Многообещающий преемник ударных искановских Гвоздей оказался работой куда более аморфной, неровной и начисто лишённой присущей Гвоздям тонкой метафоричности и остроты, что, как представляется, его в результате и подвело. На поле полубессознательной экспериментальной шизы фильм играет вполне уверенно, оригинальный авторский стиль приятно узнаваем, из микробюджета по-прежнему выжат максимум, благодаря чему занятных штук на экране вполне хватает (хотя саунд уже не притягивает к себе такого внимания), но при отсутствии хоть какой-нибудь упорядоченности или структурированности предлагающегося материала Видения в конце концов предсказуемо срываются в монтажный хаос-калейдоскоп, столь же креативный, сколь и практически несмотрибельный.

Довольно атмосферная и спокойная завязка всё на том же минимуме текста и специфических «потусторонних» образах, вскоре полностью захлёбывается свободной «земной» арт-абстракцией, местами нарочито грубой, резкой и провокационной, однако далеко не самой интересной для наблюдения. Длительная и по большей части бестолковая клубно-наркоманская нарезка с откровенно выбешивающим стробоскопным эффектом уже к середине начинает делать из фильма крайне утомительное и затянутое зрелище, чем собственно и оформляет для зрителя тот самый suffering, указанный в забугорном названии ленты. Проследить сюжет на определённом этапе становится совершенно невозможно, вследствие чего остаётся фокусироваться на наборе каким-то образом перекрученных между собой отдельных крейзанутых сценок, подвести которые под общий знаменатель не легче, чем препарировать Малхолланд Драйв без линчевских подсказок.

В этом плане наиболее адекватно рассматривать Видения не кинофильмом как таковым, а неким самобытным и самодостаточным музейным экспонатом из застенков кислотного андеграунда, для которого удобно выбранная ниша снов/мифов/галлюцинаций автоматически диктует и оправдывает необходимость пресловутого торжества формы над содержанием.



партаменты, квартиры в Болгарии