Василиса, я всегда была очень открытым человеком – с детства, с отрочества. Не умела скрывать ни одно из своих чувств: радость, гнев, нежность, удивление – всё, испытанное мною, отпечатывалось на лице мгновенно.
Когда я влюблялась, по моим глазам, губам, ресницам можно было читать поэму, драму или трагедию.
Хорошо это или плохо – не знаю до сих пор. Меня никогда не оставляло ощущение, что я беззащитна перед миром.
Первая моя любовь вспыхнула и погасла в год моего четырнадцатилетия. Мальчика звали Костей – высокий такой был мальчик, кудрявый, из интеллигентной семьи. Мы бродили по зимним улицам, в тёплых, сумеречных подъездах целовались с закрытыми губами, он читал мне стихи. Мир вокруг нас вращался серебряным цирковым шаром, бросая на людей и предметы волшебные блики. Помню лёгкость в груди, крылья за плечами – Костя!… Кудрявый мальчик любил меня всего три месяца – в начале апреля, быстро и буднично (провожая из школы, где мы учились в параллельных классах) сказал, что больше не любит нам незачем встречаться… Дома меня рвало, я не плакала – выла, глаза остекленели от боли. Мир обрушился. Серебряный цирковой шар сорвался на тротуары.

Продолжение следует...