Итак что же представлял собой обычный самурай того времени? Этот обзор не претендует на исчерпывающие объяснения. Чтобы более-менее подробно рассказать о самураях не хватит и толстой книги. Эта статья предназначается лишь тем, у кого могло сложиться искаженное и неверное представление о самураях, взращенное на почве низкопробных фильмов и анимэ, но никак не людям, серьезно интересующимся восточной культурой.

Самурай - человек знатного происхождения, богатый и известный, вроде дворянина в средневековой Европе.
В данном случае происходит типичная подмена понятий. Люди, уверенно утверждающие нечто подобное, просто никогда не слышали слов «сегун» и «дайме». Само слово «самурай» происходит от древнеяпонского слова, означающего «служить», «тот, кто служит». Наиболее правильное значение слова «самурай», с позиций сегодняшнего дня - «военный вассал». Не следует упрощать, говоря - «солдат» или «наемник», разница между ними и настоящим самураем будет рассмотрена ниже.
Что касается происхождения, то едва ли не каждый второй японец мог гордиться тем, что его предки были воинами. Это достаточно высокое и достойное положение в обществе средневековой Японии.
В междоусобных войнах того времени, которые, впрочем, сотрясали Японию на протяжении почти всей ее истории, участвовали тысячи самураев, служащих интересам своих хозяев - дайме. Было бы наивно полагать, что все они играли роль офицеров, отдающих приказы простым солдатам.


Самурай - это образец благородства и великодушия, уважительно относящийся к врагу, а также к людям низшего сословия.
Те, кто считают так - принимают на веру образ самурая, созданный в Голливуде. Характер и нрав самурая можно описать в одной фразе: «Высокомерие, переходящее в презрение». Заносчивость, грубость и пренебрежение ко всем, кто ниже его по положению - характерные черты самурая.
Об отношении к врагу можно сказать, что оно менялось в зависимости от ситуации и обстоятельств. Знаменитый мастер меча, одержавший победу над столь же известным воином в честном поединке - естественно относился к поверженному противнику с должным уважением и почтением. Когда же речь шла о столкновениях интересов целых кланов или родов, с вовлечением в междоусобицу тысяч людей, то обычным делом были оскорбления, издевательства, унижение и пытки раненых и попавших в плен врагов. Для самурая не считалось чем-то недостойным или порочащим прибегать к обману, засадам и даже предательству, если только это не подразумевало предательство своего господина. Также, к обычной практике самураев, ведущих военные действия, относились изнасилование и убийство женщин. Это не являлось, по мнению современников, зверством и излишней жестокостью. Всего лишь один из способов отомстить и унизить врага.
Хотя, как уже было сказано раньше, самурайство официально прекратило свое существование в 1867 году, в японской армии 20-го века были чрезвычайно сильны исторические традиции. Действия японских солдат, вторгнувшихся в 30-е годы в Китай, способны были вызвать приступ тошноты даже у нацистов, но они вовсе не свидетельствовали о жестокости, безжалостности и циничности японцев, как таковых. Скорее о их крайней приверженности традициям и вере в свою исключительность.
Солдаты противника, пусть даже оказавшие достойное сопротивление, но попавшие живыми в руки японских интервентов, подвергались пыткам и жестоким казням. Японцы относились к ним, как к животным, не заслуживающим ничего большего. Были исключения: например гарнизон крепости Порт-Артур, сдавшийся японцам в ходе русско-японской войны 1905-го года, был встречен достойно, и русские солдаты не могли упрекнуть японских в крайней жестокости.
На этом фоне, можно отметить множество случаев, когда самураи до 1867-го года, и японские солдаты после, отдавали почести погибшим противникам, проявившим героизм и отказавшимся сдаваться. Например, китайский летчик, во время войны совершивший вынужденную посадку на оккупированной территории, застреливший нескольких японских солдат и застрелившийся сам, удостоился внушительного памятника на могиле, с надписью, прославляющей его героизм.


Самурай не ценит собственную жизнь и готов в любой момент расстаться с ней, по желанию своего повелителя.
Даже как-то странно говорить о народе, якобы веками пренебрегавшим своими жизнями, но, тем не менее, построившими высокоразвитое общество, добившихся того, что их страна прочно занимает место среди экономических лидеров. У человека, не ценящего свою жизнь, не может быть таких устремлений, и он никогда не добьется успеха. Разумеется, японцы, в том числе и самураи, любили и ценили свою жизнь. Но в условиях, когда в стране практически не прекращались гражданские войны и междоусобные конфликты, могло создаться впечатление, что жизнь человека ничего не стоит. У многих воинов она была коротка и быстротечна, но никто из них не горел желанием расстаться с ней без веской причины.
Такой причиной могло стать желание или даже каприз господина - дайме или сегуна. Он мог послать преданных ему самураев в безнадежное наступление против превосходящих сил, или же просто приказать неугодному ему вассалу покончить с собой. Даже осознавая всю бессмысленность подобного приказа, самурай был вынужден выполнять его. Невыполнение приказа повелителя - ужасающий шаг, гораздо более страшный, чем смерть.
Также, самурай может добровольно расстаться с жизнью, совершив преступление, или какое-либо деяние, покрывшее его позором, например оскорбление вышестоящего лица, или попав в плен, что приравнивалось к измене. Но не нужно думать, что самурай беспечно разбрасывался своей жизнью направо и налево, забыв о всем том, чего он может добиться, заняв в обществе высокое положение и дожив до преклонных лет. Но с самого детства ему внушали, что есть вещи гораздо более важные, чем его жизнь, что предпочтительнее потерять жизнь, но не честь.


