Глава третья: счастье наступило

Ревекка появилась к тому моменту, когда Мойша обмочился. Эта деталь очень развеселила немцев. Они хохотали во все горло. Не смеялся лишь один Малыш. Он стоял с каменным лицом, разглядывая старого еврея как какое-то невиданное доселе насекомое. Очевидно, еврей был ему интересен как вид, но и омерзителен.
Девушка прошла в открытую дверь и увидала страшную картину. У дяди Мойши трое нацистов, а маленький Изя лежит окровавленный на полу. Все это девушка заметила сразу.
Когда смех прекратился, немцы уставились на незванную гостью. Крюгер не скрывал своего похотливого взгляда с девушки - очень уж она соблазнительно выглядела. Зигфрид тихо присвистнул и чему-то ухмыльнулся. Амбал тупо глядел на Ревекку как кастрированный бык.
Крюгер навел свой кольт на девушку. Ревекка замерла в страхе. Она представила, что сейчас ее жизнь закончится. При других обстоятельствах она бы упала на колени, начала молить не убивать ее, предлагать себя и так далее. Она бы так поступила если бы была довольна своей жизнью. Но все дело в том, что Ревекка справедливо считала свое существование мукой, посланной Богом за какие-то ужасные грехи предков. И если сейчас прозвучит выстрел - она искупит часть грехов ценой своей крови. Странно, но в этот миг, в этот роковой для нее момент, она приняла свою судьбу как что-то неизбежное, неотвратимое. Если суждено ей быть убитой, то избежать этого никак не удастся.
Стойкость девушки поставила Крюгера в тупик. Он отшвырнул обделавшегося по-большому Мойшу, сильно ругнувшись на немецком. В комнате начало пованивать дерьмом. Зигфрид поморщился и закрыл рукой нос.
- Чего надо? - спросил Крюгер на ломаном французском.
- Простите, мсье, я услыхала шум... - пыталась что-то сказать Ревекка. Девушка была очень напугана чтобы как-то сформулировать свои мысли в складную фразу.
- Жидовка, убирайся, пока тебя тут не порвали, - угрожающе промычал Малыш. Это очень позабавило Зигфрида. Он хлопнул амбала по плечу и захохотал.
- Что вы хотите от этих людей? - наконец спросила Ревекка Крюгера. Она старалась не смотреть на все еще наведенный на нее кольт. Ее взгляд был сосредоточен на лице толстяка.
- Сучка, а тебе какое дело?- ухмылялся Крюгер. - Подойди.
Ревекка хотела было броситься вон из комнаты, но она прекрасно понимала что от пули ей не уйти.
- Я сказал подойди, - с расстановкой приказал Крюгер. Девушка сделал шаг на встречу немцам.
- Ближе, - мягко попросил Крюгер. Ревекка сделала еще шажок. Крюгер сделал шаг к ней навстречу. Ствол его кольта уперся в высокую грудь девушки.
- Открой рот, - сказал Крюгер. Ревекка повиновалась. Сразу же во рту она почувствовала стальной вкус пистолета и медный привкус крови. Крюгер воткнул ствол в рот девушки стремительно. Этого не ожидал никто. Зигфрид и Малыш были погружены зрелищем. Они не знали что предпримет их начальник. Мойша, почувствовав что уже не является центром внимания, медленно пополз к Изе.
- Гляди, Зигфрид, жидовка, а какая симпатичная, - проговорил Крюгер.
- Ага, она милашка, - подтвердил Зигфрид. - Что ты хочешь от нее, Крюгер? По-моему, нам пора.
- Это мне решать, - зловеще произнес Крюгер, засовывая ствол девушке в гортань. Та начала кашлять. Из ее глаз брызнули слезы, а изо рта потекла струйка слюны.
- Ладно, Крюгер, сейчас утро - мы рискуем... Нихрен она тебе? - спросил Зигфрид по-немецки.
- Я делаю ей приятное, - сказал Крюгер. - Наконец-то за долгое время она почувствует себя живой и желанной.
Зигфрид запер входную дверь, не понимая как это они могли прошляпить такую мелочь. Если бы они закрыли дверь, этой еврейки тут бы не было. К ее счастью. Но к ее несчастью все сложилось иначе.
- Она хочет что-то сказать, как мило, - улыбался толстяк. - Предупреждаю, еврейская шлюха, если ты отойдешь хоть на шаг - я спущу курок и твои мозги украсят тут весь потолок, - произнес Крюгер на французском.
Ревекка не сводила взгляда с глаз толстяка. Она пыталась понять чего ему нужно. Если бы он хотел ее изнасиловать - зачем эта ненужная жестокая прелюдия? Если бы хотел пристрелить - то и с этим тянуть нечего. Признаться, быть сейчас изнасилованной этим мерзким немцем была хоть понятная перспектива. Но действия немца озадачили ее.
Крюгер свободной рукой медленно расстегнул ее пеньюар. Обнажилась прекрасная молодая белоснежная грудь с нембольшими розовыми сосками. Крюгер поочережно посжимал груди девушки, погладил их а затем сжал левую до тех пор, пока Ревекка не вскрикнула. Убрав руку, на груди остался красный след его руки. Зигфрид подошел поближе чтобы лучше лицезреть зрелище. Малыш же остался стоять там где стоял. Увлеченный Зигфрид закурил.
Крюгер продолжал. Он занялся сосками девушки. Он увлажнил свои пальцы в стекающей слюне Ревекки, и начал теребить ее соски. Он дергал их, сжимал до тех пор пока девушка не вскрикивала и ее тело не выгибалось дугой.
