Если бы это был Плоский мир, то скорей всего несчастному пришлось бы общаться с товарищем Смертью, либо его подручными, но так как мир был выпуклым, то ему ничего не оставалось делать, как лежать под слоем кирпично-голубиной смеси и гнить. На двадцатой секунде начал гнить мозг, потом кожа лица, затем внутренности, кровь стеклась к нижней точке (сейчас её обязанности выполнял живот) и запеклась в нем, тело одеревенело. Последними погибли бактерии в желудке и кишках.
Так бы он и лежа, никому не мешая. если бы сначала ему в бок не уткнулась лопата, затем другая.
- О, черт, смотри тут кого-то пришибло!
- Круто, насмерть?
- Каджись да, - обладатель голоса выдернул лопату - кровь не течет...
- Так, посмотрим, что новый день нам принес.
Откопав тело и проверив содержимое карманов двое чернорабочих крайне растроились, не найдя ничего представляющего ценность, кроме самого труппа.
- Ну и что будем с ним делать: целиком продадим или по кусочкам?
- Блин, по кусочкам слишком геморно, давай сразу целиком, ну этим, ты знаешь...
- Ага, - расплылся в ухмылке другой.
Теоретически у погибшего могли быть родные и прочая канитель, также, теоретически, у этих двое могли быть зачатки совести, но практически перед малооплачиваемыми эмигрантами лежало около пятиста денежных единиц, сопостовимых цене очень даже сносной коровы, которая в свою очередь была сопостовима с двухстами кружками очень даже сносного пива в очень даже сносном месте.
Судьба жмурика была решена.