Её отец, Фридрих Вильгельм III (1770-1840), был добрым и искренне верующим человеком, но оказался слабым и нерешительным правителем, натурой, в общем, совсем не примечательной. Став в 1797 году прусским королём, он обещал содействие Австрии, но ничего не предпринял после вторжения в Австрию Наполеона в 1805 году. После сокрушительного поражения прусской армии под Иеной и Ауэрштедтом (1806), потеряв половину своих владений, Фридрих Вильгельм был вынужден подписать в 1807 году Тильзитский мир.

 

Мать принцессы Шарлотты, прусская королева Луиза-Августа-Вильгельмина-Амалия (1776-1810) была дочерью герцога Карла Мекленбург-Стрелицкого. 

 

Фридрих Вильгельм и королева Луиза женились в 1793 году,  у них родилось 5 сыновей и 5 дочерей, трое из них умерли в младенчестве. Два сына от этого брака, Фридрих Вильгельм IV (1795-1861) и Вильгельм I (1797-1888), впоследствии стали прусскими королями, а Вильгельм - ещё и первым германским императором (с 1871 года). Шарлотта была четвёртым ребёнком в семье .

Став королевой, Луиза вскоре привлекла к себе сердца подданных и примкнула к партии реформ. Она пыталась вскружить голову Наполеону, ей самой вскружил голову русский царь Александр. Когда осенью 1806 года Фридрих Вильгельм выступил в поход против французов, Луиза последовала за ним в Тюрингию. После битвы при Иене Луиза бежала в Кенигсберг, забрав с собой  детей, в том числе 8-летнюю Шарлотту. В январе 1807 года Луиза была уже в Мемеле. Наполеон преследовал королеву, которую считал зачинщицей войны за своего нерешительного мужа, сопровождая погоню самыми недостойными оскорблениями. Несмотря на это, королева Луиза решила лично просить Наполеона в Тильзите о более мягких условиях мира, но все её усилия были напрасны. 

 

 

Тяжёлые страдания, выпавшие на долю государства и королевского дома, Луиза переносила с мужеством, поддерживая убитого горем короля. Хорошо понимая, отчего произошло несчастье Пруссии, она с радостью приветствовала реформы и государственных людей, работавших над возрождением Пруссии. В декабре 1809 года Луиза с детьми наконец вернулась в Берлин, но через несколько месяцев заболела и умерла в возрасте 34 лет. Её останки погребены в дворцовом саду в Шарлотенбурге, где ей и её супругу воздвигнут мавзолей. Памяти королевы в XIX веке был посвящён институт Луизы в Берлине, готовящий воспитательниц, и орден Луизы. 

 

Несчастной Шарлотте, уже в детстве познавшей на себе, что такое война и изгнание, было 12 лет, когда умерла её мать. Лоттхен, как её звали в семье, была невероятно красивой девочкой - беленькая, румяная, нежная, с удивительно тонкой талией, она казалась неземным существом. После победы над Наполеоном ей можно было подумать и о браке, а одним из потенциальных женихов был младший брат русского императора Александра I - Николай Павлович.

Хотя Николай и не считался наследником, Александр I приобщал его к государственным делам с ранней юности. В 1814 году семнадцатилетний Великий князь вместе с императором въезжал в Париж, а затем присутствовал на Венском конгрессе четырёх великих держав - победительниц Наполеона. Позже он сопровождал брата-венценосца в его визитах в Англию, Австрию, Пруссию. Именно в Пруссии, в 1814 году, Николай встретил и влюбился в юную дочь короля Фридриха Вильгельма III Шарлотту. Уже 4 ноября 1815 года в Берлине, во время официального обеда российский император Александр I и прусский король Фридрих Вильгельм III объявили о помолвке принцессы Шарлотты и брата русского царя - царевича и великого князя Николая Павловича. 

