Вот и истек год моей новой жизни... Завтра буду отмечать годовщину с коллегами, и ты, ты тоже будешь там. И вот я ставлю диск девятилетней давности. Вот я грею маргарин на огне, отмеряю муку, как песок сквозь песочные часы. А из динамиков: "время безвозвратно и нет пути обратно"... Время? Смотрю на часы: ровно 9 вечера. Первый противень уже в духовке... Сколько времени? 9.15. Не может быть. И правда, не мoжет быть - oстановились мои часы. Часы, с покупки которых начался качественно новый период моей жизни. Часы стали частью меня - летописец отмеренного мне времени.
Батарейку надо будет завтра у часовщика сменить, подумала я, не придав этому значения...
Годовщина. Ты пришел первым, со всем своим отделом меня поздравить, на час раньше, так уж сложились обстоятельства. И как показало время вы единственные, кто пришел с цветами. И это ты их мне вручил, пожелав удачи на следующий год, следующий отрезок времени.
Вечером по пути с работы я зашла к часовщику, тот посмотрел часы, странно на меня посмотрел, вернул часы, сказав, что с ними все в порядке, что это похоже во мне дело. Денег не взял.
Через час часы снова остановились. А на следующее утро, стоило мне перешагнуть порог офиса, часы снова пошли. Но я не знаю, который час точно и потому, встречая тебя, спрашиваю: "сколько времени?". Настраиваю часы и они идут до самого вечера, а потом снова останавливаются. И это повторяется каждый день - я переступаю порог офиса, встречаю тебя, задаю уже ставший традиционным вопрос, часы идут, а вечером засыпают мертвым сном. Зато не сплю я. С этого самого понедельника накануне годовщины, я перестала спать - мне жалко времени на сон, да и не спится мне. Хочется куда-то бежать, вокруг витают какие-то мысли, звуки, я силюсь их поймать, но в последний миг ускользают они мылким туманом сквозь пальцы.
И с каждым днем усиливается какое-то чувство, но я никак не могу определить его суть и характер. Я знаю только одно - мое сердце бьется о тебе. И это уже безвозвратно, и обратно пути нет.
Каждый день я встречаю тебя в офисе, время в разговоре с тобой летит стремительно и беспощадно. А мое сердце бьется о ребра как раненая птица. Гордая орлица с подбитым крылом, не в силах она лететь от тебя и хочет только сорваться в пропасть, спрятаться от своей слабости, разбившись об острые камни реального мира, мира без тебя. Но сердце медлит, увещевая каждый день искать тебя взглядом в долгих коридорах, и, находя, вести долгие беседы в этих самых коридорах.
Проходят дни, я все так же не сплю, часы все так же останавливаются к очередной бессонной ночи и делают свой первый шаг, стоит мне увидеть утром на стоянке твою машину.
Новый понедельник. Вечер. Я смотрю фильм и смеюсь и плачу попеременно. Я впервые в жизни не сдерживаю слез, когда они подходят к горлу в очередной трогательный момент фильма. Это светлые слезы любви. Я плачу, потому что осознаю, что мне есть за что, вернее за кого, благодарить Бога. Я мысленно перебираю ваши имена, перед глазами в полыньях слез проплывают ваши лица. Я так редко говорю вам "спасибо", редко признаюсь в любви вам, близким, любимым, родным. Я набираю этот текст, а по щекам льются они, живые и соленые, переливающиеся в свете лампы крупные слезинки-дождинки-цапли. Звонит телефон. Подруга детства, мы дружим с десяти лет. И я говорю ей о том, как люблю ее, мы вспоминаем, с чего началась наша дружба, вспоминаем прошлое, наши всего лишь две ссоры за долгие годы дружбы. Я наконец нахожу слова, а к горлу снова подступает комок, но он не помешает мне сказать. Теперь и она знает, как я ее люблю. А еще я вдруг осознаю, что простила всем, кому не могла простить долгие годы. И отпустила тех, кого надо отпустить.
И вдруг я понимаю. Понимаю о часах, о времени. Мое время подходит к концу. Птица в груди, задохнувшись от внезапности и страха замирает. Я стою на краю времени, но еще есть время сказать, сделать, обнять.
Я обнимаю всех вас, кто меня любит. Да, вы все знаете, но я все равно говорю вам: я люблю вас, я обнимаю вас. Спасибо всем, кто слушал мои долгие нудные душевные излияния, кто протягивал руку со свечой сострадания в минуты беспросветного мрака, читал на этих и не только страницах бесконтрольно-нескромные потоки моего сознания. Я люблю вас.
Мое время истекло. Прежней меня уже почти нет. Я еще не знаю ее, ту, которая ждет меня за этой призрачной чертой времени. Знаю одно: она тоже будет любить...
Остался только ты. Я стою перед тобой, смотрю в твои глаза.
Стоп, не надо меня останавливать. Мое время истекает. Я должна успеть сказать. Я знаю, что ты знаешь, что все, что я делала для тебя, я делала от чистого сердца. Еще я должна сказать, как ценю все, что ты для меня сделал, что я помню ВСЕ и я знаю, что ты делал все это от чистого сердца. Ты такой замечательный. Ты знаешь, что ты хороший, но я все равно скажу тебе об этом. В моей жизни было не так уж много таких как ты. И даже тем немногим я столько всего не успела сказать. Мое безликое "спасибо" не в силах выразить глубины моей признательности. Вот видишь, я не умею говорить. Я больше люблю писать. Но сегодня я скажу. Молчи. Мне и так трудно говорить. Я знаю, что другого шанса сказать уже не будет. Я боюсь не успеть. Я слишком многим не успела сказать. Слезы подступают к горлу, да что тут говорить... "Обними его", - стучат часы в такт моему сердцу. Раненая птица расправляет крылья и невзирая на боль взмывает, но не вниз, к острым камням, а к палящему солнцу и мятущимся на ветру облакам. И я делаю шаг навстречу тебе - мое время истекло, за его, этого шага, пределом начинается новый отсчет.