Судьба женщин при дворе всегда привлекала внимание общества, поскольку они являлись олицетворением повседневной, непарадной стороны жизни императорских резиденций. Многие из них были свидетельницами важнейших исторических событий, оставив после себя мемуары, письма и записки. Первые публикации воспоминаний фрейлин появились в последней трети XIX в. в журналах «Русский архив» и «Исторический вестник». Именно женский взгляд на события, происходившие в жизни императорского двора, зафиксировал то, что мужчины-мемуаристы сочли малозначащим и не стоящим внимания. Одним из безусловных достоинств «женской» мемуаристики является пристальное внимание к деталям повседневной жизни. Особенно важным являлось то, что бывшие фрейлины трепетно сохраняли памятные для них вещи, как правило, связанные с императорской семьей.

Екатерина Ивановна Молчанова (в замужестве Олсуфьева; 9 ноября 1758 — 3 сентября 1809) — фрейлина Екатерины II, одна из пяти лучших выпускниц Смольного института, удостоенных Золотой медали первой величины.

Женщины всегда играли заметную роль на «сцене» российского императорского двора. При этом наряду с любителями блистали и профессионалы, то есть те, кто занимал при дворе штатные должности. Следует отметить, что в России для женщин-аристократок работа на должности в императорской резиденции всегда считалась завидной карьерой: и довольно приличное жалованье, и возможность получить приданое от императора, и завидные женихи. Все это заставляло родителей всеми правдами и неправдами искать возможности пристроить свою дочь к императорскому двору, и за эти придворные должности держались поколениями буквально мертвой хваткой.

Женские чины и должности при императорском дворе

Как известно, придворные женские чины были введены Петром I в «Табели о рангах» 24 января 1722 г. С этого времени при императорском дворе постепенно стала складываться иерархия женских придворных званий, таких как обер-гофмейстерина, гоффрейлина, статс-дама и фрейлина. Все они указаны не в основной части «Табели о рангах», а в одном из объяснительных к ней пунктов. Старшим в иерархии было звание обер-гофмейстерины – «имеет ранг над всеми дамами». Затем следовали действительные статс-дамы, их ранг шел «за женами действительных тайных советников» (II класс).

Действительные камер-девицы были равны рангу жен президентов коллегий (IV класс). И наконец, гофдамы, которые приравнивались в ранге к женам бригадиров (V класс), гофдевицы, приравнивавшиеся в ранге к женам полковников (VI класс), и камер-девицы. Однако на практике уже во второй четверти XVIII в. получила применение несколько дополненная и измененная номенклатура дамских придворных званий: обер-гофмейстери-на, гофмейстерина, статс-дама, камер-фрейлина и фрейлина. Окончательно иерархия придворных женских чинов приняла устойчивый характер при Павле I.

Щербатова Анастасия Валентиновна (княгиня, 1808)Фрейлина Екатерины 2.Дочь графа В. П. Мусина-Пушкина;

Конкуренция на замещение вакантных должностей с жалованьем была очень жесткой, поэтому на предполагаемые вакантные места существовала негласная очередь. Всего при императорском дворе было пять уровней штатных женских должностей.Во-первых – должность обер-гофмейстерины, являвшаяся вершиной женской аристократической карьеры при дворе. Обычно это звание получали придворные дамы, занимавшие одноименные должности, заведовавшие придворным женским штатом и канцелярией императриц или великих княгинь.

Во-вторых – должность гофмейстерины, введенная в придворную иерархию чинов с 1748 г. Как правило, в гофмейстерины выходили после нескольких лет работы в звании статс-дамы. Это звание считалось весьма почетным, к тому же оно подразумевало ежедневное решение множества текущих проблем на женской половине императорских резиденций. Так, одной из обязанностей было представление императрице дам, явившихся на аудиенцию.

