне не нравится её манера «идти по головам» своего прародителя. Думаю, что сажать их бок о бок не следует. Летняя косынкаиз мшанки, особенно когда она в мелком горохе из белых цветочков, превосходна, чего не скажешь о её состоянии весной. Какое-то время приходится мириться и с отчасти побуревшими стебельками, и с проплешинами, но дело того стоит. Территорию мшанка завоёвывает довольно быстро, продвигаясь с помощью ползучих укореняющихся стеблей. Недавно услышала, что есть якобы мшанка с серебристыми листьями, но, к сожалению, пока не знаю, где она обитает. Возможно, селекционеры об этом ещё только думают.




Щели в дорожке из брусчатки, верх подпорных стенок и камней без наших стараний (йогуртом не поливали) постепенно обживают самые разные мхи. Они легко разрастаются там, где им нравится, охотно рассыпая из своих кувшинчиков изумрудную пыльцу, но их непросто внедрить насильно. И ещё, я мету дорожки веником, а мох столь нежен, что легко отрывается. Придётся купить садовый пылесос! Кстати, в мелких земляных карманах наверху подпорных стенок помимо мхов благополучно зимуют у нас только моховидные камнеломки. Попытки создать «симбиоз» карманов с молодилами и мелкими папоротниками (многоножкой обыкновенной и костенцом волосовидным) не увенчались успехом.




Ползучую ястребинку волосистую (Hieracium pilosela) мы привезли из светлых сосновых лесов Мордовии. Понравились её серые опушённые листья и «приземистый» характер. У нас в саду благородный серый цвет она, к сожалению, сменила на капустно-зелёный, но в остальном не подводит.




В уголке сада, похожем на глушь лесную, между папоротниками, ландышами, парисами и купенами высажен непревзойдённый тенелюб копытень европейский (Asarum europaeum). Под блестящей тёмно-зелёной округлой листвой летом прячутся необычные колокольчатые цветки, снаружи буро-зелёные, а внутри тёмно-красные с фиолетовым оттенком, с приятным ароматом (кто бы мог подумать, их и обнаруживают не все). Нарастает европеец не слишком быстро, но хорош необыкновенно, особенно если перемежить его тёмные листья чем-нибудь светло-зелёным, например, голокучником Линнея. Порадовала меня и его склонность к ненавязчивому самосеву. Сеянцы собираю и подсаживаю к основной массе, увеличивая тем самым её размеры. Копытень имеет немало (около 70) видов и даже сортов. Одни, например, A. shuttleworthii, а особенно его сорт ‘Gosan Valey’, на тёмно-зелёных листьях которого благородный серебристо-белый оттиск, я бы с удовольствием посадила. А вот засоривший в последние годы участки маститых цветоводов A. splendens мне категорически не нравится за его вызывающую пестроту и неряшливость (да простят меня корифеи).



По случаю вместе с каким-то растением попала в сад лесная земляника (Fragaria vesca). Соседство земляники с фиалками, пупочником, миниатюрными хостами и манжетками альпийской и красночерешковой оказалось вполне уместным, а потому её пребывание на захваченном месте мы узаконили. И, несмотря на изрядную тень, в этом году она порадовала нас многочисленными ягодами, правда, из-за дождливой погоды не слишком сладкими.



Общепризнанное теневыносливое почвопокровное растение — барвинок малый (Vinca minor), кажется мне высоковатым, рыхловатым, а главное, «буйноватым», но и ему нашлось место. Мы посадили его на обрыве за садом, практически в лесу, где не предполагаем ходить. Более компактный и относительно медленно растущий пестролистный сорт поселился не просто под вековой сосной, но ещё одновременно и под деревянной скамейкой. Похоже, что ему там нравится. Важно только не забывать его поливать. Дважды сажали низкорослый барвинок большой (Vinca major), но он почему-то не прижился.



Для покрытия почвы используем и кустарники. Весьма подходящей по высоте считаю реликтовую миниатюрную дриаду восьмилепестную (Dryasoctopetala). У неё прекрасные глянцевые резные, напоминающие дубовые, листочки и непропорционально крупные (что совсем неплохо) белые цветки с нарядными жёлтыми пыльниками. Растёт плотной куртиной, не быстро, но стабильно, всё же у неё за спиной опыт выживания длиной в десятки тысяч лет.