Ревекка ждала чтобы ее трахнули. Если такова цена жизни этих евреев - то она готова на это. То что было утеряно, восстановить уже не удастся никогда. Ни девственность, ни ее девичью честь вернуть уже невозможно. Она не чувствовала никакой робости или стыдобы. Эта девушка прошла уже через такое, что этим ее не смутить. Было ли ей приятно то что с ней делают? Нет. Ей было омерзительно. Единственное что она хотела, чтобы эти Гансы сделали свое дело и убрались. Ей было больно. Один ее клиент любил такое с ней делать. Возможно, этот толстый немец, был его единомышленником. Но никогда на нее не наводили оружие так извращенно.
Оставив уже красную грудь девушки, Крюгер засунул руку ей под юбку. На ней не было трусиков. Это возбудило Крюгера сильнее. Он начал погружать свои пальцы в ее лоно, интенсивно доводя ее до оргазма. Ревекка закрыла глаза и начала медленно постанывать. Звуки возбудили толстяка до последней кондиции. Он стащил с нее юбку, обнажив небольшую попку и чисто выбритую киску.
- Ну нихера себе, - восхищенно сказал Зигфрид.
Крюгер передал оружие Зигфриду, не вынимая ствол изо рта девушки. Сам же он поставил ее раком к себе.
- Какая ты пошлая сука, - процедил сквозь зубы Крюгер по-французски. Он занялся ее попкой. Взяв со стола подсвечник, он вытащил свечу и начал засовывать ее в анал девушке. Свеча не хотела проходить, Ревекке было больно. Она вскричала. Зигфрид, подхвативший игру, дал знак амбалу придержать девушку. Она хотела вырваться, но крепкие руки Малыша зафиксировали ее. Крюгер продолжал насиловать ее свечой. Ее анал был очень узок - никто ее не имел туда. Наконец, Крюгер спустил штаны и вогнал в задний проход девушки свой член. Та закричала еще больше. С каждым новым движением, Ревекка вскрикивала. Такой боли она еще не испытывала от секса. Раззадорившийся Крюгер начал ударять ее по попке.
- А ей нравится, - задорно сказал Зигфрид. - Я за тобой.
- Шлюха чертова, сейчас ты узнаешь как трахаться с истинным арийцем! - грозно проговорил Крюгер и со всей силы вогнал свой член. Девушка закричала. Крюгер вновь схватил свечу и вогнал ее в вагину. Ревекка уже выла.
- Кляп! - вскричал Крюгер. Зигфрид вытащил весь в соплях и слюнях ствол изо рта девушки и засунул ей в рот свой новенький носовой платок с вышитой свастикой. Этого оказалось мало - понадобился еще платок Малыша. Лишь после этого воплей Ревекки не было слышно. Она издавала только гортанные звуки. Слезы лились из ее глаз.
Наконец, кончив, Крюгер уступил место Зигфриду. Тот без всяких нововведений отымел ее в киску и туда же кончил. Крюгер во все это время смотрел в глаза девушки, пытаясь увидеть в них какой-то знак или что-то еще. Толтяк покурил сигарету и затушил ее об сосок Ревекки. Окурок зашипел - к запаху дерьма добавился запашок горелой кожи. Ревекка лишилась чувств от боли...
Несчастная девушка пришла в себя лишь тогда, когда почувствовала что в нее входит что-то действительно огромное. Она очнулась от невыносимой боли. На ней лежал абмал. Он вводил свой богатырский член во всю его длину в вагину девушке. На нем появилась кровь. Ревекка завизжала и вновь потеряла сознание...
- Эта пизда сдохла? - хмыкнул Крюгер. - что-то рановато она кончила.
- По-моему, мы ее убили, - сказал Зигфрид.
Мойша тем временем, пока мерзавцы мучали бедную девочку лежал на полу, обнимая мертвое тельце Изеньки. Мальчик был мертв. Мйоша качал его на руках, что-то напевая и причитая на идыше. Его уже не волновали ни вопли девушки, ни запахи в комнате, его собственная жизнь... Его мальчик был мертв. Рассудок Мойши начал искажаться. Он потерял всякую ориентацию, целиком ушел в себя.
Убедившись в том, что окровавленная девушка не подает признаков жизни, Крюгер со всей силы топнул по ее ладони, лежащей на полу. Раздался звук сломанных пальцев.
Ревекка пришла в себя. Она ощутила боль. БОЛЬ! Она была во всем теле. Казалось, что внутри все разорвано. Была нестерпимая боль в попе и в паху. Она ощущала что ее вагина порвана и что из нее идет кровь, равно как и из попки. Единственное чего не могла понять девушка - за что они сделали это с ней. Хотя сейчас ее мозг почти не работал.
- Сука, она живая, - чему-то обрадовался Зигфрид.
- Так исправь это! - рявкнял Крюгер вне себя от бешенства. Со все разобрался Малыш, который ударом по голове прекратил мучения девушки и именно ему было суждено закончить жизненный путь Ревекки. Амбал убил еврейку как детишки растаптывают надоедливого жучка.
Все что было в голове амбала, так это то, что она была еврейка, а следовательно - паразит.
- А с этим что делать? - развел руки Зигфрид указывая на полоумного Мойшу.
- Этот помешанный нам не опасен. А малой исдох. Ладно, нам пора.
Трое немцев весело покинули гетто. Зигфрид мурлыкал про себя песенку, Клюгер довольно курил дорогую сигарету, амбал по своей привычке молчал.