Lying in my bed I hear the clock tick,
And think of you
Turning in circles confusion
Is nothing new
Flashback to warm nights
Almost left behind
Suitcase of memories,
Time after...

Sometimes you picture me
I'm walking too far ahead
You're calling to me, I can't hear
What you have said
And you say go slow
I've fallen behind
The second hand unwinds

Chorus:
If you're lost you can look and you will find me
Time after time
If you fall I will catch you I'll be waiting
Time after time
If you fall I will catch you I'll be waiting
Time after time
Time after time

After your picture fades and darkness has
Turned to grey
Watching through windows I’m wondering
If you’re OK
And you say go slow
I've fallen behind
The drum beats out of time

Chorus:
If you're lost you can look and you will find me
Time after time
If you fall I will catch you I'll be waiting
Time after time
If you fall I will catch you I'll be waiting
Time after time
Time after time

mmm…time after time
Oooh…time after time
Time after time

Autumn Leaves lyrics

Artist: Eva Cassidy
English Lyrics by Johnny Mercer and Music by Joseph Kosma


The falling leaves drift by my window
The falling leaves of red and gold
I see your lips, the summer kisses
The sunburned hands I used to hold

Since you went away the days grow long
And soon I'll hear old winter's song
But I miss you most of all, my darling
When autumn leaves start to fall

(Instrumental for 1 minute)

Since you went away the days grow long
And soon I'll hear old winter's song
But I miss you most of all, my darling
When autumn leaves start to fall

I miss you most of all, my darling
When autumn leaves start to fall
 

© CASSIDY ARTWORK, 2004-2006

Сайт:

Библиотека музыки

Статья:

Биография

Дата публикации: 13.04.2007

"Ева была сложным человеком, - рассказывали о ней друзья. - Болезненно скромная, ранимая, подверженная депрессии, но самоуверенная и упрямая во всем, что касалось личных убеждений и творческих принципов. Профессиональная карьера ее мало занимала, она предпочитала жить в окружении близких друзей, которые понимали и поддерживали ее". Недоверие к музиндустрии было взаимным, найти общий язык им так и не удалось. Не помог даже "божественный голос" Евы Кэссиди. Собственно, только стараниями ближнего круга единомышленников наследие Евы Кэссиди стало достоянием миллионов людей. К сожалению, уже после ее смерти.

Eva Cassidy

родилась 2 февраля 1963 года в Оксон Хилле, штат Мэриленд. В 1970 году семья переехала в Боуи, маленький пригород Вашингтона, где и прошло ее детство. У Евы был брат Дэнни (Danny) и любящие родители, которые обожали музыку и сумели увлечь ею детей. Дэнни брал уроки скрипки, Ева с удовольствием пела, подбирая любимые мелодии на гитаре, которой она овладела с подачи отца. Учитель по профессии, занимавшийся с умственно отсталыми детьми, одно время отец загорелся идеей создать семейный фольклорный ансамбль: гитара, скрипка и бас-гитара, на которой он играл сам. При всех своих талантах (а у нее было удивительное чувство гармонии) Ева оказалась слишком застенчивой и тяжело переносила появления на публике. Из ансамбля ничего не вышло. Недолго продержался и дуэт Евы и Дэнни, исполнявших кантри-песни в местном парке отдыха. Ева была непростым подростком, замкнутым и одиноким. Ситуация несколько изменилась под конец учебы в школе, когда девушка отважилась петь в молодежной поп-рок-группе Stonehenge. Колледж искусств, где она профессионально осваивала живопись, вскоре ее разочаровал, хотя рисовать она любила с самого детства. Ева бросила учебу и устроилась на работу оформителем ландшафтов. Изредка она выступала как бэк-вокалистка с дружескими командами в Боуи и Аннаполисе, но мысль о музыкальной карьере никогда ее всерьез не волновала.