Графиня Вера Николаевна Завадовская, урождённая Апраксина (2 ноября 1768 — 22 ноября 1845) — фрейлина, кавалерственная дама ордена Св. Екатерины меньшего креста, одна из первых красавиц своего времени; жена фаворита Екатерины II 

Как правило, для приобретения этого звания имела значение не только принадлежность к сливкам российской аристократии, но и многолетняя близость к монархам, работа при императорском дворе. Например, гофмейстерина графиня Юлия Федоровна Баранова была не только подругой детских игр Николая I, но и многолетней воспитательницей его детей и внуков. А мать декабриста Волконского после подавления восстания 14 декабря 1825 г. не только сохранила за собой должность гофмейстерины, но и продолжила безукоризненно исполнять свои придворные обязанности 

Практика назначений на должности обер-гофмейстерины и гофмейстерины прекратилась в период царствования Александра III. Надо заметить, что император крайне скупо давал любые придворные должности. Поэтому с 1880-х гг. званий обер-гофмейстерины и гофмейстерины никто не получал, соответствующие должности исполняли лица из числа статс-дам, а при дворах великих княгинь служили дамы, вообще не имевшие придворных званий.

Княгиня Екатерина Фёдоровна Долгорукова (урождённая Барятинская; 29 октября 1769 — 30 октября 1849) — статс-дама, кавалерственная дама; жена генерал-поручика Василия Васильевича Долгорукова; петербургская знакомая Пушкина.

В-третьих – должность статс-дамы, которые составляли вторую по численности группу придворных дам. Как правило, это звание получали супруги крупных гражданских, военных и придворных чинов. Большинство из них принадлежали к родовитым фамилиям, а многие являлись кавалерственными дамами, то есть имели дамский орден Святой Екатерины. При назначении на должность статс-дамы, как правило, жаловался для ношения на груди украшенный бриллиантами портрет императрицы с короной.

Еще одним зримым свидетельством высокого статуса статс-дам было то, что при крещении императорских детей именно они несли царственных младенцев на специальных подушечках. При Екатерине I состояли четыре статс-дамы, при Елизавете – 18, при императрице Александре Федоровне (жене Николая I) – 38, при императрице Александре Федоровне (жене Николая II в 1898 г.) – 17. Всего за имперский период, то есть за 200 лет, звание статс-дамы было пожаловано более чем 170 женщинам. При этом в списке часто встречаются одни и те же фамилии: 18 статс-дам были представительницами рода князей Голицыных, 11 – Нарышкиных, 8 – Долгоруковых, 6 – Трубецких и т. д. В отдельных случаях это высокое придворное звание жаловалось матерям крупных сановников, лиц, занимавших исключительное положение при дворе.

Белосельская (Салтыкова), Авдотья Михайловна-фрейлина Екатерины

Следует подчеркнуть, что далеко не все «портретные» статс-дамы получали жалованье по званию. Большинство из них числились в отпуске и появлялись при дворе только в торжественных случаях. Также следует иметь в виду, что звания обер-гофмейстерины, гофмейстерины и статс-дамы могли получить только замужние или вдовствующие дамы 

В-четвертых – должность камер-фрейлины, старшего звания для девиц, которое появилось в придворной иерархии с 1730 г. Первые четыре перечисленные должности в течение ХVIII в. имели всего 82 лица, в 1881 г. – 14, а в 1914 г. – 18. Примечательно, что в придворном штате 1796 г. камер-фрейлины не предусматривались. В законоположениях по придворному ведомству они вновь упоминаются лишь в 1834 г. Как правило, камер-фрейлинами становились засидевшиеся во фрейлинах девицы, так и не вышедшие замуж, но при этом, как правило, самые доверенные и опытные, занимавшиеся обслуживанием разнообразных личных потребностей императриц. Их число не было постоянным, но обычно не превышало четырех человек.

