Один день инвалида-колясочника глазами журналиста «Самарских известий»

28 сентября в Самаре стартует акция «За жизнь без барьеров», которая посвящена созданию доступной среды жизнедеятельности для маломобильных категорий населения. Проще говоря, для инвалидов. По сообщениям пиарщиков министерства социально-демографической и семейной политики Самарской области, эта акция действует уже пятый год подряд. Все это время местные чиновники делают вид, что инвалиды, не способные передвигаться по городу на своих ногах, не испытывают никаких трудностей, выходя в город. Журналист газеты «Самарские известия» решил убедиться в этом на собственном опыте. Руководитель самарской общественной организации инвалидов-колясочников «Ассоциация Десница» Евгений Печерских любезно согласился предоставить нам транспорт – инвалидную коляску.

Колеса в помощь

Устраиваюсь поудобнее в кресле и пытаюсь разобраться с управлением. Вперед, назад, повороты… в целом, ничего сложного. Поехали!
Впрочем, этот гагаринский запал кончается сразу же на выезде из редакции. Порог, которому раньше я как пешеход не придавал значения, упирается в колеса инвалидного кресла и не дает мне выехать на этаж. Подаю немного назад и тут же резко проталкиваюсь вперед, преодолевая этот барьер в раскачку.
То, что ожидает нас впереди, куда страшнее. В здании, где располагается наша редакция, нет лифта. Добраться с третьего этажа на первый можно только по крутой лестнице.
- Что будем делать? – спрашивает Максим Шитик, который согласился меня страховать на время этого эксперимента. Вместе мы смотрим на уходящие вниз ступеньки. Чувствуя дрожь в здоровых ногах, я через несколько минут все же решаюсь на спуск.
Медленно мы движемся на коляске вниз. Я двигаюсь спиной вперед к выходу. Максим поддерживает коляску и следит, чтобы я не стал инвалидом по-настоящему. Так мы добираемся до второго этажа.
- А теперь без твоей помощи, - говорю я Шитику.
- Уверен? Ну, что ж… - его глубокий вдох звучит как благословение.
Я еще крепче впиваюсь руками в перила и проделываю те же манипуляции. Коляска ужасно бьется о каждую ступеньку, и за нее мне становится страшно. На подкате к первому этажу мои опасения оправдываются: из-под колес вылетает несколько мелких деталей. Обронив нецензурное слово, Максим подбирает их и кладет себе в карман. Наконец, мы выбираемся наружу.

В путь

На выходе из здания дорогу мне преграждают уличные ступеньки. И если спускаться по лестнице еще как-то можно, то подниматься, увы, нет. Пока мы с Максимом перебираем возможные варианты решения проблемы, к нам обращаются несколько прохожих, предлагая помощь. Признаться, не ожидал, что среди самарцев столько отзывчивых людей. Наконец, мы сдаемся и соглашаемся принять подмогу. Силами трех крепких мужчин меня вместе с коляской вытаскивают наверх.
Теперь передо мной все пути открыты. И вот колеса уже катятся в сторону пешеходного перехода. Но не успеваю я проехать и десяти метров, как появляется новая проблема. Оказывается, передвигаться на коляске по асфальту очень сложно и почти так же опасно, как спускаться с лестницы. Малейший подъем, который незаметен для обычного пешехода, заставляет меня максимально напрягать мышцы рук. Только теперь я начинаю понимать, почему наши паралимпийцы берут «золото»: передвигаться в городских условиях родной страны лучше всякой тренировки в спортзале. Каждый камешек или трещина в асфальте аукаются в моем организме жесткой вибрацией. Даже самый низкий бордюр – испытание. Каждая лужица – неизвестность. Если она велика, то объехать ее нельзя, а насколько она глубока, и удастся ли выехать из нее сухим, предвидеть невозможно.
Мне приходится балансировать, выбирая одно из трех: проезжую часть, где носятся машины; каменные лестницы (и зачем они вообще нужны?!) или объезд по грязи. Еду в грязь. Куски мокрой земли наматываются на колеса, и при очередном подъеме я вязну. Все, в одиночку дальше хода нет.