Самурай ставит свою честь и принципы превыше всего.
Доля истины в этом утверждении есть. Как уже было сказано выше - нет для самурая поступка более постыдного и страшного, чем невыполнение воли господина. В обычных обстоятельствах, когда вопрос не стоял: жить или умереть, самураи также придерживались определенного кодекса чести, так называемого «бусидо». Именно он вдохновил многих сценаристов и писателей, в том числе западных, на создание романтических и героических произведений о самураях.
Здесь же проявляется различие между солдатом, наемником и самураем. Наемник сражается и рискует своей жизнью ради денег, солдат - по приказу, самурай же - не только из чувства верности господину, но и ради себя самого, ради сохранения чести и репутации.
Ниже, приводится едва ли не самая известная в Японии история, за ее пределами ошибочно называемая легендой, которая хорошо иллюстрирует и главу о ценности жизни самурая и главу о его чести и убеждениях. Это история о 47-ми ронинах.
В начале 18-го века, один дайме, не стерпев оскорбления высокопоставленного чиновника, обнажил меч во дворе сегуна. По японским законам, это считалось тяжким преступлением и его приговорили совершить самоубийство. Его имущество конфисковали, род разорили, а его самураи превратились в ронинов (самураев, лишенных хозяина).
47 ронинов, стремясь отомстить за смерть господина, заключили договор. На протяжении нескольких лет, они старались усыпить бдительность объекта своей мести. Затем, ночью ворвались в его дом и свершили мщение. Их хвалили за мужество и верность, но, тем не менее, они совершили страшное злодеяние. Ронинов приговорили к совершению сеппуки (ритуальное самоубийство) и они были с почестями похоронены возле могилы своего хозяина. Молва о их подвиге разнеслась по всей стране.
Желание отомстить, для самурая так же естественно, как и желание хорошо выглядеть в приличном обществе. Кстати правила поведения, этикет, регулировался все тем же кодексом «бусидо», наряду с инструкциями, как надлежит правильно лишить себя жизни, вспоров живот.


Харакири (или, иначе говоря, сеппука) - достойное завершение жизни самурая.
Часто это еще и единственный достойный способ уйти из жизни, если, к примеру, самурай опорочен или неизбежно пленение. Этот способ самоубийства применялся очень часто, даже после отмены самурайства, во время Второй Мировой войны. Но, все же, нет для самурая более почетной смерти, чем гибель в бою.
Погибших во время боя, особенно совершивших яростную атаку, пусть даже безнадежную, причисляли к ряду гунсинов (божественных воинов). Их имена, написанные на специальных табличках, выставлялись в храмах, и это служило поводом для гордости родственников погибшего.
Что касается харакири или сеппуки, то это действие несет в себе глубокий психологический смысл. По верованиям японцев, душа человека содержится в его животе, таким образом, нанося резаную рану в нижнюю часть живота, самурай дает выход душе, выпускает ее на свободу. Кроме того, поскольку этот поступок сопряжен с сильной болью и длительными мучениями, харакири - один из способов показать перед лицом врага свое мужество и презрение к смерти.
Иногда, ритуальное самоубийство совершалось в знак протеста против несправедливых действий, или после нанесенной обиды. Волна самоубийств среди военных и гражданских лиц прокатилась по Японии после капитуляции во Второй Мировой войне. Памятен шокирующий случай в 1970-х, когда один из японских парламентариев совершил сеппуку прямо в зале заседаний.


Меч - единственное оружие самурая.
Хотя меч называют душой воина, а искусству изготовления и владения мечом уделяется значительное внимание, это далеко не единственное оружие, которым может быть вооружен самурай. Скорее, меч - это что-то вроде отличительного знака, характерной черты самурая, позволяющей сразу определить его положение. Помимо кэндо (искусства владения мечом), самурай обучался стрельбе из лука, владению копьем, боевым искусствам без оружия. Не говоря уж о верховой езде, плавании, и каллиграфии
Если условно причислить к самураям всех носителей буси ( военного искусства и традиций), то в списке оружия, которым пользовались крестьяне, ремесленники, священнослужители, торговцы, преступники и полицейские, можно найти такие причудливые и оригинальные образцы, как боевой посох, веер, трубка, тонфа (напоминающая по форме современную полицейскую дубинку), цепь, серп и многое другое.
Но все же, основным, но не единственным, оружием самурая считаются два меча - катана, более длинный, и вакидзаси, короткий, иногда используемый для ритуального самоубийства.