Белосельская (Строганова), Наталья Михайловна-фрейлина Екатерны

Еще одним вариантом получения штатной должности камер-фрейлины была практика «сопровождения невест». Немецкая невеста, приезжавшая в Россию, привозила с собой очень ограниченный женский штат особо доверенных лиц, которые жили буквально до смерти «при своих девочках»-императрицах. Дочь Николая I упоминала, что «особенно убита была Мама смертью своей камер-фрау Клюгель; последняя была дана ей вместе с приданым из Берлина; в нашем доме вообще было традицией почитать старых слуг, но к ней Мама? относилась особенно сердечно» 

Поскольку из фрейлин отчисляли только по замужеству или по прошению, некоторые из незамужних фрейлин достигали весьма преклонного по дворцовым меркам возраста. Так, фрейлина императрицы Марии Александровны графиня Антонина Дмитриевна Блудова была пожалована в камер-фрейлины в 50 лет, Екатерина Петровна Валуева – в 52 года, Александра Гавриловна Дивова – в 54 года, княжна Варвара Михайловна Волконская – в 60 лет, Анна Алексеевна Окулова – в 62 года, а Екатерина Петровна Ермолова – в 70 лет. Возраст и заслуги некоторых из камер-фрейлин вполне позволяли приравнять их к статс-дамам.

Баронесса фон Бем, Софья Андреевна-фрейлина Екатерны

В-пятых – должность фрейлины, младшего придворного звания для девиц. Этот придворный чин начал использоваться с 1744 г., со времен Елизаветы Петровны. Фрейлины составляли самый многочисленный разряд женской дворцовой прислуги. Так, в 1881 г. из 203 дам, имевших придворные звания, 189 были фрейлинами. В начале царствования Николая II у императрицы Александры Федоровны списочный состав фрейлин насчитывал 190 человек355, а к 1914 г. их число выросло до 261. Примерно треть из них принадлежала к титулованным фамилиям: Голицыны, Гагарины, Щербатовы, Трубецкие, Оболенские, Долгоруковы, Волконские, Барятинские, Хилковы и другие, а около половины были дочерьми лиц, имевших придворные чины и звания.

Звание фрейлины было самым распространенным в придворном мире, поскольку «пристраивало» и давало «старт» в жизни множеству признанных красавиц. Как правило, фрейлинами становились совсем молоденькие девушки. В XVIII в. нередки упоминания о 11—12-летних девушках, взятых ко двору «за заслуги» их отцов. В XIX в. был установлен негласный возрастной ценз, ориентированный на 15–18 лет, то есть тот возраст, когда девушки выходили «в жизнь» из закрытых учебных заведений. Однако даже в середине XIX в. известны случаи пожалования звания фрейлины малолетним девочкам.

Аграфена Александровна Рибопьер, ур.Бибикова (1755-1812)-фрейлина Екатерины

Если фрейлины не выходили замуж, то они постепенно превращались в старых дев, среди которых были весьма незаурядные личности – например, известные мемуаристки Анна Тютчева и Антонина Блудова.

Выбор фрейлин

Конечно, выбор фрейлин всецело зависел от императриц. Однако при этом была масса нюансов, которые принимались во внимание при назначении на эту должность, хотя в целом выбор определялся существовавшими традициями. Как правило, главными аргументами являлись заслуги и связи родителей девушки, но и девушки должны были обладать определенными качествами: принимались во внимание внешность, способности к музыке и языкам, а также особенности характера.

От претенденток требовалось безукоризненное знание придворного этикета, как правило, нарабатывавшееся в институтах благородных девиц. Главным поставщиком фрейлин был, безусловно, столичный Смольный институт, учрежденный в 1764 г. повелением Екатерины II. Там учили танцам, поведению при дворе и множеству нюансов, которые могли передаваться только «из рук в руки». Директрисы Смольного традиционно пользовались влиянием в столичном свете. Так, его многолетней руководительницей являлась баронесса Шарлотта Карловна фон Ливен, которая была воспитательницей детей Павла I.

Браницкая, Екатерина Ксаверьевна-фрейлина Екатерины

Кроме того, девушки и их семьи должны были обладать безупречной репутацией. Надо подчеркнуть, что само присвоение фрейлинского звания являлось высокой монаршей милостью, которая оказывалась отличившимся на службе родителям или в силу их знатности.

Следует иметь в виду, что звание фрейлины не влекло за собой обязательного получения штатной должности при дворе. Звание фрейлины давалось относительно легко, поскольку особых лимитов на его получение не было. Оно носило почетный характер, обязывая фрейлину только в обязательном порядке присутствовать на придворных церемониях, но при этом не предполагало никакого жалованья. Те же девушки, которые вместе со званием фрейлины получали и должность, переезжали на жительство в Зимний дворец. Последний вариант, сочетавший звание и должность фрейлины, получить было крайне сложно, поскольку существовало штатное расписание и весьма ограниченное число должностей.