 Так было вплоть до 1986 года. Все изменилось, когда ее давний друг Дейв Лоурим (Dave Lourim) предложил ей записать вокал для нескольких композиций, над которыми трудилась его софт-рок-группа Method Actor (материалы этих сессий будут обнародованы только в 2002 году). В студии Кэссиди познакомилась с продюсером Крисом Бьондо (Chris Biondo), которому очень понравилось ее пение. Он охотно согласился помочь ей в записи демо-материалов. Кэссиди не собиралась обивать пороги рекорд-лейблов с целью заполучить выгодный контракт, она надеялась всего-навсего расширить свое амплуа как бэк-вокалистка. Главное, что ею заинтересовался сам Бьондо, и не только профессионально, но и лично (их романтические отношения продлились семь лет). Он привлекал Еву к записи едва ли не всех своих подопечных, которым нужен был женский бэк-вокал. Случались и курьезы. Для альбома "Living Large" группы E.U. ей пришлось записать десятки вокальных партий, имитируя хор. Прозвучал ее голос даже в треке гангста-рэппера Е-40 "I Wanna Thank You".

О сольной карьере Кэссиди по-прежнему не думала, возможность красоваться на сцене перед публикой отнюдь не была пределом ее мечтаний. Только по настоянию Криса Бьондо она согласилась собрать бэк-группу и начала выступать в местных клубах. Ее очаровательный голос сделал ее весьма популярным персонажем на местной сцене. В 1991 году Бьондо познакомил с демо-записями Евы Чака Брауна (Chuck Brown), одного из родоначальников особой разновидности фанка, завоевавшего популярность в Колумбии. Браун в это время обдумывал альбом джазовых и блюзовых стандартов и подыскивал партнершу для дуэтов. Утонченное и вместе с тем прочувствованное исполнение Кэссиди - это было как раз то, что нужно. Они приступили к работе, и уже в конце 1992 года альбом дуэтов Евы Кэссиди и Чака Брауна "The Other Side" попал на прилавки магазинов. А 1993-й год застал их выступающими на одной сцене. Для начала они испытывали эффектность своей программы на жителях округа Колумбии (Вашингтон и его окрестности).

 Перед Евой стояла чрезвычайно сложная задача - преодолеть страх сцены и перебороть неуверенность в себе, которые с детства мешали ей свободно общаться со слушателями. Огромную помощь и поддержку оказал ей Чак Браун. Его имя помогло также привлечь внимание звукозаписывающих фирм к новой вокалистке. Еве поступило несколько предложений, но каждый раз переговоры заканчивались ничем. Записанные ею демо-материалы ставили руководство компаний в тупик: она умела петь фольк, джаз, блюз, софт-рок, кантри, госпел, ритм-н-блюз, поп-рок. Маркетинговые отделы брались за голову: как раскручивать такого исполнителя, кому предлагать такой репертуар - эту головоломку никто даже не брался решить. Тем более что сама Кэссиди категорически отказывалась втискивать свое творчество в строго регламентированные рамки одного-единственного стиля.

 В сентябре 1993 года Еве Кэссиди пришлось лечь на операцию - ей удалили злокачественную родинку на шее. А регулярными посещениями врача она легкомысленно пренебрегла. 1994-й год певица начала с записи нового сингла "Goodbye Manhattan". Ее студийным партнером оказался на этот раз джаз-поп-ансамбль из Филадельфии Pieces of а Dream. Артистка не была в восторге от творчества этого коллектива, но согласилась отправиться с ним в летний гастрольный тур. Вернувшись домой, Ева впервые рискнула дать серию сольных концертов, исполняя джазовые и блюзовые стандарты. Изредка ее партнером по сцене снова становился Чак Браун. Год завершился маленькой победой - Еву назвали лучшей джазовой вокалисткой округа Колумбия.

 Даже это не помогло убедить звукозаписывающие компании в выгодности работы с Евой Кэссиди. И тогда менеджер исполнительницы предложил ей записать альбом своими силами. Крис Бьондо, которого к этому времени связывали с артисткой сугубо профессиональные отношения, охотно согласился помочь. В январе 1996 года Кэссиди дала два концерта в клубе "Blues Alley" в Вашингтоне, исполнив в том числе великолепную кавер-версию песни Стинга "Fields Of Gold".Хотя своим выступлением она осталась недовольна, скомпонованный из концертных материалов альбом "Live at Blues Alley" (1996) неплохо продавался в пределах штата. Запись отличалась стилистическим размахом, изумительно точным интонационным попаданием и завидным талантом интерпретации. Даже такие набившие оскомину хиты, как "What a Wonderful World" Луиса Армстронга (Louis Armstrong) или "Cheek to Cheek" Ирвина Берлина (Irving Berlin), прозвучали неожиданно свежо и оригинально. К сожалению, первый сольный альбом Евы Кэссиди, явно обещавший великолепное продолжение, оказался и последним, изданным при жизни артистки.

