Я никогда не была в деревне, и деревенская жизнь мне представляется по фильмам «Любовь и голуби» и «В той стране» - какие яркие и живые образы!
Повесть «Дом» вначале меня не очень захватила – вот переносимся от двора к двору, перетираем семейные дрязги, давнишние обиды. Но потом как-то стала привыкать к героям, спешила вновь открыть книгу, переживала за них. А сюжет очень жизненный: как-то потихоньку разлетелась, расползлась большая и некогда дружная многодетная семья, прошедшая и выстоявшая на холоде и голоде военных годов. Но по очереди, то одного, то другого начинает притягивать старый их полуразвалившийся дом, который берется отстроить один из братьев. И опять мир устоял на доброте и горячем сердце человека. Петр, который уходил от всех неприятностей в работу по постройке дома, Лиза, которая всех прощала и удивляла широтой своей души, не сломалась от обид и горестей – могут послужить примером в жизненных перипетиях. В повести мы прослеживаем четыре истории раскаяния. Старик Евсей, который понял, что невольно участвовал в чужом разбое, оглянувшись на свою жизнь, бежит из дома, бежит от себя и, свалившись в яму, благодарит потом Бога за эту возможность в глубоком одиночестве и отчуждении размыслить над жизнью и очиститься. Затем он отказывается от ампутации, принимая смерть и радуясь, что уходит с покаянием. (Звучит страшно, но написано намного лучше).
Другие истории пересказывать уж не буду. Повесть содержательная, много линий можно провести, и каждый захватит что-то свое. Можно поговорить о бабской (не женской!) доле… но не буду.
Что я для себя вынесла из этой книги? Это прежде всего образ мыслей человека природы, хозяина полей и угодий, деревенского жителя, жизнь которого у всех на виду, у всех на суду. И пример стойкости, выносливости и терпения женщины, способной вынести на себе и этого человека природы, и детей, и хозяйство и остаться радостной и благодарной этой жизни.

«Дома все сияло и сверкало, как в праздник: и крашеный намытый пол, и
начищенный никелированный самовар, который в ожидании хозяина словно паровоз
бурлил на столе, и дорогая полированная мебель, отделанная медью. И блестела
и сверкала Раиса. За сорок лет бабе перевалило, на иную в ее годы и
взглянуть тошно, а этой никакие годы нипочем. Как молодая девка.
Михаил сам молодел в такие вечера. Он гордился своим новым,
по-городскому обставленным домом, всеми этими красивыми вещами, которые
окружали его, и, чего лукавить, гордился своей красивой румянощекой женой.
В нынешний вечер ничто не радовало его, ничто не ворохнуло сердце. И он
как перешагнул порог с насупленными бровями, так и сидел за столом.
- Что опять стряслось? Какая муха укусила?
Раиса спрашивала мягко, дружелюбно, но он только вздохнул в ответ. А
что было сказать? Как признаться в том, что вот он сидит в своем расчудесном
новом доме, а душой и сердцем там, в старой пряслинской развалюхе?»