Тем не менее жизнь всегда оставляла место случаю, когда фрейлиной на должности становилась девушка, которая при обычном раскладе не могла на это рассчитывать. Например, Прасковью Арсеньевну Бартеневу случайно «увидала императрица Александра Федоровна, и не только увидала, но услышала ее голос, а голос ее был необыкновенный, и пела она как истинная артистка. Судьба ее была решена: с согласия императора Николая она назначена была фрейлиною к императрице и переехала в Зимний дворец. С этого дня она сделалась добрым гением семьи»

Елизавета Петровна Дивова (урождённая графиня Бутурлина, 1762—1813, Москва) — фрейлина Екатерины II, племянница её подруги Воронцовой-Дашковой, жена тайного советника Адриана Дивова.

П. А. Бартенева родилась в бедной дворянской семье, но при этом она получила разностороннее музыкальное образование. С 1824 г. она начала выступать на светских балах, радуя гостей великолепным сопрано. Бартенева обладала редким по красоте и силе голосом металлического тембра и обширного диапазона. Ее репертуар включал романсы русских композиторов, русские народные песни, а также арии из итальянских опер. Современники называли Бартеневу «русская Зонтаг». В результате в 1835 г. она была произведена в камер-фрейлины и придворные певицы.

Конечно, были и протекции старых фрейлин, особенно если они пользовались влиянием на императрицу. Например, та же П. А. Бартенева со временем пристроила ко двору всех своих сестер: Веру, Надежду, Марию и Наталию. А фрейлина Анна Федоровна Тютчева – двух своих сестер Екатерину и Дарью.

Иногда имелось несколько причин, благодаря которым девушка могла получить штатное место фрейлины. Например, знаменитая мемуаристка фрейлина А. Ф. Тютчева заняла штатную должность в 1853 г., во-первых, благодаря ходатайству отца – знаменитого поэта Федора Тютчева, к поэзии которого цесаревна Мария Александровна была неравнодушна; во-вторых, ходатайство поэта поддержала дочь царя – великая княгиня Мария Николаевна; и в-третьих, цесаревна желала видеть рядом с собой не красавицу, а воспитанную дурнушку, поскольку сама она тяжело переживала любовные приключения своих фрейлин. И только в последнюю очередь было принято во внимание то, что А. Ф. Тютчева получила прекрасное воспитание в одном из германских пансионов и блестяще знала языки 

Графиня Анна Родионовна Чернышёва, урождённая Ведель (1744 — 9 июля 1830, Смоленск) — статс-дама, племянница П. Б. Пассека, старшая сестра Марии Паниной, жена графа Захара Чернышёва, наследница имения Вейделевка.

Для многих девушек и женщин-аристократок занятие штатной должности в окружении императрицы или ее детей было самым оптимальным выходом в решении жизненных проблем. При этом известны случаи, когда штатные фрейлины, состарившиеся на этой должности, переходили на престижную штатную должность воспитательницы царских детей. Например, в мае 1866 г. воспитательницей дочери Александра II великой княжны Марии Александровны стала графиня Александра Андреевна Толстая. Ее рекомендовала императрице «уходящая» воспитательница великой княжны А. Ф. Тютчева.

Графиня А. А. Толстая была давней фрейлиной великой княгини Марии Николаевны, то есть состояла при дворе, который фактически уже не существовал. Поэтому для графини назначение на должность воспитательницы стало выходом из сложной жизненной ситуации358. А фрейлина императрицы Марии Александровны Александра Сергеевна Долгорукова была взята императрицей во дворец, чтобы «избавить ее от домашнего гнета». Конечно, об этом «гнете» императрице доложили доброхоты

Молодые девушки буквально жаждали занять штатную должность фрейлины, однако некоторые из них, столкнувшись с повседневными реалиями придворной жизни, испытывали разочарование. Блестящая со стороны жизнь императорских резиденций казалась чередой бесконечных придворных праздников, но вскоре выяснялось, что за этим скрывалась пустота будней, а блеск оборачивался мишурой.