Всё было до ужаса мило и по-немецки сентиментально: юные Николай и Шарлотта считались едва ли не самой красивой парой в Европе и влюбились друг в друга с первого взгляда. Конечно, этот союз "крепил русско-германскую дружбу" на том этапе, но был со стороны "молодых" совершенно лишён даже намёка на прагматизм. Российская императорская корона Лоттхен вроде бы не светила: наследником Александра считался Константин. Но Шарлотта и не расстраивалась по этому поводу: своего жениха она сразу предупредила, что ей нравятся лишь "маленькие, милые, уютные и удобные вещицы". Ни один из этих эпитетов к российской императорской короне, конечно, не подходил. Николай называл свою невесту "моя птичка", его первым чувством была не страсть, не жажда обладания её красотой, а желание защитить её, согреть, уберечь от треволнений мира. Венчание состоялось 1 (13) июля 1817 года в церкви Зимнего дворца. Замужество предполагало переход невесты в православное исповедание и наречение нового имени, имеющегося в православных святцах. Так принцесса Шарлотта Прусская стала именоваться великой княгиней Александрой Фёдоровной. Брак преследовал в первую очередь политические цели: укрепление политического союза России и Пруссии, - однако оказался счастливым и многодетным. От этого бpака pодилось семь детей, в том числе их первенец - будущий император Александр II (1818-1881). Материнство захватило её полностью и сделало счастливой. 

 

 

В отличие от супруги царя Александра I Шарлотта сразу пришлась русскому Двору "ко двору". Свекровь полюбила её всё с той же немецкой сентиментальностью, - Лоттхен отвечала ей тем же. Не слишком образованная, любезная, очень "понятная" и "своя", весёлая, красивая, умопомрачительно грациозная, Александра Фёдоровна стала украшением русского Двора. Царь Александр любил именно с ней открывать балы. Юный Пушкин пленился ею и оставался шутливым почитателем "А.Ф." всю жизнь. В дневниках поэта (1834) приведён разговор Пушкина с Александрой Фёдоровной и его признание: "я ужасно люблю царицу, несмотря на то, что ей уже 35 лет, или даже 36". И она тоже платила ему большой симпатией. При Дворе молодую царицу за красоту и изящество прозвали Лалла-Рук в честь героини романтической поэмы Т.Мура. Такой и запечатлел её Пушкин в первоначальной редакции восьмой песни "Евгения Онегина" (строфа 16): 

***

И в зале яркой и богатой, 

Когда в умолкший тесный круг, 

Подобно лилии крылатой, 

Колеблясь, входит Лалла-Рук, 

И над поникшею толпою 

Сияет царственной главою 

И тихо вьётся и скользит 

Звезда - харита средь харит. 

***

***

Настоящая дружба связала Александру Фёдоровну и с её учителем русского языка - В.А. Жуковским. Вероятно, это была единственная в XIX веке русская государыня, которая даже при помощи Жуковского не смогла "превозмочь" русский язык, зато человеческие качества Василия Андреевича она оценила сполна и именно ему поручила воспитание своего первенца. А в "тесном кругу" семьи и придворных она прекрасно обходилась родным немецким и общеупотребимым французским. Хотя русские стихи она читала и любила, и понимала их сердцем больше, чем муж - "коронованный инженер". 

 

Трудно сказать, до какой степени Александра и Николай были "не в курсе" планов царской семьи именно им передать императорскую корону. Согласно официальной версии, только в 1819 году Александр I объявил им об этом. И молодожёны разрыдались, - так они не хотели вылезать из уютного мирка своего счастья в мир большой политики! Однако же когда в 1818 году Александра Фёдоровна рожала своего первенца, то рожать свекровь погнала её в Москву, - а это уже был знак того, что ожидается появление на свет не просто члена царской семьи, но возможного будущего государя. С немецкой аккуратностью Александра Фёдоровна "не подкачала" и родила сына Александра. Правда, роды были непростыми, а главное, Александра Фёдоровна вдруг испытала огромную тревогу за будущее младенца. Вещее сердце матери: ведь родился будущий Александр II, убитый затем революционерами! Это ощущение тревоги ей запомнилось навсегда. Однако счастливые и во всех смыслах "безукоризненные" Николай и Александра больше подходили на роль императорской четы, чем взбалмошный, бездетный Константин и его морганатическая супруга полячка княгиня Лович. 

