День выдался на редкость спокойный, и я покинул муравейник на Ист-Ривер вместе с большинством славной когорты международных служащих. Пройдя мимо абстрактной композиции «Дырка в голове Хаммершельда», я вышел за ворота и свернул налево к перекрестку Первой авеню и 42-й улицы.
Как раз был зеленый свет, и я тут же начал пересекать авеню, упершись взглядом в глаза водителя вседорожника «Инфинити» - он явно шел со мной на таран. Но за мной были традиции Гастелло и Талалихина, а за ним – лишь Вьетнам и Корея, странная война в Заливе и Афганистан. Поэтому он капитулировал, уныло затормозив передо мной, и я благополучно добрался до тротуара.
- Простите сэр, вы работаете не в Организации Объединенных Наций?- подскочила ко мне какая-то активистка с лихорадочным блеском в глазах.
- Нет, - добродушно покачал я головой, поправляя на плече сумку с резолюциями. – Разве я похож на сотрудника ООН?
После этого краткого и естественного диалога я ускорил шаг – хватит с меня сумасбродных дам.
В памяти еще жило воспоминание об одном инциденте, когда я вышел за ворота штаб-квартиры, и тут ко мне подскочила такая же активиста. Добившись от меня признания, что я сотрудник Секретариата, она немедленно схватила меня за болтающееся на шее на цепочке удостоверение и стала излагать какие-то претензии по части попрания прав человека на Тибете. Держала она меня под уздцы довольно долго…