Почвопокровным был объявлен и кизильник горизонтальный (Cotoneaster horizontalis). А в нашем деле, как вы понимаете, главное — посчитать. Конечно, не на каждом участке он всегда благополучно зимует. Например, на «дальней» даче, где тяжёлые глинистые почвы и низкие болотистые места, наш горизонтальный сильно обмерзал и весной требовал серьёзной «посттравматической» стрижки. Здесь же — на песке и в тепле, готовясь к открытию сезона, срезаю буквально две -три небольшие веточки, которые зимой торчали из сугробов и потому замёрзли. А летом он выглядит ошеломляюще и вовсе не требует к себе внимания. И там, где мы, самовольничая, не поднимаем ветви вверх, они, стелясь, укореняются.



Стелющиеся виды и сорта можжевельника (Juniperus), особенно плотно прижатые к земле,— по «низости» своего роста могут дать фору многим травам. Только нарастают медленно да порой «горят» (важно обзавестись «правильными» сортами). Именно можжевельники лучше всего подходят для посадки на склонах, но солнечных, а у нас только теневые. Поэтому мы раскидали несколько сортов по равнинной, относительно светлой части сада, но полноценную отдачу от них ещё ждать и ждать.



От выполнения почвопокровных задач в саду не удалось уклониться и некоторым лианам. Начну с гортензии черешковой (Hydrangea petiolaris), которой хочу посвятить хвалебную оду. Не счесть её достоинств: прекрасная глянцевая тёмно-зелёная округлая зимующая листва; быстрый рост; плотно прилегающие к почве побеги с массой воздушных корешков; способность с помощью присосок прямо с земли отправиться ввысь по стволу дерева или стене (оторвать побег невозможно). А когда разливается её белопенное цветение, то сад будто озаряется долгожданным светом. Там, где гортензия была посажена в непосредственной близости от газона, мы решили постепенно (по мере продвижения лианы) траву выпалывать, чтобы создать газон из неё.



Нам привычна картинка, когда девичий виноград пятилисточковый (Parthenocissus quinquefolia) увивает заборы и карабкается по деревьям, но он не прочь изаземлиться, даже в тени. Два - три года ему потребуется для наращивания подземной мощи, а потом он не знает удержу. Мы посадили девичий виноград по периметру забора. Там, где нас интересуют только вертикальные возможности лианы, все лежачие побеги поднимаем. Там же, где уместен девичий ковёр, — оставляем их лежать. Мне кажется, что помимо мхов и лишайников именно девичий виноград, лежащий на земле, создаёт ощущение более старого сада.




Экзотическая лиана — луносемянник даурский (Menispermum dahuricum), у себя на родине, на Дальнем Востоке, всё же чаще растёт вверх. Его побеги обвивают опору против часовой стрелки, и их «ветвей плетенье» создаёт плотный красивый узор, особенно заметный осенью, когда облетают листья. Несколько лет кряду мы поднимали побеги и привязывали их к опорам, но зимой они до уровня снегового покрова обмерзали. Вот уже два года луносемянник предоставлен сам себе — сколько успевает за тёплый сезон, столько и поднимается вверх, но в основном стелется по земле. Когда положено, его укрывает снег, который и обеспечивает побегам более «длинную» жизнь. Знаем, что цветки у луносемянника мелкие бело-зелёные, а ягоды чёрные блестящие, похожие на виноградины, но видеть этого не доводится, так как растение двудомное, а нам, видимо, попался мужской экземпляр. Довольствуемся видом нарядных листьев — красных ранней весной, светло-зелёных летом и лимонно-жёлтых осенью.

Вот так мы и живём «в тени задумчивого сада». А если у вас весь день золотое солнце «разноцветным сиянием бьёт» (С.Я. Надсон), то, конечно, грех не посадить пружинящие под ногами ароматные тимьяны (Thymus), серебристые, похожие на кружева, ацены (Acaena), пушистые и нежные кошачьи лапки (Antennaria) и ещё много-много всякой всячины. Завидую вам!

Фото автора и Сергея Карепанова.

Источник