История, в которой, благодаря техничке Марии Иллиодоровне, происходит интеграция русской, японской, корейской и турецкой культур, а я, неожиданно, учусь готовить блины и собираюсь переезжать в Осаку.

***********************************************************************************************

Как и было указано выше, история эта произошла в феврале 1997 года. Я оканчивал предпоследний курс института, который в моей жизни был по счету вторым. Поскольку обучение было очно-заочным, я приехал на сессию в областной центр и был заселён на время оной в самый дешёвый номер ближайшей к институту гостиницы. Номер был трёхместный. Три кровати, три тумбочки, облезлые стены, аналогичный пол и двое сокурсников, имена которых моя память восстановить отказалась. Был ещё коричневый полированный стол, сплошь покрытый белыми кольцами - следами горячих кружек, и напоминающий этим чешуйчатый бок невиданной рыбы. Просто сказать, что стол был старым, значит сделать ему изящный комплимент. В углу стоял ровесник стола шифоньер, которому в полированный бок хотелось немедленно зафинтилить металлическим шариком, дабы оставить на его поверхности среди прочих свой именной кратер. По причине бедности вечерами мы никуда не ходили. Просто сидели в нашем убогом номере и занимались нормальным для всех студентов-заочников делом, то есть бухали. На дешёвую водку, само собой, средства находились...
Влажную уборку в вышеуказанном помещении осуществляла пожилая уборщица. С периодичностью один раз в три дня, не утруждая себя стуком, она входила в нашу комнату. С бряцаньем ставила в центре ведро с водой, и, молча осмотрев нас троих, начинала возить по полу серой вонючей тряпкой. Лицо уборщицы в этот момент принимало выражение брезгливости, как если бы она мыла пол не тряпкой, а насаженной на алюминиевую трубку дохлой кошкой. Мы сидели по кроватям и, поджав ноги, наблюдали за процессом равномерного размазывания грязи по всей площади пола. Первой, спонтанно сложившийся между нами обычай гробового молчания, нарушила уборщица.
- Ну и чего вы тут сидите, как цуцики? - неожиданно сказала она.
Мы изумленно подняли на нее глаза. Дар речи был временно утерян, во-первых от звука голоса уборщицы, а во-вторых, от самой претензии и причисления нас к каким-то "цуцикам".
- А че делать-то? - через некоторое время отреагировал один из нас (точно помню, что не я).
- Да хоть бы к девкам в гости сходили... Вон, за стенкой, девки у вас живут! Давненько уже...- не прерывая уборки, ответила она и многозначительно добавила, - Штук восемь, наверное!
К девкам? Каким еще, на фиг, девкам?! На этаже было только две двери. Одна, деревянная и облезлая, вела в нашу халупу. Вторая была металлическая, отливала бронзовой краской и наглухо скрывала от посторонних все признаки, происходящей за ней жизни. Я лично, снедаемый любопытством, несколько раз прикладывал к холодной поверхности ухо. Там всегда было тихо как в мавзолее. Наверное, это нежилое помещение, вынесли мы коллективное решение, на чем и успокоились. И вот, на тебе! Девки!
- А вы случаем не попутали чего? - снова спросил один из нас (для удобства я, пожалуй, буду называть его условным именем Игорь). - Там вроде бы закрыто постоянно, и дверь какая-то неживая, как в бункере...
- Конешно закрыто, - с готовностью ответила уборщица. - Так я договорюсь, они вам и откроют! Я ведь и у них полы мою. Зовут меня, кстати, Мария Иллиодоровна...
- Тут третий из нашей компании, назовем его, к примеру, Данил, сказал:
- Договаривайтесь, договаривайтесь, Татьяна Иллиодоровна! Фига ли нам тут втроем кочумать! А девки из-за железной двери - это круто! Может и пожрать еще удастся на халяву!
- Вот это молодец! - указала шваброй на Данила Мария Иллиодоровна. - Сразу видно - боевой парень!
После этих слов я, единственный не принимавший участия в разговоре, почувствовал себя если не цуциком, то кем-то типа него. Чтобы срочно поднять свой статус уж если не до «боевого парня», то хотя бы до «просто парня» я тоже добавил от себя:
- Да, да, Марья Илидорнна! Мы согласны! Только вот там девки-то явно не простые живут, раз за такой дверью спрятались. А мы наоборот - парни простецкие, на бэхах с мерсами не разъезжаем. Посмотрят на нас, да и пошлют назад в комнату нашу колченогую…
- Девки-то скромные, не халды какие-то… Порядочек у них всегда… Кстати и парень там один живет! Правда он странноватый какой-то, вроде бы как пришибленный немного… Щупленький, в очках и молчком все… Девкам-то скушно поди с ним. Вот я про вас и подумала…
- Ну, вот и ладненько, - потирая руки, сказал Данил. – Будем ждать от вас, Марья Иллиодоровна, вестей.
- А девки-то симпатичные хоть? - подал голос со своей кровати Игорь в след уходящей Марье Иванне.
Та, почти выйдя за дверь, обернулась.
- Нормальные девки… Смугленькие все, ускоглазенькие… Ладно, некогда мне тут с вами! Еще на пятом площадку мыть!
Дверь за ней закрылась. Мы переглянулись.
- Я чет не понял,- почесал затылок Данил. – Что значит ускоглазенькие?
- Это значит, что глаза у них узкие, баклан! – ответил Игорь. – Таджички что ли? Или узбечки?
- Так они же страшные… - недовольно протянул Данил. – У нас по соседству беженцы какие-то поселились из Таджикистана, человек пятнадцать в одной квартире. Вот это, я вам скажу, паноптикум!
- Да с чего ты взял, что там таджички? – вступил я. – Таджичкам, пожалуй, такие номера не по карману. И если это действительно таджички, то явно не простые… Наверняка их родители не на вокзалах милостыню просят. Симпатичные среди них, кстати, тоже встречаются. У нас в группе две учились в прошлом году. Очень даже ничего… Моментально замуж выскочили и на заочку перевелись…
- Да я вообще, как-то слабо верю, что она пойдет договариваться, - сказал Игорь. – На фиг ей это надо? Мы ей вообще никто! Чаевых за уборку тоже не даем, чтобы она нам девок для знакомства бесплатно подгоняла! А вы уже губу раскатали! Хотя пожрать на халяву чего-нибудь восточного я бы не отказался… Говорят сладости у них клевые…
Мы помолчали, обдумывая эту мысль, которая, честно говоря, мелькала и у меня. Но вслух я сказал:
- А вдруг и, правда, договориться? Чем черт не шутит…
Прошло два дня. Бабка-уборщица так и не объявилась. Заветный пароль для прохода за железную дверь прямо в объятия чернооких восточных красавиц, сидящих на толстых персидских коврах в окружении блюд с халвой, пахлавой и прочей чучхелой мы не получили. Игорь оказался прав…

Серия сообщений "Моя жизнь.":
Часть 1 - Вот уже тридцать шесть лет я тусуюсь на этом свете...
Часть 2 - История первая. (1997 год)
Часть 3 - Без заголовка
Часть 4 - Без заголовка
Часть 5 - Без заголовка
Часть 6 - Без заголовка
Часть 7 - Синди и Майкл (короткая история).