Прикованный к креслу

С помощью Максима пересекаю ступенчатые пороги и еду вверх по улице Ерошевского. Затем поворачиваю на Гая и поднимаюсь по Революционной. Все это время я ловлю на себе сочувственные взгляды самарских девушек. Женщины постарше понимающе кивают головами. Некоторые прячут глаза. Сверху вниз меня разглядывают дети, а старенькие бабушки стараются поскорее обогнать.
Глядя на лица прохожих, я сам начинаю испытывать к себе жалость. К этому времени мои ноги действительно онемели от холода, а на ладонях начали появляться первые мозоли. Супермаркеты и кафе находятся на таких возвышенностях, что забраться туда у меня не получается даже с поддержкой Максима. Продавцы ларьков, где я пытаюсь купить что-нибудь из еды, меня не замечают, так как моя голова едва достает до окошка. Жизнь в инвалидном кресле с каждым часом кажется мне все тягостней.
Только с помощью Шитика я добираюсь до остановки общественного транспорта на Московском шоссе. Мы стоим в ожидании средства, способного перевезти инвалида-колясочника. Большинство троллейбусов и автобусов нам приходится встречать и провожать глазами. Неожиданно подъезжает новенький SCANIA – автобус, в котором предусмотрена площадка для инвалидов. Один из пассажиров помогает Максиму втянуть туда коляску. С маршрутом приходится согласиться заранее, выбирать не приходится. Мы направляемся к железнодорожному вокзалу.

Спасти рядового Рому

Вокзал встречает «инвалида» тепло. Пандусы здесь есть везде, и мы почти беззаботно колесим внутри и снаружи. На выходе решаем заглянуть в аптеку, которая расположена прямо напротив табло с расписанием. Меня привлекает подозрительный пандус – две железные балки, которые расположены очень близко друг от друга. Под ширину моих колес они не подходят, как бы мы ни пытались их туда поставить. Очевидно, эта конструкция здесь только для вида – вроде дизайнерского украшения. Лекарств в итоге я не получаю.
В дорожной клинической больнице меня тоже оставляют без медицинской помощи. Через пандус я попадаю в детское отделение и прошу записать меня на прием к врачу.
- Это только через другую дверь, - отвечает медсестра в регистратуре и жалобно смотрит на меня. Она знает, что у той двери пандуса не было и нет.
Там же около вокзала мы заезжаем в почтовое отделение. Чтобы отправить письмо главному редактору «Самарских известий», мне приходится долго ждать своей очереди. Стоящие впереди бабушки делают вид, что не видят меня, а сотрудник почты в окне так же, как и продавцы-ларечники, просто не замечает.
Я остаюсь невидимкой и на пешеходном переходе рядом с вокзалом. Из-за обилия стоящих вокруг него машин там затруднен обзор. Автомобиль мчится с большой скоростью нам навстречу, когда мы пытаемся выехать с обочины. Какие-то доли секунды, и Максим тянет коляску на себя, спасая меня от столкновения.
Через полчаса я снова едва не попадаю под колеса машины. Сидя в кресле у близлежащей остановки, забываю закрепить тормоза. Под уклон коляска стремительно выезжает на проезжую часть. Меня спасает только то, что я резко выруливаю к бордюру.
С этой остановки, опять долго ожидая подходящий транспорт, мы отправляемся в администрацию Самарского района.

Высокие-превысокие власти

Уже на подъезде к зданию меня как инвалида постигает еще одно разочарование – в администрации не приемный день. Об этом я читаю на двери, стоя у высоких деревянных ступенек. Подняться по ним на коляске я не смог бы и в приемный день. Мне ничего не остается, как обратиться в департамент социальной защиты, который находится в нескольких кварталах от администрации.
Разбитые дороги и тротуары старого города трясут коляску пуще прежнего. Нам остаются считанные десятки метров. Максим из последних сил толкает меня вперед. Держу пари, что за этот день он вымотался гораздо больше моего.
И вдруг происходит самое страшное: прямо возле здания департамента от коляски отламывается металлическая ножка с колесом. Я не доезжаю буквально пяти шагов. Наш путь окончен. Коляска, якобы предназначенная для транспортировки инвалида в городских условиях, не выдерживает и нескольких часов. Впрочем, в департамент соцзащиты мне не удалось бы попасть и на целой коляске. Никаких пандусов там мы не заметили. Вместо них у входа нас встречает узкий проем, металлический порог и большая лестница внутри здания.

Продолжение следует

Обращаем внимание уважаемых читателей, что тема, которую мы подняли в этом материале, еще не раскрыта полностью. В следующих выпусках мы соберем мнения людей, которые каждый день сталкиваются с трудностями хваленой «безбарьерной» среды в Самаре. Мы надеемся, что прокуратура города обратит внимание на этот наш эксперимент. Может быть, тогда ответственные лица, которые обязаны поддерживать городскую среду в должном состоянии, повернуться лицом к людям с ограниченными возможностями.

Самарские Известия