К тому времени когда альбом увидел свет, Ева решила на некоторое время отдохнуть от музыкальной карьеры, тем более что уже давно все свободное время она отдавала художественному творчеству: занималась живописью и скульптурой, разрабатывала дизайн мебели, ювелирных украшений и часов. Она вернулась в Аннаполис и устроилась художником-оформителем школьных интерьеров. Когда у нее начались проблемы с бедром, она решила, что виной всему частое пользование стремянкой. Но врачи поставили ей совсем другой диагноз: меланома, развившаяся после предыдущей операции, захватила уже кости и легкие. Курс химиотерапии не дал никаких улучшений. Еве оставалось жить несколько месяцев. В сентябре 1996 года близкие и друзья подготовили в ее честь благотворительный концерт. Певица нашла в себе силы в последний раз выступить перед полным залом. Сидя на стуле и аккомпанируя себе на гитаре, она исполнила трагически прозвучавший хит "What a Wonderful World". Через несколько недель, 2 ноября 1996 года, 33-летняя Eva Cassidy

ушла из жизни.

Музыкальная премия штата Washington Area Music Awards досталась уже ей посмертно. Не увидела она и своего первого студийного альбома "Eva by Heart", над которым работала в последние месяцы жизни, пока еще могла, под руководством Криса Бьондо. Диск вышел в сентябре 1997 года, не получив поначалу никакого отклика. Критики, высоко оценившие кристально чистый вокал и артистизм Евы, восхищались той убедительностью, с которой песню любого автора, любую традиционную мелодию она преподносила как оригинальный, ею самой придуманный номер, словно исполняла его всю жизнь.

Первая волна интереса к творчеству артистки поднялась спустя год, когда кельтская фольк-певица Грейс Гриффит (Grace Griffit) нашла возможность опубликовать записи Евы Кэссиди в Великобритании. Сборник "Songbird" (1998) включал композиции из первых трех альбомов: "The Other Side", "Live at Blues Alley" и "Eva by Heart". Без промоушена надежд на успех было мало. Но когда ведущий утреннего шоу на британском Радио 2 Терри Уоган (Terry Wogan) запустил в активную ротацию песню "Somewhere Over the Rainbow", компиляция начала привлекать внимание публики. Когда популярное британского телешоу "Top of the Pops" показало любительские съемки концерта Кэссиди в клубе "Blues Alley", выяснилось, что изумительный вокал и трагическая судьба Евы Кэссиди затронули чувства английских меломанов. Новые видеоматериалы, попавшие в эфир, завоевали симпатии самой широкой аудитории. Альбом "Songbird" в конце концов стал британским хитом, возглавил поп-чарт и разошелся тиражом свыше миллиона дисков.

В 2000 году появился еще один альбом Евы "Time After Time", на котором были представлены 12 абсолютно новых треков - пять концертных и восемь студийных. Это значительно расширило песенный каталог артистки, который выглядел более чем скромно. Песня "Woodstock", написанная Джони Митчелл (Joni Mitchell), "Kathy's Song" из репертуара Пола Саймона (Paul Simon), заглавный трек, хит-сингл Синди Лопер

(Cyndi Lauper) 1984 года, - эти номера были не только украшением альбома "Time After Time", но и достойными восхищения кавер-версиями. В том же 2000 году, вопреки воле семьи Евы Кэссиди, была обнародована подборка ее песен "No Boundaries". К этому времени об артистке начали появляться публикации в американской прессе, и релиз неожиданно оказался очень успешным, добравшись до американского Тор 20.