Княгиня Анна Михайловна Прозоровская (урождённая княжна Волконская; 9 июля 1749 — 27 августа 1824[1]) — фрейлина двора, супруга генерал-фельдмаршала Александра Прозоровского, статс-дама и кавалерственная дама. В 1809 году получила орден Святой Екатерины 1-й степени.

Фрейлина А. Ф. Тютчева записала в дневнике: «Одиночество во дворце, среди толпы и среди придворных интересов, одиночество несчастной фрейлины, которая проводит двенадцать часов в стенах своей комнаты или же одиноко шагает по правильным и усыпанным песком аллеям, для того чтобы на час появиться за императорским чайным столом с любезной улыбкой, остроумной шуткой, не проявляя ничем ту смертную скуку, которая тяготеет над ней целый день, – такого рода одиночество имеет на нравственное состояние очень вредное влияние»360.

Видимо, разочарование фрейлины было настолько сильным, что спустя несколько дней А. Ф. Тютчева вновь возвратилась к этой теме: «Мое сердце еще очень плохо дрессировано в смысле официальной чувствительности и не умеет еще отвечать созвучием всем августейшим радостям и горестям. Ремесло придворных вовсе не так легко, как это думают, и чтобы его хорошо выполнять, нужен талант, которым не все обладают.

Графиня Варвара Николаевна Головина, урождённая княжна Голицына (1766 — 11 сентября 1821[1]) — фрейлина двора (1783), мемуаристка и художница, любимая племянница И. И. Шувалова, приближённая императрицы Елизаветы Алексеевны; кавалерственная дама ордена Святой Екатерины (1816).

Нужно найти исходную точку опоры, чтобы с охотой добровольно и с достоинством играть роль друга и холопа, чтобы легко и весело переходить из гостиной в лакейскую, всегда быть готовым выслушивать самые интимные поверенности владыки и носить за ним его пальто и галоши… Государи вообще любят быть объектами любви, любят поклонение, с чрезмерной наивностью верят в тот культ, который они внушают. Поэтому их доверие легче приобрести лестью, притворной привязанностью, чем привязанностью подлинной, которая исходит из искреннего чувства»361. Надо заметить, что фрейлина А. Ф. Тютчева со временем нашла силы, для того чтобы не только адаптироваться при императорском дворе, но и начать «играть роль» в окружении императрицы Марии Александровны.

Для приехавших из Германии цесаревен и великих княжон фрейлин подбирали, не спрашивая их мнения, поскольку его поначалу и быть не могло. Только пожив в России и постигнув все придворные «расклады», заматеревшие цесаревны и великие княгини начинали самостоятельно подбирать себе фрейлин.

Графиня Прасковья Александровна Зубова, ур. Вяземская (1772-1835,фрейлина Екатерины

Гессенская принцесса Аликс приехала в Россию 10 октября 1894 г., а уже 14 ноября 1894 г. она стала императрицей. Фрейлин ей, конечно, подбирала вдовствующая императрица Мария Федоровна. Всего к ней были определены две фрейлины – княгиня М. М. Голицына и графиня М. Н. Ламсдорф, старшей из которых являлась Голицына, типичная представительница прежнего поколения, принадлежавшая к знатнейшим фамилиям России

Александра Федоровна в первых письмах из России к своей старшей сестре Виктории Баттенбергской упоминала: «Две мои новые фрейлины кажутся весьма симпатичными. Молодая – это сестра графа Ламсдорфа»363. Примечательно, что фрейлины не докучали своим обществом молодоженам, о чем отмечено в письме от 4 февраля 1895 г.: «В настоящее время у меня две фрейлины: княгиня Голицына, сестра госпожи Озеровой из Франкфурта. Я их вижу достаточно редко, живут они в Зимнем дворце»

Екатерина Владимировна Апраксина, урождённая княжна Голицына (30 мая 1770—14 марта 1854) — фрейлина, статс-дама, кавалерственная дама; сестра московского градоначальника Д. В. Голицына, жена известного московского хлебосола С. С. Апраксина.

