Генрих Гейне (1797—1856) родился в Дюссельдорфе. Соседство с Францией способствовало наиболее широкому распространению именно в этой провинции передовых революционных идей из-за Рейна. В профессии коммерсанта, к которой начали готовить мальчика родители, он не нашел для себя ничего привлекательного: все больше и больше он увлекался поэзией.

Стремление надежно обеспечить будущее сына заставляет родителей обратиться за помощью к его дяде, богатому гамбургскому банкиру Соломону Гейне. В 1816 Гейне переезжает к нему. Положение бедного родственника в роскошном доме толстосума, торгашеская, расчетливо-деловая атмосфера купеческого города, нежелание заниматься коммерцией угнетали Гейне. Еще больше страданий доставило юноше неразделенное чувство к кузине Амалии. Бедному поэту она, как истая дочь своего отца, предпочла богатого прусского помещика. Эта любовь, горечь которой Гейне ощущал до конца своей жизни, стала основной темой его ранней лирики. В Гамбурге в местной периодической прессе начинают появляться первые публикации стихотворений Гейне.                   

 Курт Воннегут-младший — один из наиболее значительных американских писателей ХХ века, сатирик и художник.

Родился в Индианаполисе, который стал местом действия многих его романов, в семье архитектора Курта Воннегута-старшего.

«Милый па!

  Я продал свой первый рассказ, его купил журнал Collier’s. Вчера вечером я получил от них чек — 750 долларов. Минус десять процентов, причитающихся моему агенту. Похоже, что еще две мои работы имеют хорошие шансы быть опубликованными в ближайшем будущем. Полагаю, дела пошли в гору. Я положил деньги на сберегательный счет и постараюсь пополнять его регулярно. Я хочу накопить сумму, эквивалентную моему годовому заработку в General Electric. Еще четыре публикации, и эта цель будет достигнута. У меня появятся свободные наличные (чего раньше никогда не было), я смогу бросить эту работу, превратившую мою жизнь в кошмар. Я больше никогда не буду ни на кого горбатиться, да поможет мне в этом Господь. Сейчас я ощущаю себя таким счастливым, как никогда раньше».          

Происхождение портрета "Дамы под покрывалом" окутано глубокой тайной, никто не знает имени женщины, написанной великим Рафаэлем. Только возникшая в давние времена легенда утверждает, что перед нами - возлюбленная художника, прекрасная Форнарина. Портрет был создан в Риме где-то в начале 1514 года. К этому времени имя Рафаэля уже широко известно, как писал о нем его первый биограф - художник Джорджо Вазари: "Он всех побеждал своей приветливостью и искусством".
Рафаэлю прочили блестящее будущее и выгодную женитьбу на патрицианке но он был влюблен в простую женщину. Одного взгляда на портрет достаточно, чтобы понять, что натурщица далеко не безразлична художнику. Он словно бы признается зрителям, что в данном случае его не интересует окружающий мир, все его внимание сосредотачивается на облике этой юной особы. Рафаэль поэтично воспевает её красоту, в которой сочетаются черты живого народного темперамента с сознанием собственного достоинства.

Гладкие черные волосы обрамляют нежное смуглое лицо. Большие черные глаза, подчеркнутые глубокими тенями и тонкими нитями бровей, смотрят перед собой чуть рассеянно и мечтательно. Яркие, сочные губы тронуты едва заметной улыбкой. А бархатистость и теплота кожи живописно оттенены холодным блеском белого открытого атласного платья с пышными рукавами и высоким корсажем. На голову и плечи женщины накинуто тонкое желтое покрывало, заключающее всю фигуру на полотне как бы в устойчивый треугольник, линии которого мягко округляются, соответствуя плавным певучим контурам всего портрета. Золотые узоры рукава перекликаются в своем сиянии с браслетом на левой руке и драгоценным ожерельем на шее. Белая и золотисто-желтая цветовая гамма, доминирующая в портрете, как нельзя лучше соответствует красоте юной женщины и выражает понимание красоты самим художником.
Действительно красота для Рафаэля никогда не была понятием только физического совершенства. Она вмещала непременно гармонию, заключающуюся в равновесии духовных и телесных качеств, поэтичное и нравственное совершенство. Художник написал портрет прекрасного земного существа, характер и облик которого удивительно соответствовали друг другу и восхищали его.

часть-1:Здесь

Автопортрет 1506год.

Portrait of a Nude Woman (Fornarina) c1518

   Тютчев был одним из самых замечательных русских людей. Но, как и многие русские люди, он не сознавал своего истинного призвания и места. Гнался за тем, для чего не был рожден, а истинный дар свой не то что не ценил вовсе, но ценил не так и не за то, что в нем было наиболее удивительно.