В 2002 году появился еще один сборник концертных и студийных записей "Imagine", на котором были представлены две самые ранние записи Кэссиди, сделанные на домашнем магнитофоне, в том числе не издававшаяся песня Стиви Уандера (Stevie Wonder) "I Can Only Be Me". Несколько композиций прозвучали под аккомпанемент скрипки, которую записал ее брат Дэнни. Число ценителей изумительного вокала Евы к этому времени значительно выросло как в Европе, так и на родине. Альбом "Imagine" возглавил рейтинг независимых альбомов США и отметился под 32 номером в Billboard 200. Эпитеты "ангельский" в адрес ее голоса были не редкостью. Комплиментов не стало меньше и с выходом еще одной подборки неизданных материалов "American Tune" (2003). На этот раз Кэссиди смогла удивить слушателей новыми прочтениями, казалось бы, заслушанных до дыр песен - "Yesterday", "Hallelujah I Love (Him) So" Рэя Чарльза (Ray Charles) и "God Bless the Child". Еще неизданных записей, которые хранятся в семейных архивах, осталось совсем немного. Но близкие обещают не затягивать с их публикацией.

Каждая записанная Евой Кэссиди мелодия, каждый перепетый хит - это всегда маленькое чудо. Десятки таких маленьких чудес, почти никому неизвестных при жизни певицы, оказались сильнее косности и инерции шоу-бизнеса, обманув даже смерть, которая не только не убавила интереса к ее творчеству, но, собственно, и спровоцировала его по-настоящему. Жизнь победила.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ева Кэссиди. Над радугой

 

источник:

http://botinok.co.il/node/32592

 

 

В то время, когда музыканты группы Чака Брауна «Soul Searchers» после записи последней песни нового альбома «Hoochie-Coochie Man» - уже седьмого в карьере Брауна - поехали «развеяться» в ночной клуб - сам певец проводил вечер в компании своего нового приятеля, владельца звукозаписывающей студии и по совместительству звукооператора Biondo, в его доме в Rockville. Чак принес бутылку водки, подарок поклонника, и Бьондо предложил сделать коктейль, смешав водку с мартини. Мешать водку с мартини в час ночи показалось Чаку неудачной идеей, поэтому они просто налили немного водки в пластиковые стаканчики и чокнулись – как и положено мужчинам, которые хорошо поработали, но пока не торопятся идти домой.

 

 

 

Чак любил общаться с Biondo, хотя, казалось бы, между ними не так уж много общего. Biondo 34, он сын адвоката из Wheaton, со специфическим чувством юмора, сам играющий на бас-гитаре и записыващий на своей студии любую музыку – от народной до рэпа. Charles Moody Brown – сын сборщика табака на плантациях Северной Каролины - король стиля «go-go» - вашингонского бита, ветеран с тридцатилетним стажем в музыкальном бизнесе, начинавший свою карьеру в маленьком городке Lorton, где живет не больше тысячи жителей, а теперь выступающий на лучших сценах Голливуда, Нью-Йорка, Парижа, Токио.

 

 

 

Они расположились у барного столика, Бьондо достал аудиокассету. «Это лучшее, что я когда-либо слышал», - сказал он Чаку. При этом Бьондо не сказал, что он влюблен в эту певицу – не хотел, чтобы Чак подумал, что им руководят не профессионализм, а личные эмоции.
«Понятно», - сказал Чак.
Бьондо вставил кассету в магнитофон. «Ее зовут Эва Кэссиди».
«Она действительно хорошо поет»?
«Послушай сам»…
Динамики наполнили студию чистым глубоким голосом.

 

«Говорят, понедельник был бурным,
Но и вторник был не лучшим днем»…

 

Песня исполнялась по канонам блюза, но была наполнена внутренним напряжением, и при всей внешней сдержанности исполнения, было ясно, что певица нашла путь к эмоциональному ядру песни.
Слушатели сами не заметили, как стали подпевать.

«Когда моя душа нашлась в бюро находок,
Ты пришел и стал требовать ее»…

Aretha Franklin записала эту песню – «You Make Me Feel Like A Natural Woman» - четверть века тому назад.