Фрейлины быстро менялись, выходя замуж, однако с некоторыми из ровесниц у императрицы сложились если не дружеские, то довольно теплые отношения. Так, ее подругой стала княгиня Мария Барятинская, занимавшая пост штатной фрейлины с ноября 1896 по 1898 г. Другой ее подругой была фрейлина графиня Юлия Ранцау (по прозвищу Юю), которая умерла в 1901 г

Репутация

Весьма своеобразными были понятия фрейлин о репутации. Так, большинство из них не считали себя оскорбленными, если с кем-нибудь из них завязывал флирт император или кто-либо из великих князей. Конечно, это немедленно становилось предметом самых горячих сплетен, но все легко смотрели на такие «приключения», достаточно традиционные в придворной среде. Сам Николай I отзывался об этих «приключениях» как о «васильковых чудачествах», а таких фрейлин называли «дамами для особых услуг».

Княгиня Варвара Юрьевна Горчакова, ур. Долгорукова (1778—1828)-фрейлина Екатерины

Среди фрейлинского штата было немало девушек, ставших мимолетными либо, напротив, многолетними увлечениями императоров и великих князей. Так, фрейлина Екатерина Ивановна Нелидова являлась многолетней фавориткой Павла I, а ее племянница Варвара Аркадьевна Нелидова – фавориткой императора Николая I. Фрейлина императрицы Александры Федоровны, жены Николая I, графиня Е. Ф. Тизенгаузен родила внебрачного сына – графа Феликса Николаевича Эльстона от прусского короля Фридриха-Вильгельма IV. Фрейлина Калиновская стала первой юношеской любовью Александра II.

Брат цесаревны Марии Александровны принц Александр Гессенский был вынужден жениться на фрейлине цесаревны Юлии Гауке. Распоряжением Николая I принц был немедленно уволен с русской службы и покинул Россию. Фрейлину Юлию Боде удалили от двора за ее любовные интриги с итальянским певцом Марио и за другие истории. И большая часть подобных историй происходила в период правления Николая I, когда дисциплина во фрейлинском коридоре была достаточно жесткой. Фрейлина

Екатерина Михайловна Долгорукова стала морганатической женой императора Александра II. Александр III, будучи цесаревичем, пережил сильное любовное увлечение фрейлиной Мещерской и даже заявил отцу, что отказывается от трона ради брака с ней.

Екатерина (Иулияния) Николаевна Зиновьева, в замужестве светлейшая княгиня Орлова (19 (30) декабря 1758—16 (27) июня 1781) — статс-дама, двоюродная сестра и жена бывшего фаворита Екатерины II светлейшего князя Григория Орлова.

Другими словами, подобных историй во фрейлинском коридоре Зимнего дворца было немало. Однако всеё, в конечном счете, зависит от человека. Так, одна из фрейлин императрицы Александры Федоровны позволяла себе демонстрировать безумную страсть к императору Николаю I, при его появлении падая в обморок. Но у Александры Федоровны была и другая фрейлина Варвара Аркадьевна Нелидова, которая действительно являлась многолетней любовницей Николая I, при этом, по свидетельству А. Ф. Тютчевой, для нее была характерна скромная и почти суровая манера держать себя.

«Она тщательно скрывала милость, которую обыкновенно выставляют напоказ женщины, пользующиеся положением, подобным ей… Она была увлечена чувством искренним, хотя и греховным, и никто даже из тех, кто осуждал ее, не мог отказать ей в уважении, когда на другой день после смерти императора Николая она отослала в инвалидный капитал те 200 000 руб., которые он ей оставил по завещанию, и окончательно удалилась от света» 

Графиня Елизавета Петро́вна Чернышёва (урождённая Квашнина-Сама́рина; 9 апреля 1773 — 28 февраля 1828) — фрейлина двора, внучка фельдмаршала П. С. Салтыкова, жена графа Г. И. Чернышёва, кавалерственная дама ордена Святой Екатерины (меньшего креста) (13.01.1818).

