К СОЖАЛЕНИЮ БОЛЬШИНСТВО ВЫСТАВЛЕННЫХ ТУТ РАБОТ В ТЕЧЕНИИ НЕСКОЛЬКИХ ЧАСОВ УПЛЫВАЕТ В ЧАСТНЫЕ КОЛЛЕКЦИИ. ОНИ НАВСЕГДА ОСЕДАЮТ ТАМ И НИКТО ИХ БОЛЬШЕ НЕ ВИДИТ. ФАКТИЧЕСКИ ОНИ УМИРАЮТ, ПРЕВРАЩАЯСЬ В КАПИТАЛ...

Создатели таких часов удивляли мир, стараясь подчеркнуть свою изобретательность и оригинальность. Как правило, особые часы очень ценятся коллекционерами.

Давайте прогуляемся по современным часовым магазинам. Глаза разбегаются. Каких только часов здесь нет! Кажется, собраны шедевры мировой конструкторской мысли. Маятники крутятся, вращаются, качаются, совершают немыслимые движения. Вот это искусство, скажет неискушенный покупатель, - и ошибется. Никакого искусства, никакой собственной мысли, один сплошной плагиат. Заглянем внутрь таких "шедевров" и увидим, что маятник подобных часов совершенно не связан с часовым механизмом - он движется от отдельной батарейки, а современные кварцевые часы - от своей. От старинных изобретений взят только внешний вид.

Неужели современные конструкторы не могут найти "изюминку" - придумать, как новейшими дизайнерскими решениями украсить замечательные, очень точные кварцевые электронные часы? Здесь могут быть использованы какие-нибудь космические мотивы, новейшие материалы и технологии их обработки. Почему-то мне кажется, что внешнее заимствование идей XVIII-XIX веков приносит вред часовому искусству и, в частности, коллекционированию. Потому что покупатель, увидев в магазине сотни часов, например, с крутильным маятником, может не понять, чем же замечательны, вроде бы, похожие с виду, часы старинных мастеров и почему они стоят в десятки раз дороже.

На самом деле, у часовщиков прошлого каждый элемент прибора времени имел особое значение. Если претерпевал изменение, то оно имело смысл, - качественно влияло на точность или на продолжительность хода, или на индикацию часового механизма. Существовал целый класс так называемых особых часов, в которых воплощалась какая-нибудь нетрадиционная идея. Создатели таких часов удивляли мир, стараясь подчеркнуть свою изобретательность и оригинальность. Как правило, особые часы очень ценятся коллекционерами. Ведь это результат не только высококачественного индивидуального труда, но и выдающейся конструкторской мысли, чем и отличаются эти талантливые произведения от традиционных часов массового изготовления.

читаем дальше

Татьяна ФОКИНА
Фото Игоря НАРИЖНОГО по экспозиции Политехнического музея

В 1748 г. Михайле Ломоносову была выплачена государственная премия в размере 2 тыс. рублей. Правда, бумажных денег в России тогда еще не было, а серебряных и, тем более, золотых монет не хватало. Пришлось светилу науки российской везти подарочек - 3,5 т медных монет - на десятке подвод. Факт сей, насколько забавный, настолько и мало отрадный, лишь подтверждает, что история денежного обращения России была историей битвы за золото.

Ученые считают, что человек познакомился с золотом в глубокой древности. Металл привлек наших пращуров своей ковкостью и цветом - цветом Солнца, которому и поклонялся абстрактный прародитель. Золото стало символом богатства и могущества, да так до сих пор и манит человека своим блеском. Первоначально его разрабатывали открытым способом, то есть просто искали или мыли в долинах рек, размывавших золотоносные жилы. Первым старателям Европы и Азии, вероятно, везло относительно больше нашего, ведь золотые россыпи тогда еще валялись буквально под ногами. Сомнения по этому поводу может развеять Геродот, который с некоторой надменностью описывал государство Лидия (на территории современной Турции), которое "совсем ничем не обладает, разве, может быть, кроме золотого песка, приносимого течением реки Тмола". Именно в Лидии в VI в. до н.э. начали чеканить первую в мире монету - статер, из электрума, естественного сплава золота с серебром. Ранее золото обменивалось в виде слитков или изделий, что затрудняло процесс торговли. Лидийцы придумали универсальный вид существования золота на многие века. Конечно, первые лидийские монеты не были вполне похожи на современные, потому что имели выпуклую, а не плоскую форму. А в греческой колонии Ольвии (северный берег Черного моря) и вовсе часть золотых монет имела вначале вид дельфина. И все же процесс было не остановить.

Крест был первым из символов христианской веры, нашедших свое место на римской монете. Это произошло уже в IV веке, и с тех пор монеты христианской империи были немыслимы без этого универсального знака Спасения. Он имел не только религиозный, но и государственный смысл.

Гексаграмма Константа II (641—668)

Определяющим в его восприятии было предание о видении креста Константину Великому накануне решающей битвы за Рим. Слова «Сим победиши!», внушенные тогда императору, определили будущее отношение монархов к этой эмблеме. «Константиновская традиция» предопределила длительность бытования креста в нумизматике. На медных позднеимперских выпусках IV—V веков кресты различной величины и конфигурации, когда бессистемно, когда упорядоченно, располагаются на свободных участках монетного кружка, близ императорских фигур либо буквенных обозначений номинала (с конца V века). Наряду с ними – популярная в то время христограмма, то есть монограмма имени Спасителя, состоявшая из греческих букв I (йота) и X (хи), либо X (хи) и P (ро). Впервые она украсила монету еще при Константине Великом, увенчав собой императорский штандарт лабарум. Эти редкие монеты константинопольского чекана плюс описание лабарума, оставленное Евсевием Кесарийским, позволяют детально реконструировать облик некогда знаменитой регалии обновленного Рима.

фото тут

Производился на заводе города Вятские поляны.
1950 г.