 

«Я не знала, что со мной не так
Пока твой поцелуй не помог мне это понять»…

Без чувственных музыкальных нажимов Ареты певица смогла передать все те же самые чувства и смысл песни.

После того, как отзвучали следующие песни - «God Bless the Child», «Bridge Over Troubled Water», певица исполнила песню «You Take My Breath Away». Эта песня вернула Чака мыслями в его детство, собираясь в школу по утрам зимой, он часто слышал ее слова «Дитя, так холодно на улице». Он начинал свою карьеру, выступая на веселых юношеских вечеринках, но и тогда хотел петь сложную, насыщенную эмоциональными и музыкальными нюансами музыку. Но до сих пор ни с кем этим желанием не делился – из опасения, что его поднимут на смех. Но, когда этой ночью он услышал Еву Кэссиди, он понял, что мог бы петь такие песни – вместе с ней.

Это и было идеей Бьондо.

В полумраке студии мужчины потягивали выпивку и слушали Еву. Потом Чак попросил перемотать пленку назад – в это место, потом – в другое. Еще раз прослушивал, наслаждался возможностями голоса Евы и фантазировал – как будут звучать их голоса вместе. Бьондо провожал Чака из студии уже утром следующего дня.

Ева Кассиди могла произвести впечатление большее, чем выступление нескольких хороших певцов подряд. Ее голос мог заставить замолчать весь бар, никто не хотел отвлекаться на разговоры, пока звучат ее песни. Этот голос мог исполнять все виды американской популярной музыки, мог объединять совершенно разных слушателей.

Roberta Flack, очень популярная певица, называла ее «мастером в своем ремесле». Mick Fleetwood очень хотел сделать с ней совместную запись. А Shirley Horn сказала просто: «Божественный голос».

Ее манера исполнения привлекала людей – честная, местами почти невинная, в каких-то местах напряженная. Она была равнодушна к обычному понятию успеха, к финансовым достижениям. У нее были подруги, но самой близкой подругой она считала мать. Она любила долгие прогулки, кататься по окрестностям на велосипеде, бродить по ночному городу, простую еду.

Но в том, что касается творчества, она никогда не шла на компромиссы, хотя и не считала себя очень талантливой. Она была эмансипирована и ненавидела все, что связано с половым шовенизмом. Ей это было знакомо – она часто зависела от тех мужчин, с которыми работала, и почти всегда они пытались управлять ее творчеством.

Ева была блондинкой – в ней смешалась немецкая и ирландская кровь. Но многие профессионалы (и Чак в том числе), прослушав ее записи ,удивлялись безмерно, что он не черная певица. Ее пение было технически совершенно.

Она была болезненно застенчивой и робкой, но музыка давала ей уверенность – этот конфликт оказывал огромное влияние на ее артистическую жизнь.

Ева умерла 2 ноября 1996, в возрасте 33 лет. Ее карьера не была похожа на падение метеорита. Но и воплотить в жизнь свой потенциал она не успела, и, при ее сложных отношениях с музыкальным бизнесом , не ясно, был ли у нее такой шанс. При жизни она выпустила всего два диски, одобренных критикой – смесь блюза, джаза и народной музыки. Это «The Other Side» (1992), записанный с Чаком Брауном, и «Live at Blues Alley» (1996) - ее соло-альбом.

Был выпущен ее посмертный альбом «Eva by Heart», куда входили и ее дуэты с Чаком Брауном, а чуть позже еще один - «Songbird».

Несколько главных рекорд-компаний высказывали интерес к ее творчеству, но они хотели, чтобы она сузила свой стилевой диапазон, чтобы повысить продаваемость ее дисков, но эта была не та уступка, на которую она могла пойти.

Richard Harrington из «The Washington Post» после ее смерти написал: «Сама она была, как алмаз, требующий огранки, но ее голос был полным, чистым и страстным, и ее музыкальная биография со временем обязательно бы сложилась. Но у нее было слишком мало времени». Но часть этого пути она все же успела пройти. Помог ей в этом и Чак Брайн.