Протекционизм в назначении фрейлин приводил к тому, что многие из них не отличались особым благонравием. Так, Анна Тютчева в дневнике оставила запись (30 июля 1853 г.): «Можно было думать, что находимся не среди русского двора, а скорей, в мастерской гризеток; я была поражена дурным воспитанием этих дам» 

Стены фрейлинского коридора Зимнего дворца стали свидетелями множества человеческих драм. Учитывая эти «риски» фрейлинской службы, императрицы подчас предпочитали видеть в своем непосредственном окружении девушек, не блиставших ни красотой, ни свежестью, ни очарованием молодости. Анна Тютчева объясняла, почему ее предпочли множеству других претенденток: «Другие фрейлины императрицы, вышедшие из Санкт-Петербургских учебных заведений, давали повод для сплетен скандального характера… меня выбрали как девушку благоразумную, серьезную и не особенно красивую»

Фрейлинский коридор

Со временем в каждой из императорских резиденций сформировались места «компактного проживания» фрейлин. Самым известным из них стал знаменитый фрейлинский коридор Зимнего дворца, в который выходили двери маленьких комнаток фрейлин. К 1917 г. там насчитывалось 64 жилые и служебные комнаты.

При Екатерине II дисциплина во фрейлинском коридоре была довольно жесткой. Молодые девушки не имели права выезжать ни в свет, ни в театр без разрешения императрицы. Непослушание девушек строго наказывалось, но физических наказаний уже не было.

 Графиня Левшина (Черкасская), Александра Петровна-фрейлина Екатерины

Во фрейлинском коридоре бывали многие известные люди. Например, А. С. Пушкин до женитьбы часто посещал Зимний дворец как частное лицо – не парадные залы, а скромные фрейлинские комнаты своей приятельницы А. О. Россет. Александра Осиповна Россет окончила Смольный институт в 1826 г., а осенью того же года ее назначили фрейлиной к императрице Александре Федоровне

Фрейлинский коридор располагался на третьем этаже южной половины Зимнего дворца. Часть комнат окнами выходила во внутренние дворы дворца, а другая половина – на Дворцовую площадь. Свою «половину» фрейлины часто называли «чердаком». Мемуаристки отмечали то количество ступенек, которое им по нескольку раз за день приходилось пересчитывать, поднимаясь и спускаясь по лестницам.

Одна из фрейлин вспоминала: «14 октября меня и Эйлер сделали фрейлинами, и мы наконец переехали в Зимний дворец: 96 ступенек приходилось высчитывать два и три раза… Окна были во двор» . Фрейлина А. Ф. Тютчева писала, что она получила комнату, обращенную на Александровскую площадь и к которой вела лестница в 80 ступенек. Там же жила Екатерина Ивановна Загряжская, которая была фрейлиной более двух десятков лет (с 1808 г. по конец 1830-х). Она являлась теткой жены А. С. Пушкина. Окна ее комнаты выходили во двор, к востоку от Александровской колонны 

Графиня Анна Алексеевна Орлова-Чесменская (2 [13] мая 1785, Москва — 5 [17] октября 1848, Юрьев монастырь) — камер-фрейлина, единственная дочь Алексея Орлова, сподвижника императрицы Екатерины II, и наследница его многомиллионного состояния. После смерти отца отказалась вступать в брак, начала испытывать тягу к духовной жизни, но не оставила императорский двор. Анна была духовной дочерью архимандрита Фотия (Спасского), что породило ряд слухов об их взаимоотношениях. Полученное наследство Анна Орлова потратила на благотворительность и особо на новгородский Юрьев монастырь, которым управлял её духовный отец Фотий.

Что касается убранства комнат, то, судя по воспоминаниям, оно было довольно скромным. Комнаты разделялись деревянной перегородкой, за которой размещались слуги. Одна из фрейлин в 1830-е гг. упоминала, что в ее комнате с окнами во двор за перегородкой спали ее девушки. В 1850-х гг. картина оставалась прежней: «Мы занимали на этой большой высоте очень скромное помещение: большая комната, разделенная на две части деревянной перегородкой, окрашенной в серый цвет, служила нам спальней и гостиной, в другой комнате поменьше, рядом с первой, помещались с одной стороны наши горничные, а с другой наш мужик, неизменный Меркурий всех фрейлин и довольно комическая принадлежность этих девических хозяйств, похожих на хозяйства старых холостяков» 

