Из письма родственнику, покинувшему СССР в 1990 г. и не приезжавшему с тех пор в нашу страну, после того как он обратился с предложением помочь с внедрением в России своего изобретения. Или попытка объяснить, в каком состоянии находится сейчас Россия.
Здравствуй, Л.! (Первая часть письма, носящая личный характер, опущена. Далее в тексте местами также исключена информация личного характера.)
Теперь о твоем предложении. Если кратко, то сейчас ситуация в России крайне неблагоприятна для каких-либо инноваций. Если более подробно, то в 1991 г. к власти в стране пришли чиновники-бюрократы, основная цель которых – как можно больше хапнуть. Все собственники предприятий находятся под их контролем – либо прямым (чиновники являются совладельцами или фактическим владельцами), либо косвенным (коррупционным). Самые крупные собственники – олигархи – были просто назначены либо Ельциным, либо Путиным, и находятся под контролем администрации президента. Подобную власть нельзя даже назвать капиталистической, для нее принято использовать термин «бонапартистская», причем в данном случае в качестве исторической аналогии подходит не Первая империя Наполеона I, а бюрократическая Вторая империя его племянника Наполеона III.
В результате собственность в России является условной, причем даже дважды условной. С одной стороны, подавляющее большинство населения (в т.ч. и лично я) не признает итогов приватизации 90-х, когда предприятия скупались за гроши, поэтому они могут быть в любой момент национализированы. С другой стороны, нынешние формальные собственники сплошь и рядом либо не являются таковыми, выступая ширмами для чиновников, либо могут в любой момент лишиться этой собственности из-за наездов конкурентов вкупе с чиновниками – процветает рейдерство, т.е. насильственный захват предприятий с одобрения властей.
Крупнейшим захватом такого рода было дело Ходорковского, о котором ты, полагаю, слышал. При этом такой вариант, как формальный переход в госсобственность также означает переход предприятия в руки чиновников. Для полноты картины следует добавить, что чиновники в центре разбились на несколько групп, которые постоянно борются между собой за власть и собственность, что только способствует захватам и перезахватам и только усугубляет ситуацию. В момент передачи власти (как в 2000 г., так и сейчас) эта тенденция, по понятным причинам, обостряется. А на местах действуют собственные группы, находящиеся под контролем губернаторов.
Это приводит к тому, что все собственники в России, включая чиновников и олигархов, являются, по сути, временщиками, и психология у них соответствующая – как можно больше урвать сейчас, пока есть такая возможность. При этом все «честно нахапанные» доходы вывозятся на Запад и в основном складируются в западных банках, поскольку в России их могут легко отобрать заодно с собственностью. Если, не касаясь политики, рассматривать экономику, то для нее последствия сложившейся в России ситуации с властью и собственностью являются крайне печальными. Известна цифра, которую не опровергает никто и которую иногда признают даже представители власти – начиная с 1992 г. в России в обновление основных фондов вкладывают в среднем около 30 % от положенного по нормативам советского времени для простого воспроизводства (по нормам амортизационных отчислений).
Поэтому я иногда говорю, что с формальной экономической точки зрения нынешняя власть в три раза хуже предыдущей, которая вкладывала, как положено по плану, 100% и даже несколько больше. Впрочем, в жилищно-коммунальном хозяйстве ситуация еще хуже – вероятно, вкладывают около 10%. Это означает, с одной стороны, что господа временщики (условные собственники) вывозят за бугор не только прибыль, но и амортизационные отчисления. Они присваивают себе не только труд нынешних своих работников (теорию прибавочной собственности никто не отменял), но и труд предшествующих поколений, материализованный в основных фондах. В обмен вкладывается сумма заметно меньшая – только чтобы обеспечить работу предприятий и дальнейшую наживу.
Разумеется, есть исключения, когда без серьезных капиталовложений не обойтись - например, мобильная связь. Но эти исключения только подтверждают общее правило, ибо на мобильной связи ее собственники загребают огромные деньги. С другой стороны, это приводит к общему износу и старению основных фондов. Износ превысил по стране в среднем 70 %, причем даже в нефте- и газодобывающей промышленности и энергетике. А средний срок службы оборудования превысил 20 лет. В результате станки ломаются, трубы лопаются, трансформаторы горят, самолеты падают, и так далее…
Наибольшую опасность представляет износ жизненно важной инфраструктуры – энергетика (включая добычу топлива, выработку электричества и тепла), системы трубопроводов и линий электропередач, транспорт, а также жилищно-коммунальное хозяйство в целом. Ситуация постепенно ухудшается и приближается к критической. Авария в мае 2005 г. в Москве, когда сгорело 2 трансформатора и отключилось пол-Москвы, половина Московской области и еще три области в придачу (всего с населением 20-25 млн. человек), была первой ласточкой. Нынешняя власть занимается только «латанием дыр» в случаях аварий (естественно, с расходами много большими, чем при плановом ремонте) и даже не пытается изменить ситуацию в целом. Картину завершает тотальная коррупция чиновников на всех уровнях – вплоть до того, что любой государственный проект осуществляется только в том случае, если в нем заложена возможность для чиновников поживиться (типичные примеры – так называемые «национальные проекты» и начавшаяся подготовка к Олимпиаде в Сочи, которую Путин и Ко. получили, просто подкупив часть Олимпийского комитета).
