Вчера в 13 с небольшим часов по московскому времени в госпитале Бурденко, что находится рядом с Бауманским институтом, прошло прощание с моим прадедом. Было всего лишь 12 человек, но зато самые близкие. Не было дяди, но он в рабочей поездке в Китае и присутствовать на церемонии никак не мог.

Каждый подойдя к гробу простился с дедом. В этот день я впервые видел его без знаменитых усов, которые не сбривал ни разу за мою память. Он был менее узнаваем, поскольку черты лица заострились, разгладились морщины. Лежал он в военной форме с майорскими погонами. Он был ветераном войны.

Я старался, но слез удержать не смог. После того, как каждый попрощался, крышку гроба прибили к основанию, мы все пошли на улицу, а деда повезли на Николо-Архангельское кладбище на кремацию. Мы же поехали в заказанное кафе.

Каждый что то вспомнил, сказал свое слово. Фотография деда стояла во главе стола с черной ленточкой и налитой рядом стопкой.

Я называл его Пике. Я не знаю с чего это пошло, но с самого детства я называл его деда Пике. С тех пор, никто его иначе и не называл почти.

Он всю жизнь за всеми ухаживал, всем помогал. Теперь же для него настало время отдохнуть.