Не менее частым моим "гостем" в стенах Крестов стал тот, кого я назвал своим злым демоном-преследователем - Георгий Бойко. Наше знакомство в реале состоялось тогда же в Крестах, однако наши жизненные пути роковым образом пересеклись задолго до моего ареста. Ещё в 2001 году, когда Бойко работал опером в УВД метрополитена, он воспылал ко мне злобой, в течение времени разросшейся до маниакальных размеров. Как он признаётся сам (на страницах написанной совместно с Ильёй Стоговым документальной книги "Неприрождённые убийцы"), обо мне он впервые узнал случайно, мимоходом услышал от какого-то задержанного подростка, что существует скиновская группировка "Шульц88", что лидер там Шульц и больше ничего никому о них не известно. В круг служебных обязанностей Бойко входило расследование преступлений совершённых в петербургском метрополитене и надо сказать, что в те годы многие неприятности происходили в метро именно по вине бритоголовых. Поймать скинхэдов и тем более организованных скинхэдов, как говорится "за руку" - на месте совершения преступления - было практически невозможно и тогда Бойко начал активно собирать информацию о молодёжных экстремистских объединениях с целью вербовки в скин-среде информаторов и внедрения агентов. Основная цель, у него была, разумеется, одна - отправить за решётку главного организатора силовых акций и массовых беспорядков в питерской подземке. По ряду причин генеральным зачинщиком всех происходящих под землёй безобразий он посчитал меня. Ведя напряжённую оперативную работу, Бойко всё больше узнавал о "Шульц88" и, кажется, начинал ненавидеть меня всё сильнее, подозревая во всех мыслимых и немыслимых грехах против правопорядка и законности. Так он узнал, что нападения на иностранцев "Шульц88" организовывают на регулярной основе - не менее раза в неделю, по несколько кровавых атак в день и теперь, изучая сводки происшествий, он не знал покоя, не в силах остановить машину правого террора. Ещё, он узнал, что никто из участников организации не знает ни моего адреса, ни телефона, что в банде установлена строгая дисциплина, основанная на принципе единоначалия, и стал считать меня очень опасным человеком. Первая попытка зацепить меня осуществлённая Бойко в 2001 году потерпела полнейшую неудачу и отныне его "зацикленность" на Ш88 перешла всякие границы разумного.

7 ноября 2001 года по случаю очередной годовщины большевистского переворота "Шульц88" акционировали (группировались для совершения силовых акций) и в этот день в перегоне между станциями метро "Невский проспект" и "Сенная площадь" прямо в вагоне подземного электропоезда были избиты двое граждан Танзании. От своих стукачей Бойко получил информацию о возможной причастности к нападению ребят из Ш88. Не теряя времени, Бойко провёл задержания нескольких бывших ему известными рядовых участников организации (среди них находились впоследствии знаменитые Алексей Воеводин "СВР", Дмитрий Боровиков "Кислый", а также сын руководителя питерского филиала РНЕ Я.К.) и в ходе допросов вынудил некоторых к признанию. Сверхзадача Бойко, конечно, заключалась не в том, чтобы привлечь к уголовной ответственности юных "шульцов", тогда ещё даже не достигших совершеннолетия, а в аресте главного вдохновителя, лидера и организатора преступления - Шульца. Каково же было разочарование Георгия Владимировича, как только стало ясно, что Шульц, обычно всегда возглавлявший скинов в атаках, 7 ноября сославшись на дела, уехал домой за полчаса до избиения танзанцев. Дело развалилось окончательно, когда на опознании потерпевшие негры не смогли узнать своих обидчиков. Газета "Петербургский Час Пик" опубликовала тревожную статью о росте ксенофобии в Санкт-Петербурге, а Георгий Бойко почему-то жутко на меня разозлился.

Прошли годы. Я десятки раз разговаривал с десятками парней разговаривавшими с Бойко. Каждому он говорил, что поймает меня и посадит; мне же оставалось только недоумевать, чем я заслужил столь глубокую негативную привязанность. В феврале 2003 года был создан 18 отдел УБОП специализировавшийся на расследовании преступлений экстремистской направленности. Я не сильно удивился, узнав о назначении Бойко в отдел старшим оперуполномоченным по особо важным делам. Он и ориентировал 18 отдел на выполнение задачи №1 - арест Шульца. Отныне против меня работали уже два десятка оперов - не самых плохих профессионалов и исход дуэли с государством стал во многом предопределён.

Теперь мы часто встречались в тюремном подвале и могли, наконец, посмотреть друг другу в глаза. Бойко много рассказывал о себе и своей семье, и некоторые подробности его жизни стали для меня новостью. По образованию он оказался биологом, и какое-то время даже работал в школе учителем. Его родители участвовали в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, и он часто аппелировал к ним, критикуя мои взгляды, потому что его отец был евреем. Попытки объяснить ему, что мои отношения с людьми строятся на более гибкой основе, были безуспешны - он не слушал меня. Ему просто было необходимо выговорится, выговорится перед человеком, преследование которого, он сделал целью своей жизни...

Оперативник УБОПа посещал меня не только для отвлечённых разговоров. Вместе со Стебенёвым они постоянно давили на меня, принуждая к даче признательных показаний. Я интуитивно чувствовал, догадывался о слабости доказательной базы обвинения и вообще отказывался от дачи каких-либо показаний, намереваясь придерживаться данного решения в ходе всего судебного процесса. Столкнувшись с моей несговорчивостью, Бойко просил Стебенёва, чтобы он принял соответствующие меры воздействия. Первой такой мерой и стало распределение в камеру 758. Оперативники ждали, когда измученный вынужденным соседством с кавказцами я соглашусь на сотрудничество со следствием, однако время шло, а я ещё ни словом не выразил неудовольствия своим положением и равнодушно игнорировал подколы Бойко по поводу соседей-мусульман.

http://ns-dima-schultz.livejournal.com/4078.html