Разумеется, есть люди, которые не только знают о создавшейся ситуации, но и стараются предупредить о ней страну. В первую очередь можно назвать имена проф. МГУ С.Г. Кара-Мурзы и д.э.н. М.Г.Делягина (их сайты ты можешь легко найти в Интернете, рекомендую почитать). Но нынешняя власть не обращает на них внимания, действуя по принципу «после нас – хоть потоп». При этом высшие чиновники государства, начиная с президента, занимаются тем же, чем и остальные чиновники – хапают. Правда, Ельцин лично этим не занимался – за него и с его согласия это делали его родственники. А Путин занимается этим сам.
Два примера для двух президентов. Для Ельцина – в августе 1998 г., непосредственно перед дефолтом, США предоставили России кредит в 4,8 млрд. долларов. Под дефолтовский шумок этот кредит исчез. Есть достаточно веские данные, что через австралийскую фирму-однодневку эти деньги поделили семья Ельцина и соучастники – Кириенко (в тот момент премьер), Дубинин (тогда руководитель Центробанка) и Чубайс (no comments). Для Путина – два года назад известный олигарх и друг Путина Абрамович продал обратно государству нефтяную компанию «Сибнефть». Купил он ее в середине 90-х за 100 (или 200) млн. долларов, продал обратно за 13 млрд. долларов. Никто не сомневается, что вырученными деньгами Абрамович поделился с чиновниками, купившими у него «Сибнефть», начиная с Путина – у них это называется «откат».
Недавно известный журналист и политолог Станислав Белковский в интервью немецкой газете Die Welt оценил состояние Путина по меньшей в 40 млрд. долларов. Лично я полагаю, что так оно и есть. Путин и его окружение молчат, а западная пресса активно обсуждает эту информацию.
Для Путина и большей части его окружения деньги важнее власти. И поскольку их сбережения спрятаны на Западе, они должны подчиняться требованиям Запада. Вся их антизападная риторика – для внутреннего употребления. И уходит Путин в первую очередь потому, чтобы не ссориться с Западом и не потерять свои миллиарды.
Теперь от общего перейдем к частному. Как я уже писал, ситуация в России крайне неблагоприятна для каких-либо инноваций. Это естественно – инновации могут дать прибыль, а могут и не дать, а если дать – то неизвестно когда. Поэтому везде в России либо воспроизводят старые продукты и разработки советских времен, либо воспроизводят зарубежные, причем тоже старые (на которые истек срок патентной защиты), максимум – слегка дорабатывая и модифицируя. Например, я работаю на одном из крупнейших предприятии фармацевтической промышленности России.
В основном мы, как и все предприятия фармацевтической промышленности России (и не только России), покупаем субстанции в Китае и Индии и делаем из них готовые формы. Только растворы для инфузий (физиологический раствор и другие растворы солей) делаем из отечественного сырья. Как у нас происходит «разработка и внедрение новых препаратов»? Прекрасно знаю этот процесс, т.к. сам принимаю в нем непосредственное участие.
Возможны два варианта. Первый вариант – наше руководство (нашего предприятия или московского холдинга) решает, что какой-то препарат, который делают другие или ввозят в Россию зарубежные фирмы, хорошо расходится, и нам тоже надо его делать. Нам дают указание, мы по аналогии разрабатываем готовую форму, субстанцию покупаем у китайцев или индийцев, проходим испытания, через год или два получаем разрешение на производство и начинаем производить. Также поступают и остальные предприятия. В результате есть препараты, которые присутствуют на нашем рынке от ста и более производителей, причем под разными фирменными названиями (например, обыкновенный диклофенак / ортофен).
Второй вариант чуть сложнее. То же руководство узнает, что на какой-то хороший препарат скоро истекает срок патентной защиты и он переходит в разряд дженериков, т.е. его могут делать все. Далее, как говорится, аналогично, и также поступают остальные. За последние 10 лет мы внедрили только 2 действительно своих, т.е. оригинальных готовых препарата. При этом процесс испытаний и оформления разрешения на производство для оригинальных препаратов значительно длиннее и дороже, чем для воспроизводимых. При этом капиталовложения в основное производство на нашем предприятии явно недостаточные, как и по стране в целом (о чем я писал выше). Какие тут, к черту, принципиально новые производства, какие инновации.
