И в германских, и в кельтских легендах белые или серые лошади ( которые являются молодыми белыми лошадями, белые лошади рождаются темными и светлеют постепенно ) играют большую роль. Они переносят душу между нашей реальностью и другим миром. В частности белые ( серые ) кобылы упоминаются и в мифах и в фольклоре. Само английское слово “nightmare" - кошмар (дословный перевод этого слова - ночная кобыла ) произошло из веры в то, что кобылица увозит человеческую душу во время сна. По норвежски слово кошмар звучит как “Mareritt” – едущий на кобылице. Mare – это женский дух из нижнего мира, который приходит ночью и сидит у спящего человека. Богиня весны также изображается как едущая на кобылице, лошади часто приносились в жертву… связь между лошадью, женской тайной и другими мирами очевидна… "

(с) Andrea Hagen (автор книги “The Ancient Fires Of Midgard”)


Он шел ночною, порой ночною
За темной рекою, за быстрой водою.
Не знал укора, не знал покоя,
За желтой луною, за ней, вороною.
Пришел желанный, ушел постылый,
Чужая рана его томила,
Чужая слава его манила
Туда, где ходила ночная кобыла.

Честного не жди слова,
Я тебя предам снова.
Не ходи, не гляди, не
Жди, я не твоя отныне.
Верить мне - мало толку,
Не грусти дорогой долгой
Не смотри назад с тоскою,
Не зови меня за собою...

Срезал дорогой высокий стебель,
Смотрел себе под ноги и видел небо,
Холмы кострами объял золотыми
И, глядя в пламя, шептал ее имя.
Искал кобылу, нашел кобылу,
Как ночь сулила, весна молила;
Пружинил силы сквозь мрак ревнивый,
Связал кобылу ее же гривой.

Честного не жди слова,
Я тебя предам снова.
Не ходи, не гляди, не
Жди, я не твоя отныне.
Верить мне - мало толку,
Не грусти дорогой долгой
Не смотри назад с тоскою,
Не зови меня за собою...

Весна хмельная, весна дурная,
Зачем ты вела до последнего края?
Уделом смелых зачем пленила,
Что ты наделала, что натворила!
Над жребием сильных, над древней страстью
Нет - нет - нет - он был не властен.
Река забыла, луна простила
Кого сгубила ночная кобыла.
Он шел ночною, порой ночною,
За желтой луною, за ней, вороною;
Весна забыла, река простила
Кого сгубила ночная кобыла.