Собсссно, сегодня 8 лет, как мы познакомились.
Он подобрал меня на крыльце гостиницы "Турист" в 8 вечера, уже зареванную, но еще непобежденную: должны были встретиться в семь и поехать на вокзал встречать американских миссионеров, работа такая, вторая всего после второго курсаЖ, нервы, нервы, нервы, прибежать на полчаса раньше, чтобы не опоздать, и никого, и время идет, и непонятно что творится, и вот уже реветь, потому что не знаю ничего. И я не знала тогда, кто он, и не знала, что из всей этой шарашки - он - самый ответственный - а остальные попросту положили на семь и на меня на крыльце и на миссионеров и просто решили досматривать кино.
Он сказал мне комплимент: я не помню какой, мне тогда все говорили, но он - особенно искренне, я реветь перестала и улыбнулась, и американцев встретила по высшему классу, как А.Б. учил в свое время, с улыбкой и всем своим русым русским радушием, я тогда еще шатенка была, выгоравшая летом в русое.
Через две недели он сказал: ты выйдешь за меня замуж, а до того через неделю я ему отдалась, со страстью и нежностью: нежность оценил, страсть не очень: он вообще такой, скорее нежный, чем страстный, и меня это напрягало, другие были страстные, хотя и не нежные, но в 17 страсть ценишь выше, дура, и я смеялась - какое - замуж, никакого - замуж, ну в крайнем случае когда-нибудь потом, ну в самом крайнем не раньше, чем закончу универ и карьеру сделаю.
Он сказал: делай, но замуж - выйдешь, и прошло четыре года, и диплом один был в кармане, второй - в планах, и я стояла в белом платье и фате в ЗАГСе и ревела белугой, а он смотрел все так же нежно, хотя и не страстно, а я уже понимала: страсть - не то, не то, не то, потом - дети, а это - нежность, а нежность должна настояться, как вино, а не как Кока-Кола, которая выдохнется и вообще только химия, и я ревела и говорила "да", и меня украли в ресторане, дурацкий обычай, и в подсобке какой-то в белом кружеве сидела на ящике из-под шампанского, и слышала, как он за дверью говорил нежные слова, дураки какие, тоже мне задание, он ведь только нежные и может, и дверь открылась, и я выпала ему на руки, и четыре года всякое, Булка - знает: до слез, до истерики, до сигарет демонстративно и до развода почти, и каким-то чудом нежность удержалась, и вот уже восемь лет, просыпаясь среди ночи, ищу губами - губы и целую не страстно, но осторожно, нежно: спи, не просыпайся, до утра далеко, и так хорошо, и только нежность, нежность, нежность...