Мы не живем, а выживаем. Ты предлагаешь новаторское решение в области аортокоронарного шунтирования. Да, дела с этим в России обстоят из рук вон плохо, такие операции делают в немногих центрах, тогда как в развитых странах Запада, как я читал, их делают где-то на уровне районных больниц. В результате у нас масса людей умирает раньше времени, внося свой вклад в уменьшение продолжительности жизни. Твое предложение на эту тему пришлось бы кстати – если бы у нас была нормальная страна. Но поскольку ты предлагаешь нечто новое, не имеющее аналогов даже на Западе – вряд ли кто здесь этим будет заниматься. Я мог бы помочь тебе только при условии моего личного знакомства с кем-либо из олигархов. К сожалению (или слава богу), я не знаком с г-ном Б., владельцем нашего холдинга, и тем более с другими подобными господами олигархами…
Нарисованная мною картина выглядит весьма мрачной, но так оно и есть. Нынешняя власть совершенно бесперспективна и безнадежна в этой бесперспективности. Однако бесконечно долго такая ситуация, в сущности сводящаяся к растрате того, что создано предшествующими поколениями, к проеданию старых запасов, продолжаться не может. Рано или поздно эти запасы не то что бы кончатся, но уменьшатся до критически опасного уровня, и тогда неизбежен системный кризис. А власть, умеющая только хапать, может кое-как управлять Россией в нормальной обстановке, но с кризисом она не сможет справиться по определению.
В последнее время появились признаки, что этот кризис произойдет в ближайшее время, год-два. Точнее, сама существующая власть подталкивает этот кризис. С одной стороны, прошедшие парламентские и предстоящие президентские выборы превратились в фарс, над которым смеются все, у кого есть своя голова на плечах (вне зависимости от их политических взглядов). Происходит, как говорят, делегитимитизация власти. С другой стороны, на эти выборы выброшены огромные и ничем не обеспеченные деньги, так что в ближайшем будущем (сразу после президентских выборов) в России начнется очень серьезная инфляция. С третьей стороны, процесс передачи власти от Путина к преемнику обострил внутреннюю борьбу кланов и расшатывает эту власть изнутри, причем Путин, судя по публикациям в подконтрольной этим кланам прессе, уже не контролирует ситуацию.
Дополнительная, но крайне важная для нищей страны компонента – сильный рост цен на продовольствие, что связано как с ростом спроса и цен во всем мире (в том числе и у вас), так и с полным развалом сельского хозяйства в России (мы ввозим приблизительно половину потребляемого продовольствия). Что ждет Россию в ближайшем будущем – сказать трудно.
Лично я полагаю и надеюсь, что к власти придет группа, которая уже руководила страной в кризисный период 1998-99 гг. (после дефолта) – группа Примакова-Маслюкова. В 1999 г. Примаков уступил власть, надеясь на победу на президентских выборах 2000 г. Но сейчас выборы утратили всякое значение, и если нынешняя власть уйдет – то это произойдет не на выборах и она уйдет навсегда. По крайне мере, это единственная группа, у которой есть кадры для управления страной в кризисный период. Им нужна власть в великой стране, деньги их не интересуют – поэтому они независимы от Запада. Следовательно, их образ мышления прямо противоположен образу мышления нынешних правителей России. При этом националистов, в обычном понимании, среди них нет. Только такие люди смогут вывести Россию из кризиса. К сожалению, эта группа не оформлена как политическая организация. Поэтому, Л., извини, но сейчас лично я не имею возможности тебе помочь.
Более того, ситуация в России такова, что я даже не рекомендую тебе продвигать твое предложение в России – даже если тебе что-то и пообещают, то, весьма вероятно, затребуют, как это у них называется, «откат», а потом вполне могут, как это у них называется, «кинуть». И вдвойне не рекомендую вести какие-либо дела в России на фоне начинающегося кризиса.
В заключение хотел бы сказать несколько слов про Белоруссию, поскольку ты оттуда родом. Ситуация в Белоруссии кардинально отличается от ситуации в России тем, что Лукашенко и его окружение не имеют денег в западных банках и среди них нет коррупции (точнее, она находится на пренебрежимо малом уровне). Это люди, которым нужна власть в развитой стране, деньги их не интересуют. Т.е. это группа, в целом подобная группе Примакова-Маслюкова. Правда, лично я скептически отношусь лично к Лукашенко, и возможно, он не лучший руководитель такой группы, но это уже другой вопрос.
Еще раз поздравляю тебя и твое семейство.