Графиня Потоцкая, Виктория Станиславовна-фрейлина Екатерины

Как правило, комнаты обставлялись старой мебелью, набранной из различных гарнитуров: «Я нашла в своей комнате диван стиля ампир, покрытый старым желтым штофом, и несколько мягких кресел, обитых ярко-зеленым ситцем, что составляло далеко не гармоничное целое. На окне ни намека на занавески. Я останавливаюсь на этих деталях, мало интересных самих по себе, потому что они свидетельствуют, при сравнении с тем, что мы теперь видим при дворе, об огромном возрастании роскоши за промежуток времени в четверть века. Дворцовая прислуга теперь живет более просторно и лучше обставлена, чем в наше время жили статс-дамы, а между тем наш образ жизни казался роскошным тем, кто помнил нравы эпохи Александра I и Марии Федоровны» 

Тем не менее фрейлины, каждый день видевшие царственных персон, считались весьма влиятельными, поэтому перед ними заискивали. Хотя далеко не все фрейлины имели влияние, но посторонним людям было тяжело разобраться в хитросплетениях дворцовой «политики». Одна из фрейлин николаевского времени упоминала: «В наш фрейлинский коридор ходили всякие люди просить помощи и подавать прошения, вероятно, полагая, что мы богаты и могущественны. Но ни того, ни другого в сущности не было» 

Протасова Александра Петровна (1774-1842), племянница статс-дамы А.С.Протасовой, в замужестве княгиня Голицына-фрейлина Екатерины

Некоторые из фрейлин, не вышедшие замуж, так и доживали свой век во фрейлинском коридоре, а российские монархи им покровительствовали – это вписывалось в старую русскую традицию помещичьих приживалок. Анна Тютчева, описывая императорский двор конца 1850-х гг., упоминала: «В то время фрейлинский коридор был очень населен. При императрице Александре Федоровне состояли 12 фрейлин, что значительно превышало штатное число их… Фрейлинский коридор походил на благотворительное учреждение для нуждающихся бедных и благородных девиц, родители которых переложили свое попечение о дочерях на императорский двор» 

Многих старушек-фрейлин монархи помнили с детства, от них они подчас узнавали многие детали неофициальной истории императорских резиденций, нередко скандальные и весьма далекие от официальных версий тех или иных событий. Эти старые фрейлины, «осколки» прежних царствований, были живой историей Зимнего дворца. Когда они умирали, правящие монархи считали своим долгом присутствовать на их похоронах, что также являлось одной из дворцовых традиций. Когда в 1872 г. скончалась камер-фрейлина Прасковья Арсеньевна Бартенева, то отпевали ее в придворной Конюшенной церкви и на похоронах «была царская фамилия, государь, великий князь Константин» 

Екатерина Васильевна Торсукова (урождённая Перекусихина; ноябрь 1772 — 15 февраля 1842) — фрейлина русского императорского двора, жена генерал-майора Ардалиона Александровича Торсукова. Племянница и наследница Марьи Саввишны Перекусихиной, доверенной камер-юнгферы Екатерины II.

Николай II записал в дневнике 17 сентября 1895 г.: «В 11 час. поехали во дворец к обедне, после чего немного обласкали старых фрейлин». К числу этих «старых фрейлин» относилась и А. А. Толстая (1817–1904), фактически прожившая всю жизнь во фрейлинском коридоре Зимнего дворца. Когда она скончалась, император Николай II счел необходимым отметить этот факт в своем дневнике.

Иногда дворцовых старушек тактично лишали штатных должностей, хотя при этом никто не покушался на их право спокойно доживать свой век в родном для них фрейлинском коридоре. Это делалось для того, чтобы штат императорских фрейлин постепенно обновлялся. Граф С. Д. Шереметев упоминал, что в 1860-е гг. в Зимнем дворце «доживала свой тревожный век в почетном покое и без значения» камер-фрейлина графиня Тизенгаузен, внучка Кутузова-Смоленского, «когда-то приближенная императрицы Александры Федоровны»

Продолжение  следует...