Когда Ева родилась, 2 февраля 1963, Чак уже подрабатывал - каменщиком в Capitol Heights. Он вырос на рабочей окраине города и, хотя и пел в церкви, был обычным уличным подростком. Был осужден по подозрению в убийстве, и во время «отсидки» учился играть на гитаре. Выйдя на свободу стал работать водителем грузовика, перевозящего мебель по East Coast, и одновременно создал группу «Soul Searchers». Он крутил «баранку» грузовика и сочинял песни.

Ева родилась в Oxon Hill. Ее отец, Хью (Hugh), работал преподавателем в школе для детей с задержкой в развитии и профессионально играл музыку по выходным. Мать, Барбара, воспитывала Еву и еще трех ее братьев.

Когда Еве было 9 лет, семья Кэссиди переехала в Bowie – небольшой поселок неподалеку от Beltway. Отец продолжал преподавание, мать тоже устроилась на работу – продавцом растений – и по-прежнему занималась детьми. Дом был полон музыки: постоянно звучали записи Bob Dylan, Buffy St. Marie, Pete Seeger. Уже в этом возрасте Ева проявила свои вокальные данные, пела народную музыку и подпевала магнитофонным записям. Ее любимым был альбом Buffy St. Marie – «I'm Gonna Be a Country Girl Again», особенно песня «Tall Trees in Georgia». Эва замолкала, слушая ее, погружаясь в музыку и представляя, что это она сама поет:

 

«Самая сладкая в мире любовь
Прошла мимо меня
Ведь я никогда не хотела
Быть чьей-то невестой»…

 

Когда отец подарил ей струнную гитару, она быстро разобралась, что к чему, и Хью решил иногда устраивать выступления семейного коллектива. Ева играла на гитаре, ее брат – на скрипке, сам Хью – на бас-гитаре. Выступать им приходилось на вечеринках и свадьбах. Как-то Ева попробовала не только играть на гитаре, но и спеть. Она взяла в руки микрофон, но так разволновалась, что разрыдалась и убежала со сцены. После этого случая выступления семейного ансамбля были закончены – в те годы Ева так и не смогла заставить себя выйти на сцену.

В девичестве Ева была очень застенчивой. В отличие от своих одноклассниц она никогда не интересовалась нарядами, не принимала участия в спортивных играх. Ни с кем не была особенно близка, пожалуй, чаще, чем с другими, она общалась с сестрами Рут и Силией Мерфи.

Спустя годы Рут Мерфи, которая сейчас преподает в начальной школе в Montgomery, вспоминала, что Ева не была коммуникабельной. Она была одиночкой, плохо чувствовала себя в копмании. Не хотела одеваться по моде и не флиртовала ни с кем. Была подвержена депрессиям. Мечтала быть бэк-вокалисткой у Стиви Уандера. Домашняя работа тоже ее не привлекала, этим она разочаровывала отца, получала от него постоянные выговоры. Но, учитывая требования отца к своим детям, она выработала для себя весьма высокие моральные стандарты.

Когда Ева в 1981 году закончила школу, то устроилась на работу в своем городке – как и мать, продавала растения. Она сдружилась с группой увлеченных музыкой молодых людей, любила петь, но не самоутверждаться. Пела обычно дуэтом с кем-нибудь, иначе очень комплексовала.

Чак в это время уже начинал свою карьеру. В начале 1979 года он выпустил песню «Bustin Loose», ставшую № 1 в национальных соул-чартах, и продержавшуюся на этом месте в течение четырех недель. Больших денег от этой популярности он не заработал – перед этим подписал контракт, не прочитав в нем то, что было написано самим мелким шрифтом. Он подсчитывал свои потери и продолжал играть в стиле «go-go», собирая на концертах большие толпы почитателей.

Эве этот стиль был незнаком. Она начала брать уроки рисования в Prince George's Community College, и позже поступила в Калифорнийский институт искусств, но семья не по карману было оплатить ее обучение - $13 000 в год.

Она общалась с небольшим кругом друзей, украсила портретом Miles Davis несколько футболок, продала их, но финансовых целей при этом не ставила. «Она как будто не хотела иметь дело с деньгами», вспоминает Рут Мерфи. Любила гулять, бродить по городу и окрестностям, собирать камни, чтила семейные традиции – каждое воскресенье проводила с матерью. Дома она закрывалась в своей комнате и практиковалась в пении – она все еще мечтала петь у Стиви Уандера.