 

Итак, когда Александр I умер, все узнали, что императором должен стать по его завещанию Николай. Прекрасно известно, что тогда это вызвало "смуту": восстание гвардейских частей на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. Этот день был самым страшным в жизни Николая и Александры: оба понимали, что не только корона, но и сама их жизнь висит на волоске. С того дня императрица Александра Фёдоровна стала страдать нервным тиком, а император Николай I сделался упрямым и жестоким, что пугало её. На робкие просьбы жены помиловать декабристов Николай гневно вскричал: "Как ты можешь говорить мне об этом, - ты, ты! Ведь они хотели убить твоих детей!.." Это был веский "аргумент": Александра отступила. Но волнения тех дней ещё скажутся. Вскоре Александра Фёдоровна родит третью дочь, которую назовут в её честь. Александра-младшая будет разительно отличаться от упрямых и бойких старших своих сестёр Марии и Ольги тихим нравом, задумчивостью, мягкостью. Она станет любимицей матери и всей семьи, и угаснет в 18 лет, - это будет второй страшный удар для Александры Фёдоровны. Эта "семейная" подоплёка многое объясняет в политике Николая. 

Болезненная и инфантильная, Александра Фёдоровна мало интересовалась государственными делами. Она вела активную светскую жизнь, с 1828 года стала попечительницей благотворительных учреждений, перешедших в её ведение после смерти свекрови - жены Павла I императрицы Марии Фёдоровны. Государыня была также покровительницей Императорского женского патриотического общества и Елизаветинского института. Её именем назван Александринский театр в Санкт-Петербурге. Николай I окружал Александру Фёдоровну вниманием и любовью, создав настоящий культ "белой дамы" (символом императрицы была белая роза). Ей посвящена строка В.А. Жуковского "Гений чистой красоты", повторенная затем А.С. Пушкиным. 

Летом 1828 года Николай и Александра делают визит в Берлин. Здесь, при дворе отца, русская императрица отпразднует своё 30-летие. Праздник этот войдёт в историю немецкой культуры: лучшие поэты воспоют выдержанный в духе средневековых турниров праздник Белой Розы, - так поэтически называют саму Александру Фёдоровну. Правда, на торжестве не будет любимого мужа: он срочно уедет в Россию "по делам". Среди этих "дел" - подготовка главного подарка для супруги. 

 

 Вскоре после возвращения в Петербург Александра Фёдоровна стала хозяйкой нового дворца. Шотландец А.Менелас воздвиг в Петергофе здание в духе английских загородных коттеджей, - так его и прозвали: Коттедж. Конечно, герои диккенсовских произведений сочли бы эти апартаменты чересчур пышными, но с точки зрения русской царицы, здесь всё было так, как любила она: "маленькое, уютное, удобное и милое". Дворец был отделан в псевдоготическом стиле, его гербом стала белая роза, - любимый цветок Александры Фёдоровны. Воздвигая этот дворец, Николай как бы говорил жене: молодость позади, начались семейные будни зрелости, - пускай же они будут безмятежными!.. После создания для неё дворцово-паркового ансамбля Александрия в Петергофе, императрица стала называть себя "петергофской помещицей". По традиции именно сюда, а не в Большой Петергофский Дворец всё венценосное семейство вместе с детьми выезжало на лето. Александра Фёдоровна как-то признавалась маркизу де Кюстину: "Жизнь в Петергофском дворце для меня была невыносима. Чтобы отдохнуть от его тяжеловесной позолоты, я выпросила у государя эту обитель. Никогда я не была так счастлива, как здесь". Речь в письме шла о парке Александрия. 

