Витая с холодной прозрачности окон,

Я платьем задела лицо тишины.

И взвились потоки летящих осколков

Оскалом забытой детской игры.

Напомни мне время, когда не страдали.

Напомни мне запах надежд и скитаний

И крымского вкус вина.

Усталые глыбы прошедших мгновений

Ворочает ссохшийся белый старик.

И каркает молодость, сидя на дереве.

Под ним спят дети – только не мы.

Мы же - серьезные, в глаженых, шелковых

С видом победным спешим по делам.

И ссадины времени корками долго ли

Смывать, прикасаясь к чьим-то губам…

Совсем непонятно? Глаголим не истины.

Не истинно то, что снаружи-внутри.

А пальцы хирурга-судьбы будут чистыми

Уходишь – назад не смотри.