   Он был человек сильных страстей и феноменальной рассеянности. Однако ж нет ничего неожиданного в том, что он вступил в государственную службу. Тогда все служили -- даже неистовый Пушкин, даже совершенно мечтательный и невесомый Богданович. От всей служебной деятельности Пушкина осталось одно знаменитое донесение о саранче. От Богдановича -- и того меньше: в качестве российского дипломата он только и делал, что "бродил по цветущим берегам Эльбы и думал о нимфах". Пушкин кончил жизнь под пистолетным дулом, Богданович -- в деревенском уединении, в состоянии как бы тихого и мечтательного помешательства, в обществе кота и петуха, "сих друзей, достойных самого Лафонтена". Словом, не приходится удивляться, что Тютчев служил, и в конце концов служил плохо. Вполне естественно, что его служебная карьера была надломлена в самом расцвете -- из-за поступка, вполне подобающего поэту и вовсе не подобающего чиновнику. Но вот что странно: будучи не весьма исправным чиновником дипломатического ведомства, он всю жизнь рвался к самой активной деятельности именно на этом поприще. И особенно -- в те годы, когда он был не у дел, в опале. Служить он не умел, но политические судьбы Европы и России волновали его чрезвычайно, и он хотел в них участвовать не только созерцательно, а и деятельно. В его статьях и письмах -- перед нами человек, бурно стремящийся к политическому влиянию и действию. Но -- мы все-таки ныне празднуем сто двадцать пятую годовщину со дня рождения не политика Тютчева, а поэта. Такова Немезида. На сей раз можно ее назвать милостивой.

   Политические воззрения Тютчева, близко примыкающие к славянофильским, преимущественно отражены в статьях "Россия и революция", а также "Папство и римский вопрос". Тут высказан ряд глубоких мыслей -- о революции, о христианстве, о западной церкви как политическом учреждении. Эти мысли сохраняют свое философское и религиозное значение. Но нельзя упускать из виду, что в статьях Тютчева они намечены кратко и неполно, потому что призваны служить не более как для беглого обоснования вполне конкретных политических выводов, составляющих истинную цель статей.                     

1995 г. Германия, Франция, Италия
Режиссёр: Микеланджело Антониони / Вим Вендерс
В ролях:Джон Малкович, Софи Марсо, Жан Рено, Фанни Ардан, Марчелло Мастроянни, Венсан Перес, Жанна Моро, Кьяра Казелли, Ирен Жакоб, Ким Росси Стюарт, Инес Састр, Питер Уэллер, Энрика Антониони, Карин Анджели, Алессандра Бонаротта, Лоуренс Калабрезе, Эрве Декальон, Шерман Грин, Вероника Лазар, Сьюзи Лоррэйн, Сезаре Лючани, Сара Риччи, Софи Семен, Джулия Урсо, Фрер Жан-Филипп Ревель, Фрер Дэниэл Буржуа

В высоком свободном пространстве — там, куда не долетают людские жалобы, а слышны только молитвы, там, где лазурь и звезды немыслимы друг без друга — там рождаются самые светлые мелодии, там создаются самые мягкие линии, там сочиняются самые нежные стихи. За облаками и над облаками — неистощимая синева небес, иногда мелькнет что-то, но поздно мы осознаем, что это было не птичье крыло. Что был это ангел, который спускался к кому-то из своих подопечных, своих избранников — к тому, кто лучше всех сможет рассказать миру новую сказку. .....

Фильм состоит из четырёх коротких, связанных новелл. В центре каждой истории лежит загадка женщины. Картина приглашает к внутреннему путешествию — как пишет Антониони в своих мемуарах («Тот кегельбан над Тибром»), «к истинному образу абсолютной и таинственной реальности, которого никто никогда не увидит».

- Последний фильм выдающегося кинорежиссера XX века Микеланжело Антониони
— Впервые показан на Международном кинофестивале в Венеции 3 сентября 1995 г., выиграл Приз Международных Кинокритиков.
— Представлен на Лос-Анджелесском Кинофестивале (Лос-Анджелес, США) в ноябре 1995 г. и на Нью-Йоркском Кинофестивале в сентябре 1996 г.
— Пролог, эпилог и связки между новеллами снял известный немецкий режиссёр Вим Вендерс.