 

Stevie Wonder and Ray Charles living for the city

 

Друзья –мужчины у нее были, но как далеко заходили у нее с ними отношения, никто не знал – Ева в этом вопросе была скрытна. «Секс разрушает отношения», - как-то сказала она матери. «Ты спишь с мужчиной, и он думает, что имеет все права на тебя».

Она продолжала петь с различными рок-группами, но ей нравилось, как поет Ella Fitzgerald, и, хотя она не всегда в этом признавалась, Linda Ronstadt.

На улицах округа Колумбия первоклассный кокаин и постоянные перестрелки. В клубах в моде соответствующая музыка, воспевающая насилие, но неожиданно в 1988 году Чак вместе с другими звездами стиля «go-go» выпускает песню-гимн против насилия «D.C. Don't Stand for Dodge City», и часть звукозаписывающих компаний теряет к нему интерес.

Зимой 1986 года друг Евы, гитарист Dave Lourim, предложил ей записать песни вместе со своей группой «Method Actor» в качестве основной вокалистки. «Не знаю, получится ли это у меня», - сказала Ева, но согласилась прийти на звукозаписывающую студию.

 

«Где она»? – спросил Крис Бьондо.

«Снаружи, боится заходить», - ответил Дэйв.

Бьондо выглянул за дверь. Ева молча стояла у стены, закутавшись в пальто.

«Заходи», - сказал Бьондо.

 

Он завел ее в студию и включил микрофон. Ева запела. И тут звук в микрофон зашкалил – у Евы был очень сильный голос, хотя она не всегда пела в полный голос.

«Она потрясла меня», - позже скажет Бьондо. «Она не распевалась, не готовилась к пению, просто встала и запела. Ее голос звучал полно и гармонично, это было сверхъестественно».

После нескольких дней записей в студии Ева отвела Бьондо в сторону: «Ты знаешь. Мне хотелось бы сделать пару самостоятельных записей. Я все же надеюсь найти работу бэк-вокалистки».
Бьондо знал, что Ева зарабатывает примерно $180 в неделю – маловато для записи в студии, но был очарован ее голосом. «Напиши портрет моей собаки, - сказал он, - и записывайся на здоровье. Будем в расчете».

Ева стала приходить на студию по понедельникам. Бьондо пригласил для аккомпанемента своих друзей-музыкантов. Они играли, Ева пела, Бьондо критиковал – так рождались эти записи.

 

читать полностью:

http://www.liveinternet.ru/users/smart50/post122715888

 

 

 

 

 

 

 

Из чего состоит красота?
Из картин, нарисованных где-то,
Из обычного, вроде, листа,
Где слова про французское лето...

Как рождается этот полет?
И зовет, увлекая, внезапно.
Это сердце, наверно, поет,
Посредине осеннего зала.

А куда мы с тобою придем?
В мир, где правят любовь и сближенье.
В мир, где двое бывают вдвоем,
Где есть страсть и закон притяженья.

 

 

 

 

На этих волшебных страницах
Живут, словно птицы - мечты.
И мчатся, рискуя разбиться,
С немыслимой нам высоты.

Из дома, из прошлых видений
Они улетают туда,
Где любят, без цели и денег,
Где слезы - святая вода.

Уставшие птицы-страницы,
Под утро вернутся назад.
Пусть этот дневник им приснится...
Устали наверное,
Спят!

 

http://www.liveinternet.ru/users/995662/

 http://www.stihi.ru/author.html?eshahava

 

 

 

 

 

 

 

 

Играть в молчанку невозможно... Когда что-то мучительно тревожит память или
воображение, играть в молчанку нельзя: это все равно что при виде горящего
дома запираться на все запоры в надежде забыть про пожар. Но закрывать глаза
на пожар - не значит тушить его. От молчания то, о чем молчат, лишь
становится больше, В молчании оно разрастается, загнивает, становится злокачественным... . (с)