 

Со временем быт высших слоев и Двора демократизировался. Появились публичные маскарады, где высшие сословия могли смешиваться с прилично одетыми "простолюдинами", затевать там интрижки, непринуждённо общаться. Публичные маскарады - "хит" петербургских бальных сезонов в 1830-е годы. Это нашло отражение, как минимум, в двух крупных произведениях М.Ю. Лермонтова - в драме "Маскарад" и в стихотворении "Как часто, пестрою толпою окружён…" Между тем, мало кто знает, что расцвет маскарадов был связан с определённой очень существенной переменой в интимной жизни августейшей четы. Александра Фёдоровна любила танцевать буквально "до упаду": в результате, частые роды (4 сына, 3 дочери и два выкидыша на "почве" балов) подточили её здоровье. В 1832 году врачи категорически запретили ей вести интимную жизнь… "Ради жены" Николай смирился с необходимостью воздержания. Некоторое время супруги развлекались его рассказами о том, как та или иная светская красавица пытается соблазнить царя. Как бы демонстрируя незыблемость своих супружеских уз, Александра намеренно окружает себя прелестными фрейлинами. Кроме того, она искренне любит всё прекрасное и изящное. Отсюда и её настойчивое желание познакомиться и ввести в придворный круг Н.Н. Пушкину. 

 

Царская чета постоянно участвует в маскарадах Энгельгардта. Но затем на этих же маскарадах царь заводит одну интрижку, другую, третью, - и уже не рассказывает об этом жене. Зато, как всякий деспот и собственник, он ревниво следит за своей супругой. К ней приставлена графиня Софья Бобринская. Правда, она становится лучшей подругой царицы, - именно Бобринская иногда сопровождает и её на маскарад. Впрочем, в отличие от мужа и рано повзрослевших дочек императрица может позволить себе разве что лёгкий флирт, "мазурочную болтовню", - не больше.

 

На официальных балах царь сам утверждает список тех, с кем будет танцевать его жена, причём чаще раза в два года ни одна фамилия в списке не повторяется… Самое большее, на что смогла отважиться "А.Ф.", было её увлечение князем А.Трубецким, которого она в переписке с Бобринской называет Бархатом. И хотя Лалла-Рук и Бархат - лишь партнёры по редким танцам, конспирация не излишня: царь в конце концов отсылает Трубецкого за границу. Ходили слухи, что со временем царь "осчастливил" всех более или менее хорошеньких дам и девиц во дворце. Одна придворная дама объяснила путешественнику маркизу де Кюстину, что если б она отказала царю, то первым бы осудил её за это собственный муж… 

 

Теперь становится ясным, как задевали, как бесили царя - завзятого лицемера всякие упоминания о "разврате" в высших сферах, которые столь часты у Лермонтова! Отсюда и неожиданно злобная эпитафия Николая I поэту: "Собаке собачья смерть". А между тем, Николай не на шутку влюбился, да так, что уже не стал скрывать этого. Её звали Варварой и она была родной племянницей фаворитки его отца знаменитой Нелидовой. Варенька Нелидова была фрейлиной Александры Фёдоровны. И тут царица вдруг потеряла самообладание, почувствовав, что грянуло не очередное увлечение мужа, а большое чувство. Императрица устроила форменный бунт. Она собралась в Италию и забрала с собой Вареньку. Две недели шли приготовления к поездке. Две недели Николай не говорил жене ни слова, - это единственная, но какая размолвка в их долгой совместной жизни!.. Через несколько дней после отъезда жены царь сорвался с места и полетел вослед путешественницам. В Неаполе они соединились. О чём говорили все трое, знают только они. Но в Петербург троица возвращается вроде бы примирённой. 

Нужно отдать должное Вареньке: она - сама деликатность, никогда не афишировала свои особые отношения с царём. Николай также соблюдал абсолютную корректность к жене, и, кажется, ещё больше баловал её, строя для неё прелестные дворцы и даря массу "милых маленьких" (и весьма дорогих) вещей. В московском Кремле по проекту К.А. Тона возводится главный дворец империи, где самые роскошные помещения (несравнимые с его собственными) - апартаменты императрицы. Главный праздник страны - по-прежнему её день рождения в Петергофе. 

