В колонках играет - Hans Zimmer
Ты представить не можешь. И даже вообразить. Или сфантазировать.
Как мне, к едрёне фене, страшно.
Что мне пиздец как страшно.
До тошноты по вечерам: десять минут назад я обнимала белого друга при мысли о ...
Да, возможно это просто гормоны играют. Может быть воспаленный мозг. Или ещё что.
У меня даже слёз нет, только гулкая пустота внутри от собственных мыслей.
Ты мгновенно ворвался в самый центр моей вселенной, сел на край стола, свесив ноги,
улыбнулся и сказал "привет". А я сдалась без боя и условий капитуляции.
Я же всегда такая сильная, такая волевая, супер-женщина, не доступная и своенравная.
Мужиков пачками отшивала, флиртовала, кадрила направо и налево. А тут ты.
И мне даже крыть нечем.
Я начала забывать как Макаров выглядит. И больше не болит от прошлого февраля.
Я тебя пару часов не видела и уже соскучилась.
Я рядом с тобой быть хочу, чтобы ни случилось.
И мне страшно.
Что однажды ты, мой замечательно-идеальный мужчина (я вообще и не представляла,
что такие как ты еще остались на планете и тем более, что я могу им понравиться)
встретишься со мной во дворе и скажешь "Извини, но ты же понимаешь, что чувств
больше нет".
Я тогда сяду в самолет и больше не вернусь.
Это, конечно, все только громкие слова. И, кто знает, что будет завтра.
Может быть я сама (как всегда) убью в себе все, чтобы потом не было в миллиарды
раз больнее. Может мы перегорим. Может что-то еще.
Но сейчас мне безумно страшно, потому что я счастлива.
И я поступаю как Niki Lauda