РУБРИКИ САЙТА «Лучшее из прошлого»- сайт радости и удовольствия от встречи с лучшим из прошлого:

  Домой   Мода   Журналы   Открытки   Опера   Юмор  Оперетта   Балет   Театр   Цирк  Голубой огонек  Люди, годы, судьбы... Translate a Web Page      Форум  Гостевая книга      "Актерская курилка" Бориса Львовича

ССЫЛКА НА ДОМАШНЮЮ СТРАНИЦУ САЙТА:  

http://amnesia.pavelbers.com/index.htm

БАНЕР САЙТА. Код баннера сайта:

ЭПИГРАФ: - Неужели я уже такая старая, ведь я еще помню порядочных людей...  (Фаина Раневская)

Список страниц – ссылка:        http://amnesia.pavelbers.com/Aktery%20i%20sudba%20spisok%20straniz.htm

Ссылка на страницы 1 и 2 (остальные номера страниц смотреть по общеи ссылке):

http://amnesia.pavelbers.com/Aktery%20i%20sudba.htm

1Звезда и смерть Зои Федоровой; Виктория Федорова

2 Хозяйка ( ВераПетровнаМарецкая)

Для меня это интервью очень показательно, потому что открывает саму суть философии современности и, в частности, философии постмодерна. И как бы Бодрийяр не открещивался от постмодерна он наиболее ярко эту философию выражает.

Жан Бодрийяр - один из крупнейших философов современности, профессор социологии Парижского университета и автор многих книг. По своим взглядам он может быть отнесен к леворадикальному и даже нигилистическому направлению философской мысли, за что и прозван \"меланхолическим Ницше\". Подвергая критическому анализу западное общество потребления и его эстетику, Бодрийяр разрабатывает свою знаменитую концепцию \"симулякра\" (фр. - образ, подобие), трактующую отношения человека и мира вещей, где последний парадоксальным образом получает власть над первым. Посвященные этой теме работы выдвигают французского философа в число ведущих идеологов постмодернизма.

Особый всплеск интереса к работам и личности Бодрийяра спровоцировала атака 11 сентября: тема терроризма, которой философ уделял особое внимание, в одночасье обрела особую актуальность. Кроме того, знатоки его творчества обратили внимание на то, что в одной из своих книг, вышедшей еще в середине семидесятых годов, Бодрийяр задался вопросом: почему комплекс ВТЦ в Нью-Йорке венчают две башни, а не одна, как того требуют устоявшиеся архитектурные каноны? И выступил как провидец, усмотрев в этом некий вызов, ответ на который, как можно считать, был получен 11 сентября. Хотя в приведенном ниже интервью мэтр неоднократно подчеркивает, что он не пророк, и призывает не верить тем, кто берется предсказывать будущее.

Сегодня,  после одиннадцатого сентября, согласитесь ли вы с утверждением, что этими событиями закончилась эпоха постмодерна? И если да, то кто был, по вашему выражению, \"провокатором конца\"?

Жан Бодрийяр: Для начала неплохо бы разобраться с термином \"постмодернизм\", который применяется слишком произвольно. До такой степени произвольно, что я бы назвал это понятие неопознанным теоретическим объектом. Да, современная эпоха - эпоха модерна - переживает драматический период, но можно ли говорить о ее конце? Скорее речь идет об иллюзии конца, о некоей мечте о конце всего - общества, политики, истории. И мы тешим себя этой иллюзией. Модернизм - явление необратимое, а потому четкой линии водораздела между ним и постмодерном, я думаю, нет. Я бы скорее сказал, что модернизм развивается нелинейным образом, что он отражает сам себя, как в зеркале, его развитие как бы ускоряется, принимая иной характер - иногда характер катастрофы. В сущности, эпоха модерна это эпоха кризисов: начиная с девятнадцатого века кризис неизменно сопровождал прогресс и все, что ему сопутствует. В фазе ускорения кризис принимает характер катастрофы, и тут возможны мутации. Может быть, роковая дата одиннадцатое сентября стала некоей критической точкой в развитии виртуальной катастрофичности эпохи модерна. Это одновременно судороги модернизма и приостановка его движения. В любом случае, мы уже не сможем верить в эту эпоху - наше доверие подорвано. Идеальная картинка потускнела: постмодернизм как идеальная фаза модернизма, наверное, окончился. В то же время много говорилось о том, что постмодернизм это конец истории, но после одиннадцатого сентября она продолжается. Мы жили в виртуальном мире - теперь возвращаемся в реальный. Вот с этим я не согласен.

Демократия обладает большим запасом возможностей автокоррекции, самоналадки. Но сегодня, похоже, эти возможности истощились. Взять хотя бы систему народного представительства - это уже не демократия, это издевательство. Права человека, свобода, демократия - все это превратилось в пародию.