Порой ты понимаешь меня с полуслова и всю, порой – не можешь постигнуть и капли моего сознания. И ты понимаешь меня в том, и я спокойна, но иногда мне жаль, что ты понял все и до конца. Что ты увидел как на ладони всю мелочность и непробиваемую глупость меня той. Необъяснимая же словами сложность остается за кадром восприятия.

О том непонимании…

Все предельно просто, но при том, до несуразности не как у всех. Я не ревную тебя к Ней (какое избито-громкое слово – ревную!). (Ну вот, я снова пишу ее с большой буквы, придавая ей тем самым незаслуженную высоту; незаслуженную в моих глазах, но появившеюся через призму твоего восприятия.) Не к Ней, и ни к кому Ей подобному. Госпожа Р., равно как и госпожа М. и иже с ними далее по списку, волнует состояние моего пульса по причинам характера интровертного, т.е. стремления к власти как таковой, т.е. никакого отношения к отношениям межличностным не имеющим. И моего внимания, если вспомнить детально, данные создания удостоились лишь по причине заинтересованности в их связи с чем-то, мне несомненно дорогим. И неудостаивание их вниманием было, по сути, правильным, ибо, проще говоря, не интересны. А посему мне странно и, как то ни странно, неприятно слышать об их упоминании столь непозволительно для них частым. Частота, с которой мне стоит вспоминать их благодаря Вашим воспоминаниям, конечно, была установлена мною интуитивно; но как было выяснено ранее, интуитивный способ познания мне особенно дорог.