Исполнилось 282 года со дня рождения выдающегося русского механика-изобретателя Ивана Кулибина. Его имя стало нарицательным, но большинство использует его в ироническом контексте: «Тоже мне Кулибин!» – когда кто-то придумывает нечто занятное, но бесполезное. С таким отношением Кулибину приходилось мириться и при жизни. В Академии наук его изобретения поднимали на смех, хотя они были не менее революционными, чем открытия Леонардо да Винчи. Зато чудака-самоучку любили женщины, и сама императрица была к нему благосклонна.

Кулибин появился на свет в 1735 г. в семье купца-старообрядца и всю жизнь придерживался старообрядческих традиций: не играл в карты, не курил табак, не пил спиртного, носил бороду. Даже когда Екатерина II предложила ему сбрить бороду в обмен на получение дворянства, он предпочел остаться в купеческом сословии. Впрочем, императрица снисходительно относилась к странностям Кулибина – он был автором такого количества революционных для того времени изобретений, что имел право на свои чудачества.

Великий изобретатель был самоучкой: он никогда не учился в школе и осваивал механику самостоятельно. В его комнате были собраны все имеющиеся на тот момент приспособления для токарных, слесарных и прочих работ. Знакомый его отца, купец Костромин, обратил внимание на его талант и предложил ему изготовить необычные часы, чтобы преподнести их императрице.

Кулибин справился с задачей: несмотря на то, что работа на некоторое время остановилась – он увлекся созданием микроскопа – часы получились действительно необычными. Они были выполнены в форме утиного яйца, в котором каждый час открывались маленькие дверцы, а за ними был виден Гроб Господень и стражи, его охраняющие. В часах также был музыкальный аппарат с несколькими мелодиями. Екатерина оценила подарок и талант изобретателя и вскоре назначила Кулибина заведующим механической мастерской Петербургской академии наук.

Кулибин руководил мастерскими Академии наук в течение 30 лет, предложив немалое число изобретений: 300-метровый одноарочный мост через Неву, винтовой лифт, прожектор, механический протез ноги, речное самоходное судно с вододействующим двигателем, которое могло плыть против течения, оптический телеграф, механический экипаж с педальным приводом и др.

К сожалению, большинство его изобретений так и остались проектами. Ни один из мостов Кулибина не был построен, несмотря на успешные испытания уменьшенной модели одноарочного моста. Сооруженный для императрицы лифт – «подъемное кресло», передвигающееся в специальной шахте с помощью винтового механизма – после смерти Екатерины не использовали, а шахту заложили кирпичом.

Изобретения Кулибина не спешили внедрять, так как ученые мужи относились к ним с большим сомнением и даже иронией. Самоучку без инженерного образования никто из них всерьез не воспринимал, его считали чудаком и выдумщиком. Проект моста подняли на смех: дескать, неуч не знает элементарных вещей и предлагает конструкцию, которая тут же рухнет. Директор Академии наук Екатерина Дашкова почему-то недолюбливала изобретателя. Кулибин писал ученику Ивану Пятерикову: «Работаю я много и усердно, но положение моё среди гордых академиков далеко не приятное, и лишь усиленным трудом я заглушаю горе, которое причиняют они мне беспрестанно своими насмешками и презрительным обращением со мной, бедным самоучкой».

Говорят, великий изобретатель был очень любвеобильным и пользовался большим успехом у женщин. Ни чудачества Кулибина, ни его консервативность в быту и привычках не отпугивали дам. Он отличался веселым нравом, любил посещать званые вечера, где охотно балагурил, остроумно отвечал на любые насмешки, умел расположить к себе. К тому же Кулибин писал стихи и выглядел весьма необычно: всегда в длиннополом кафтане, высоких сапогах, с окладистой бородой, он казался представительницам прекрасного пола экстравагантным и загадочным, что еще больше их привлекало.

Кулибин был трижды женат, причем в третий раз он женился в 70 лет. У него было 12 детей, и трое из них появились в третьем браке, когда изобретателю было за 70. Всем мальчикам он дал хорошее образование, и они стали горными инженерами.