Легендарный Каспар Бекеш , всю жизнь проживший воинствующим безбожником, на смертном одре уступил уговорам набожного Батория и согласился принять священника. Священник попытаться утешить Бекеша тем, что последний ныне покидает юдоль скорбей и скоро узреет мир лучший. Тот послушал-послушал, потом приподнялся на ложе и сколь было сил отчетливо высказал:
"Пошел вон. Жизнь прекрасна." С чем и умер.

Императрица Елизавета Петровна крайне удивила лекарей, когда за полминуты до смерти поднялась на подушках и, как всегда, грозно, спросила:
"Я что, все еще жива?!". Но, не успели врачи испугаться, как все исправилось само собой.

Граф Толстой последнее, что произнес на смертном одре: "Мне бы цыган услышать - и ничего больше не надо!"

Композитор Эдвард Григ : "Ну что ж, если это неизбежно...".

Павлов : "Академик Павлов занят. Он умирает".

Знаменитый натуралист Ласепед отдал распоряжение сыну: "Шарль, напиши крупными буквами слово КОНЕЦ в конце моей рукописи".

Физик Гей-Люссак : "Жаль уходить в такой интересный момент"

Дочь Людовика XV Луиза : "Галопом в небеса! Галопом в небеса!"

Писательница Гертруда Стайн : "В чем вопрос? В чем вопрос? Если нет вопроса, то нет и ответа"

Виктор Гюго : "Я вижу черный свет...".

Юджин О`Нейл , писатель: "Я так и знал! Я так и знал! Родился в отеле и... черт побери... умираю в отеле".

Единственное, что успел сказать перед смертью Генри VIII : "Монахи... монахи... монахи". В последний день жизни его мучили галлюцинации. Но наследники Генри на всякий случай устроили гонения на все доступные монастыри, подозревая, что короля отравил кто-то из священников.

Джордж Байрон : "Ну, я пошел спать".

Людовик XIV кричал на домочадцев: "Чего вы ревете? Думали, я бессмертен?"

Отец диалектики Фридрих Гегель : "Только один человек меня понимал на протяжении всей жизни... А в сущности... и он меня не понимал!".

Вацлав Нижинский, Анатоль Франс, Гарибальди перед смертью прошептали одно и то же слово: "Мама!".

"Подождите минуточку". Это сказал Папа Римский Александр VI . Все так и сделали, но, увы – ничего не получилось, папа все-таки скончался.

Еврипид , который, по слухам, был просто в ужасе от близкой кончины, на вопрос, чего может бояться в смерти такой великий философ, ответил: "Того, что я ничего не знаю".

Умирая, Бальзак вспоминал одного из персонажей своих рассказов, опытного врача Бианшона: "Он бы меня спас...".

Петр Ильич Чайковский : "Надежда!.. Надежда! Надежда!.. Проклятая!"

Михаил Романов перед казнью отдал палачам свои сапоги: "Пользуйтесь, ребята, все-таки царские".

Шпионка-танцовщица Мата Хари послала целящимся в нее солдатам воздушный поцелуй: "Я готова, мальчики".

Философ Иммануил Кант произнес перед самой смертью всего одно слово: "Достаточно".

Один из братьев-кинематографистов, 92-летний О. Люмьер : "Моя пленка кончается".

Ибсен , пролежав несколько лет в немом параличе, привстав, сказал: "Напротив!" - и умер.

Надежда Мандельштам - своей сиделке: "Да ты не бойся".

Сомерсет Моэм : "Умирать - скучное занятие. Никогда этим не занимайтесь!"

Генрих Гейне : "Господь меня простит! Это его работа".

на смертном одре изрек странное: Иван Сергеевич Тургенев "Прощайте, мои милые, мои белесоватые...".

Поэт Феликс Арвер , услышав, что санитарка говорит кому-то: "Это в конце коЛидора", простонал из последних сил: "Не коЛидора, а коРидора" и умер.

Художник Антуан Ватто : "Уберите от меня этот крест! Как можно было так плохо изобразить Христа!"

Оскар Уайльд , умиравший в гостиничном номере, оглядел угасающим взором безвкусные обои на стенах и вздохнул: "Они меня убивают. Кому-то из нас придется уйти". Ушел он. Обои остались.

А вот последние слова Эйнштейна канули в Лету - сиделка не знала немецкого...