Фильм показался забавным, хотя на протяжении всего просмотра не раз возникала мысль а стоит ли вообще смотреть на этот балаган. Оригинальничанья чудовищно много, умного гораздо меньше, чего-то приятно ложащегося на сердце — почти ничего.

Уже давно заметил, что когда разговор заходит о подобного рода творениях, то за восторженными возгласами редко можно услышать что-либо конкретное, ясное и вразумительное. Чаще всего речь будет идти в самых общих чертах о переходе формы в содержание, завораживающей неопределенности, размытых посылах, общем восприятии, передаче тональности, об обрывочности сюжетных линий, которые автор предлагает додумать зрителю самостоятельно, о нагромождении малосвязанных сцен из которых в конечном итоге создается одно большое (и конечно же гениальное) полотно… И разумеется безусловным считается то, что такие работы допускают множественность трактований. Вот только последних наблюдается явный дефицит.

В противовес восторгам выражая антипатию, попробую, как понимаю, развеять туман просмотренного, придерживаясь общепринятого в таких ситуациях стиля «он этим хотел сказать то, а вот этим выразить это».

История конечно же наша, и в первую очередь мужская, ибо каждый из нас в той или иной степени живет с этим. И речь в первую очередь идет о том ускользающем и постоянно меняющемся женском образе, с которым мы, скорее всего на подсознательном уровне живем всю жизнь, примеряя не только на тех «чьи помним имена», а пожалуй и на тех, чьи имена и не пытались запомнить. Одни отбрасываются сразу и бесповоротно, несмотря на безоговорочную готовность с их стороны (по фильму это безусловно подружка Донасьен), другие вроде вписываются в то, что мы напридумали себе сами, но вот беда — они почему-то не желают не только входить в создаваемый нами образ, но нередко и вообще нас знать не желают (а это уже сама Донасьен). Ну ничего мы подождем, проявим не только упорство, но даже благородно предоставим неограниченную свободу в надежде на то, что это будет оценено и улыбка неизбежно заиграет на лице той стервы, где уже клейма негде ставить, но над которой сияет нимб — ибо это образ. Чтобы достойно позиционировать себя в период ожидания мы присмотрели кресло, на котором будем восседать и денно и нощно. Но только одного мы не учли — есть жертвы на которые мы пойти не можем никогда и ни при каких обстоятельствах. Перефразируя Черчиля, который утверждал, что у Англии нет вечных врагов — есть только вечные интересы, можно утверждать, что у нас нет вечных женщин — есть только вечная потребность в женщинах. И вот в этот период ожидания у нас в качестве восполнения потребности появляется проходная женщина (по фильму это жена эксцентричного соседа). Да, душа получает на некоторое время желанный покой и забытье. Но образ не дремлет, он всегда с нами, он снова ведет нас к той на которую ложится лучше всего (это уже снова Донасьен). Но ей это все не надо, ее патологически тянет к тому, как это нередко бывает по жизни, кто об нее открыто вытирает ноги (а это уже ее сутенер).

Прозрение (по фильму это отрезвление от беспробудного пьянства) рано или поздно наступит. Наш воображаемый образ приобретет другие краски и он уже не будет клеиться на ту, к ногам которой мы готовы были бросить весь мир (по фильму это чемодан с деньгами). На нашем языке это отрезвление выражается словами «где были мои глаза». Но образ, правда уже новый, от нас никуда не денется и мы будем продолжать жить в надежде на встречу с новой Донасьен. Вот пожалуй и все, что можно было рассказать.

Ну как? Я вас еще не утомил? Вам еще не надоело читать весь этот бред? Это всего лишь малая часть того, что можно было бы напридумывать, но продолжать изголяться в заданном направлении совсем не хочется.

Единственный момент заслуживающий внимание, так это то, что Ален Делон, блеснул здесь новыми, еще неизведанными красками и бесспорно фильм выигрывает в значительной степени от неожиданного преображения привычного героя-одиночки, скучающего подлеца, прожженого авантюриста, холодно-расчетливого полицейского в распускающего пьяные сопли мужика, которому вскружила голову привокзальная шлюха.

Если говорить об общем впечатлении, то фильм забавен и не более того. И уж меньше всего готов оценивать его как нечто шедевральное. Наверное оттого, что мне больше по душе, когда продекларированные идеи раскрываются другими средствами.

, вы с легкостью сделаете свое мыло ручной работы и больше не будете покупать его в магазине.