большая_белая_мышь, ну, на счёт нереальной доброты... приятно, но не мне судить, со стороны виднее. И конечно, человек в разных многогранных ситуациях познаётся. Вот как в данном случае.
Да, у меня есть принцип максимальности добра, счастья. И в данном конкретном случае могу пояснить, как он проявляется. Моё доброе отношение не слепо, не стоит его путать с сиюминутной сентиментальностью и умилением. Считаю, что в поступках и отношении нужно быть дальновидным и смотреть обобщённо, максимально широко видя историю и перспективы.
Возможно, в этом ты видишь цинизм и меркантильность. В том, что я смотрю на причины и возможные следствия, а не только на текущий момент и эмоции с ним связанные.
Конечно, жалко женщину, жалко детишек. Но вот к тебе вопрос: воевал ли твой дедушка с фашистами?
Предположим, что воевал. И вот. представь, как он неожиданно поймал крадущегося фашиста, несущего гранаты, намеревавшегося взорвать блиндаж с боевыми коллегами дедушки.
Фашист пойман, обезоружен, у дедушки автомат снят с предохранителя. Фашист стоит на коленях, слёзно просит простить его, отпустить, говорит, что у него на родине дети, жена любимая письма шлёт, ждёт его, он не виноват, всё Гитлер проклятый. Что делать дедушке?
А если бы дедушка уснул на посту и прошляпил фашиста, пожалел бы тот деток русских солдат, которых он хотел взорвать?
Всё легко в простых ситуациях. как в сказке. Кащея - на цепь и в темницу, дракону - голову с плеча, Ивану - полцарства. А в жизни всё сложнее. Добро неоднозначно. Одно и то же действие для кого-то одного – добро, для другого – зло, для третьего - никак, пофигу.
И будь всё просто, не нужны были бы юристы, судьи, законы. Нужны были бы только палачи для виновных. Невиновных бы не трогали. Но всё – сложно. Столько юридических институтов трудятся, чтоб найти компромисс между интересами людей, определить. Где добро для одного становится злом для другого и недопустимо, найти границу между допустимым и недопустимым.
И поэтому, если брать по большому счёту, вся эта затея со сбором подписей – изначально глупая. Как правильно заметила Маша, ни я, ни она, ни ты не знаем всех подробностей этого дела, не читали бумаги, не смотрели документы, не держали свечку, когда она что-то подписывала, не опрашивали свидетелей, не учились в юридическом вузе, в конце концов, чтоб иметь право судить о правомерности наказания.
Откуда нам знать, кто прав?
Мои слова основаны лишь на том. Что я прочитал об этом деле. Но это – лишь одна статья. И если принимать за правду то, что написано, то я объясню своё отношение так:
Если она действительно украла такие большие суммы, участвовала в этом деле, в обмане, то моё понимание добра состоит в том, что надо постараться предупредить подобные недобрые вещи в будущем, пресечь возможности в корне. Как лично для этой женщины, так и для тех, кто последует её примеру, помогая мошенникам. Не говоря уж о самих мошенниках.
Ведь это – не просто безвредные шутки. За воровством кроются страдания. В том числе и многих сотен деток в обворованных семьях. И моё понимание добра предполагает выбор «меньшего» зла. Если пожалеть пресловутого фашиста с гранатами, то кто гарантирует, что он не вернётся с новой порцией взрывчатки на следующую ночь? И станет уже осторожнее. И других воодушевит, мол там – все добрые такие, жалостливые, кидай в них гранатами спокойно. Если что, всегда можно отмазаться, прикрывшись детками, женой, 7-ым месяцем беременности….
Понятно, что от её сидения в тюрьме деньги не вернутся. Но смысл то в том, чтоб предупредить новые преступления, новое зло. И если бы всё было тихо, то ещё может и можно было бы отпустить немного пораньше. Но когда столько взглядов приковано к этому вопросу, то нельзя ни в коем случае идти на послабление. Чтоб не подать дурной пример. В школе видели хулиганов, которые садятся на шею добрым учителям? Начинают плакаться, чуть что, просто давят на жалость. Иногда надо быть жёстким. Добро иногда должно быть с кулаками. Но бить без зла в душе. С любовью.
Кстати, это касается и самого преступника. Не факт, что снижение наказания будет ему во благо. Если он не осознает всей тяжести своего преступления, если будет относиться легкомысленно. То легко совершит его вновь. Не будет развития его личности. С т.з. эзотерики, наказывая преступника представитель закона спасает его от дальнейших грехов, спасает его душу.
Естественно, наказание должно быть адекватным. Я не берусь судить об этом в нашей стране, ибо не могу сейчас ничего изменить. Хотя хотел бы предложить план иного вида тюрем.