Больной выжил, целый месяц умирал. Его дыхания хватало на полчаса. А потом он тихо отключался, глаза закрывались, сознание уходило и он проваливался в небытиё. Чтобы вернуть сознание пришлось сделать оснавательную чистку мозгов, и вот он засветился.
А я в это время то ли жила, то ли кино смотрела.

Я ещё не успела отойти от походных приключений, как оказалась втянутой во всякий полицейский истории.

История первая.

Рассказывать историю в подробностях, когда она уже успешно закончилась не интересно. Хотя две недели мы прожили в демонстрациях поддержки, телевизионных интервью, газетных статьях и пр. А дело в том, что классного руководителя моего сына обвинили в сексуальном домогательстве. Позволил он себе совсем немного: сказать ученице в классе, что она красивая девочка и ей не к лицу грустить. И заметил при очередной перекличке, что теперь он знает её имя, не достаёт только адреса. Шутка не удалась. Несчастный не ведал, что папа девочки адвокат. И дело завертелось.
Но, видимо, он, действительно любим учениками. О такой поддержке можно только мечтать (не дай Б. влипнуть!). Подписи в интернете, демонстрации у мэрии по время слушанья в отделе образования. Дети не выходили от него, каждый день его посещала какая-нибудь группа учеников.
Всё уже позади. Дело закрыли и ему разрешили вернутся в школу.
Он позвонил нам домой поблагодарить сына (и так каждому из его выпуска). Очень растроганно сказал, что, если бы не дети, то неизвестно, чем бы это закончилось.