 

Современники отмечают, между тем, болезненный вид Александры Фёдоровны и в то же время то, что она одевается, "как молодая". А в интерьерах романтический антураж молодости сменяется тяжеловесной роскошью нового, буржуазного века. В 1854 году эта новая буржуазная Европа продемонстрирует свою мощь "жандарму" Европы Николаю: разразится война. Из окон Коттеджа можно будет видеть английские военные корабли. Падёт Севастополь, вовсю обсуждается возможность высадки англо-французского десанта в окрестностях Петербурга. Бывшие союзники Николая Пруссия и Австрия предают его. В отчаянии царь ищет смерти: на парадах он в одном мундире стоит на пронизывающем зимнем ветру. Наконец, успех достигнут: царь простужается и быстро сгорает в огне болезни. У постели умирающего - Александра Фёдоровна. В коридоре бродит совершенно обезумевшая от горя Варенька. Царица просит мужа проститься с Нелидовой, - но верный долгу и приличиям, Николай не допускает любовницу к своему одру. Испуганному заплаканному сыну Александру он хрипит: "Держи всё!" и сжимает кулак. Это были последние слова Николая. 

 

 

Для России начинается новая эпоха. Новая эпоха начинается и для обеих женщин - вдовствующей императрицы и экс-фаворитки. Нелидова отдаёт все деньги, которые ей завещал царь (200 тысяч), на благотворительные нужды, оставшись не только без средств к существованию, но и без крова, - ведь до этого, как большинство фрейлин, она жила во дворце. И тут происходит удивительное: на следующий день после смерти Николая его вдова предоставляет сопернице придворную должность! Больше того: теперь обе женщины не расстанутся до смерти Александры Фёдоровны. Память о любимом человеке сделает их лучшими подругами! 

Петергоф, парк Александрия, Готическая капелла. После смерти мужа Александра Фёдоровна унаследовала Аничков дворец и Александрию, владела также мызами Ропша, Кипень, Дудергофка и Знаменка. Она носит титул вдовствующей императрицы, окружена прежним почётом, - сын, новый император, любит её, да и характером он, кажется, больше в мать. Но силы с каждым годом уходят из когда-то прекрасной женщины. Теперь она многие месяцы проводит на немецких и французских курортах. Но она по-прежнему олицетворяет блеск и роскошь императорского двора. Если сам император Николай I был непритязателен в быту и мог спать, накрывшись старой шинелью, то Александра Фёдоровна окружала себя изысканными вещами работы лучших мастеров и жила в роскоши как в России так и за границей. В июле 1857 года в статье "Августейшие путешественники. Вдовствующая императрица", опубликованной в "Колоколе", Герцен резко порицал её за "зрелище истинно азиатского бросанья денег, истинно варварской роскоши... Каждый переезд августейшей больной и каждый отдых её - равняется для России неурожаю, разливу рек и двум-трём пожарам". 

 

 

Однако в начале июля каждого года она возвращается в "гнилой" Петергоф, где по-прежнему царит на главном празднике России, - своём дне рождения. Она всё так же любезна, мила, грациозна, она сама заваривает чай гостям. Последний раз императрица-мать делает это в июле 1860 года. Осенью Александра Фёдоровна слегла окончательно. На призыв священника простить всем обидчикам она возразила: "Да, я прощаю всем, кроме императора Австрии!.." Предательства им Николая она не смогла забыть и на смертном одре. 

 

 

19 октября 1860 года в Александровском дворце в Царском Селе, эта такая "обыкновенная" и всё-таки по-своему замечательная женщина умерла. Последними словами её были: "Ник, я иду к тебе…" Похороны императрицы состоялись в Петропавловском соборе рядом с мужем, Николаем I. 

http://funeral-spb.narod.ru/necropols/ppk/tombs/af/af.html http://therussiannobility.rusff.ru/viewtopic.php?id=47&p=2 http://forum.alexanderpalace.org/index.phphttp://commons.wikimedia.org/