Было это лет десять назад. Может, чуть меньше.

В то время я никуда не спешил после работы, меня никто не ждал, а потому я по-своему чудно проводил время (периодически мучаясь на утро).

И вот, возвращаясь домой после очередной дружеской попойки в двенадцать ночи, делая пересадку на Баррикадной станции московского метрополитена, я обратил внимание (ну, бля, молодой совсем был, настроение также было соответствующим) на плачущую на перроне девушку (не сказать, что она была моим идеалом красоты), сидящую на корточках, облокотившись спиной на колонну.

Не помню, с чего начал разговор, но не с банального "Что случилось?". Не помню, что ответила она мне.
Помню, говорил, что "все — хуйня", предлагал, что, если она курит, пойдем, мол, "выйдем на поверхность", покурим, мол, успокоится. Помню, разговорились, плакать она перестала.

Помню, — не особо рассказала о своей проблеме. Помню — начала говорить о своем молодом человеке, чуть сбиваясь в рассказе, и по завершению ее крик на всю платформу:
— ОТКУДА Я МОГЛА ЗНАТЬ, ЧТО ОН — ПИДОР?!

Причем в прямом смысле)))
Мысленно я поржал)

Потом, как и с начала диалога, мы даже знали имена друг друга, и она улыбалась, о чем-то говоря со мной на перроне.

Потом подходили к станции метро наши поезда. Ей — в сторону центра, мне — на окраину.

Помню, ее слова на прощание (и глаза уже без слез):
— Вы — в костюме... В отглаженной рубашке... Выбрит. И в метро, в такое время?.. Почему?! (в контексте читалось (по крайней мере, для меня) "Тебя, что, никто не ждет? Что ты здесь делаешь?!")

Я, наверное, никогда ее больше не встречал.

А помнит ли она тот вечер, ту встречу, те пятнадцать-двадцать минут беседы с ни на что не посягающим незнакомцем?