«Утомленные солнцем 2» — это совершенно особенный фильм. Сказать, что фильм бездарен — значит его сильно похвалить. Сказать, что фильм бредовый — значит не сказать ничего.

Обзор фильма:

Актерская игра. Сто восемьдесят минут фильма — сто восемьдесят минут фальши. И тут речи даже не идет ни о какой «театральности» — все актеры, задействованные в фильме, включая самого Михалкова, играют кошмарно: тупо и неестественно. Весь фильм меня преследовало это мерзкое чувство неловкости, которое человек ощущает, глядя на воистину ужасную игру.

Из всех актеров только Сергей Гармаш да Евгений Миронов еще пытаются что-то из себя изобразить, но режиссер заведомо ставит и того и другого в безвыходное положение.

Гармашу, играющему безногого отца Александра, по сценарию нужно крестить юную Котову, пока они оба плывут на морской мине. Евгений Миронов читает монолог, обличающий сталинизм, в тот момент, пока у его героя, извиняюсь, из живота вываливаются кишки. И то и другое выглядит на экране настолько бредово, что даже Марлон Брандо и Иннокентий Смоктуновский были бы тут бессильны что-то исправить и смотрелись бы полными идиотами.

Драматургия. Драматургических приема в фильме ровно два. Во-первых, герои постоянно что-то вспоминают; флэшбэки (вставки) с их воспоминаниями появляются каждые 20 минут, зачастую они повторяют друг друга и почти всегда они сильно раздражают. Во-вторых, режиссер на протяжении всего фильма навязчиво указывает зрителю, когда именно тому следует заплакать. В такие моменты включается «грустная музыка». Сделано это настолько топорно, что плакать действительно хочется — над потраченной сотней рублей и тремя часами времени.

Монтаж. Фильм Михалкова — это провал, но то, как он смонтирован — это, наверное, самое глубокое место в этом провале. Картина склеена как будто на коленке.

Один из примеров кривого монтажа: небольшой взрыв рядом с одним из лагерных бараков — и через секунду уже весь внутренний двор лагеря усеян десятками трупов, земля перепахана как после массированного артобстрела.

Диалоги так вообще зачастую просто собраны из отдельных фраз.

В целом, фильм сам по себе состоит из массы различных сцен и зарисовок, совершенно ни коим образом не связанных между собой. У сюжета (не говоря уже о характерах) вообще нет никакого развития. Повествование как таковое отсутствует.

Вроде отсмотрел три часа; событий, казалось бы, масса, но о чем в итоге фильм — непонятно.

Операторская работа. Лично я не привык к такому понятию как «плохая операторская работа». Мне всегда казалось, что или она гениальная («Нюрнбергский процесс», «Летят журавли»), или она просто никакая (как в большинстве фильмов).

Но в «Предстоянии» она даже не плохая — просто паршивая. Ракурсы настолько ужасны, что иногда приходится приложить уйму усилий, чтобы до тебя элементарно дошло, что же все-таки происходит на экране. Например, в одном из драматических эпизодов я никак не мог понять, что случилось с героем Артура Смолянинова. Показывают его лицо, он лежит, орет, просит о помощи. Лишь только через несколько минут становится понятно, что его, оказывается, зажало башней, отлетевшей от немецкого танка.

Есть и совсем неоднозначные приемы. Камера то следит за бабочкой, то зачем-то целых 10 секунд демонстрирует крупным планом яблоко на ветке. Может, это и мелочи, но такие «эксперименты» в определенный момент начинают изрядно действовать на нервы.

Спецэффекты. Вот смотришь на спецэффекты — и думаешь, а на что же ушли 1,3 миллиарда рублей?

Ну да, взорвали мост. Точно такой же мост взрывал Серджио Леоне в фильме «Хороший, плохой, злой» (бюджет 1,2 млн $).

В другом эпизоде сожгли сарай. Элем Климов, помню, тоже сжигал сарай — за куда меньшие деньги.

Еще где-то в середине фильма немецкая бомба случайно разнесла церковь. Прошу прощения, но ведь наверняка Михалков не строил с нуля настоящую православную церковь с тем, чтобы потом ее взорвать?

Были обещаны масштабные батальные сцены с многотысячной массовкой. В итоге единственная батальная сцена в трехчасовом фильме длится около 5 минут, причем половина этой сцены — это просто вспышки от выстрелов в густом тумане.

Может быть, деньги ушли на компьютерную графику? Это очень вряд ли. Вся компьютерная графика в фильме — это пара эпизодов с «Юнкерсами», советская баржа и появившиеся на несколько секунд в кадре немецкие танки на парусах (да, танки на парусах!). Все это нарисовано на уровне дешевых компьютерных игр самого начала 2000-х.

Реквизит. Тут не могу не упомянуть один примечательный факт. Прошлой весной я был в танковом музее в Кубинке. Экскурсовод мне тогда рассказал, что музей бесплатно предоставил Михалкову для съемок настоящий немецкий танк. Предоставил под честное слово относиться к технике бережно. В итоге, по словам экскурсовода, Михалков этот танк благополучно поломал. Вот уж не знаю, каким образом ему удалось это сделать: при том, что настоящую бронетехнику в фильме показывают всего пару минут.

Апофеоз Михалкова:

Если Вы думаете, что «УС-2» — это просто плохой фильм, то Вы сильно ошибаетесь.

Я не даром дважды упомянул слово «бред». Ибо фильм — это один сплошной бред.

Бортовой стрелок немецкого «Юнкерса» какает на барже с ранеными солдатами. Один из раненых солдат попадает ему прямо в голову из сигнального пистолета. Летчик, мстя за товарища, сносит колесом череп капитану судна. Командир соединения сначала орет что-то про Конвенцию, потом приказывает уничтожить всех свидетелей преступления своего товарища.

Герой Смолянинова перед боем приделывает себе на спину деревянную дверь, «чтобы от пуль спасала»…

Котов в исполнении Михалкова постоянно носит перчатку с выдвигающимися лезвиями (даже лагерное руководство относится вполне лояльно к такой штуковине)…

Умирающий советский танкист из последних сил умоляет медсестру Котову показать ему сиськи…

Белобрысый Дмитрий Дюжев прямо в окопе «толкает» солдатам случайно найденные тапочки…

В лучших традициях шоу Бенни Хилла Котов гонится за сбежавшим «языком»…

Выводы?

По-хорошему, здесь следовало бы написать какой-то вывод, подвести определенный итог…

Делайте выводы сами; я же написал все, что считаю нужным. Написал под сильнейшим впечатлением от шедевра Никиты Сергеевича Михалкова.


светодиодный экран это высокий уровень обслуживания, индивидуальный подход, удобство и простота взаимодействия с клиентами. Принцип нашей работы - слышать своих клиентов, понимать их потребность и приходить на помощь с необходимым спектром услу