Ронин - самурай, потерявший хозяина.
Как явствует из истории 47-ми ронинов, потеря самураем господина - частое и обычное явление в средневековой истории Японии. Но понятие «ронин» (человек-волна) включает в себя нечто большее. В первую очередь, ронин - это самурай, повелитель которого мог оставаться живым и здоровым, но, в силу каких-либо причин и обстоятельств, освободить вассала от обязательств по отношению к господину. Хотя чаще, все-таки, самурай терял хозяина в буквальном смысле.
Самурай мог покинуть хозяина с его согласия или даже по его требованию, если он собирался предпринять что-либо, что могло бросить тень на бывшего господина, например - месть. Свершив мщение, ронин мог не опасаться, что возмездие настигнет его бывший клан, поскольку он уже не принадлежал ему.
Иногда, воины становились ронинами, чтобы отправиться в путешествие, присоединиться к числу ремесленников или торговцев, заняться обучением или преподаванием. Часто ронины выступали в роли йодзимбо (телохранителей), иногда - в роли наемников или разбойников.
В конце концов, даже сын самурая, ставшего ронином, считался ронином с самого рождения.


Камикадзе времен Второй Мировой войны - те же самураи.
Понятие «самоубийственная», или, как ее сперва называли «специальная атака», появилось одновременно с развитием военной техники и оружия, когда начали активно применяться взрывчатые вещества, самолеты и подводные лодки, позволяющие осуществить такого рода атаку. Хотя задолго до этого, в эпоху холодного оружия, самураи часто бросались на превосходящие силы противника, без единого шанса выжить - их мотивом было - «умереть в бою»; мотивы камикадзе - «причинить врагу максимальный ущерб, принести тем самым победу стране».
Без сомнения, камикадзе появились и широко использовались только в ходе Второй Мировой войны, и то, после того, как баланс сил сместился в сторону американцев. Например, во время знаменитой атаки на Перл-Харбор, которая ознаменовала собой начало войны для Японии, камикадзе не использовались, что бы ни утверждали доморощенные «специалисты». Когда ход войны развивался удачно для Японии, не было нужды в использовании камикадзе. Даже Токубецу Когекитай (отделение специальных атак) было официально образовано гораздо позже. Для специальных атак использовались исключительно добровольцы, и их было гораздо меньше, чем принято считать - всего несколько тысяч.
Что касается случаев самопожертвования на поле боя, когда, например, летчик направлял подбитый самолет на танки врага, или раненый солдат подрывал себя гранатой вместе с противником, то такие случаи происходили во всех воюющих армиях и оправдывались безвыходным положением, отсутствием приемлемого выхода. Камикадзе отличается тем, что он сознательно готовится к самоубийственной атаке, не использует другие пути и способы, чтобы добиться победы, осознанно делает выбор между жизнью и смертью.
Часто мирное население островов, на которые вторгались американские войска ближе к концу войны, совершали самоубийственные атаки против американских солдат и ритуальные самоубийства, в знак протеста против интервенции. Известен трагичный случай с отрядом «Лилии», состоящем из девушек-школьниц, выполняющих обязанности санитарок. Все они погибли, нападая на американских солдат, или покончили с собой, во время боев на Окинаве, хотя могли бы остаться в живых.
Пожалуй, именно в молодых летчиках, моряках и солдатах, ставших камикадзе, наиболее полно проявился так называемый «дух Ямато», дошедший до них со времен самураев. Неправы те, кто считает камикадзе безумными фанатиками, жаждущими смерти. Их стремления почти те же, что и у самураев - сохранить честь, выполнить приказ, добиться победы, пусть даже ценой своей жизни.


Самурайские традиции играют значительную роль в жизни современной Японии.
Вернее было бы сказать - более значительную роль, чем в жизни других стран. Начиная с поражения во Второй Мировой войне, Япония начала испытывать усиливающееся с каждым годом влияние западной культуры, в основном - американской. Этому способствовало снятие своего рода блокады, в которой Япония находилась на протяжении многих столетий. В «период Токугава», японцам запрещалось покидать пределы страны, а к чужеземцам относились враждебно и не разрешали им ступить на землю Японии. Этот запрет был снят лишь в 18-м веке, но лишь после окончания войны Япония начала распространять собственную культуру, в том или ином виде, по всему миру, заимствуя то, что привлекало японцев в культуре других стран. Это не могло не отразиться негативно на самурайских традициях, возникших в замкнутом, обособленном мире одной нации. Современная японская молодежь больше, чем когда бы то ни было похожа на таких же парней и девушек из других стран.
Может быть, сохранение самурайских традиций в их первоначальном, исходном понимании, сильно замедлило бы интеграцию Японии в современный мир. В конце концов, не нам, забывшим и отринувшим собственные традиции, их судить. Конечно, и сейчас в Японии сохраняются памятники старины, древние рукописи и предания, память о великих людях прошлого, боевые искусства, старомодная система государственного правления, при которой во главе страны стоит император. Очень многие традиции почитаются и передаются от отца к сыну. Но не стоит надеяться на возрождение самурайства, самураи принадлежат прошлому, их время прошло.