До меня вдруг дошло, что под словом "улыбка" мы с ним разумим вещи прямо противоположные; что сарказм, меланхолия, жестокость, всегда сквозившие в его усмешках, сквозили в них по умыслу; что для него улыбка по сути своей безжалостна, ибо безжалостна свобода, та свобода, по законам коей мы взваливаем на себя львиную долю вины за то, кем стали. Так что улыбка – вовсе не способ проявить своё отношение к миру, но средоточие жестокости мира, жестокости для нас неизбежной, ибо эта жестокость и существование – разные имена одного и того же. Формула "Учитесь улыбаться! В его устах звучала куда многозначительней, нежели Смайлзово улыбчивое "Смейся и стой на своём". Учитесь быть безжалостным, – похоже, подразумевал Кончис, - учитесь горечи, учитесь выживать...