Они стояли одни посреди темного двора, кое-где освещавшегося ленивыми фонарями и окнами домов, нехотя, как будто подоходный налог, отдающих часть своего света улице. Она просто стояла и молча смотрела ему в глаза, как бы изучая такое родное и такое забытое лицо. Его волосы уже тронула седина, морщинки несмело начали осваивать свое место жительства, а потухшие и немного грустные глаза, которые когда-то с такой нежностью смотрели на нее, напоминали о том, что прошло уже 15 лет. Сама она тоже не смогла сопротивляться течению времени – она немного располнела, но стала более статная, зрелая, даже можно сказать – вызревшая. Они как бы между прочим перекинулись парой фраз, и вдруг ему стало страшно. Он подумал, что сейчас она спросит про тот вечер, 15 лет назад, когда он исчез из её жизни. А он не знал, что ответить; не хотел, считал глупым оправдываться. Глупой ему казалась эта идея с букетом и глупо, казалось, он будет выглядеть, говоря, как скучал и думал о ней все эти 15 лет… Он бросил взгляд на неё, как бы пытаясь мысленно сфотографировать ее лицо и запечатлеть у себя в памяти, сделал несмелый шаг назад, развернулся и быстро пошел за угол. За все это время она не сделала ни единого движения, не окликнула его, как и 15 лет назад, не побежала за ним, так как посчитала это глупым. Так вот в очередной раз разбежались два неглупых человека. Она смотрела на удаляющуюся фигуру, медленно растворявшуюся в темноте, и только подбородок ее мелко дрожал. Из уголков глаз синхронно вытекли две капельки и не успели добежать до подбородка – она привычным движением подхватила их ладонями и удалила со своего лица. Медленно направилась она к своему подъезду. Тук. Тук. Тук. Тук – отсчитывали каблуки секунды нового одиночества.
Она сидела на кухне около окна и пила чай со своим любимым шоколадом. В окно отчетливо было видно детскую площадку, киоск и урну с торчащими из нее цветами. Она знала, что эти цветы предназначались ей. Но так же как и тот, кто их сюда принес, они стыдливо прятали свои головы, боясь высунуться и попасть к ней в руки. Она хотела подойти и забрать свои цветы, но опять посчитала, как же это глупо… Как много она упустила в своей жизни из-за того, что считала это глупым. А что подумают люди? Спрыгнуть с поезда, оставив там свой багаж… Глупо. Сбежать с работы, чтобы уехать с любимым в Питер на выходные…. Глупо. Достать свои цветы из урны… Да кому, собственно, какое дело? Через минуту она в плаще, накинутом на плечи, стояла перед урной в темном и пустом дворе. Боковым зрением она увидела посади себя фигуру и вздрогнула. Он стоял сзади нее с поднятым воротником и ссутуленный от холода.
- Пошли ко мне, я напою тебя горячим чаем, - ее рука легко скользнула под его локтем, она взяла его под руку и они тихо направились к ее подъезду…