Если кто вам рассказывает про «домостроевский быт» и про «пособие по битью жен» можете быть 100% уверены что текста он не читал.

«Домострой» возник в XV веке во времена Новгородской республики в Великом Новгороде.

По мнению этих исследователей, текст «Домостроя» появился в результате длительного коллективного труда на основе существовавших на момент написания литературных источников. 

Книга почти сразу получила распространения среди новгородских бояр и купечества.

Исследователи прослеживают связь «Домостроя» с более ранними сборниками поучений и «слов», как славянских — «Измарагд», «Златоуст», «Златая цепь», так и западных — «Книга учения христианского» (Чехия), «Парижский хозяин» (Франция) и другими. Фактически, «Домострой» лишь систематизировал и оформил сложившиеся в то время морально-этические нормы поведения и нравоучительные тексты.

В середине XVI века «Домострой» был переписан духовником и сподвижником Ивана Грозного — протопопом Сильвестром в качестве назидания молодому царю. Однако, некоторые исследователи считают именно Сильвестра автором «Домостроя».

«Домострой» это наставление по этикету, домоводству и по правильному устроению семейной жизни в контексте семейной экономики. Большая часть домостроевских наставлений — о том, как не влезать в долги, кроить платье из обрезков и солить грибы.

Напомню, что слово «экономика» означает именно домострой.

Если переводить «Домострой» на греческий или любой из западноевропейских языков, то придется назвать его именно «Economics».

С другой стороны, «Домострой» продолжает традицию византийских и древнерусских духовно-нравственных поучений.

А с третьей, написан в роли набиравшей популярность именно в XVI веке литературы вежества, поучений о том, как не ковыряться в носу.

Эти поучения подробно исследованы Норбертом Элиасом в его работе «О процессе цивилизации». Элиас видит в них не только отражение изменения нравов, но и проекцию на частную жизнь человека усиления государства как общественного феномена.

Государство требует от человека сдерживания своих аффектов, а именно искусство владения аффектами и есть цивилизация.

И, в этом смысле, «Домострой» — это один из первых памятников русской цивилизации, русского строя.

Это трактат о рачительном хозяйстве и накоплении, то есть о том, с чем в России и впрямь всегда была беда – тут тебе и мор, и глад, и огонь, и меч, и нашествие иноплеменных, и междоусобная брань, не успеешь оглянуться, как на месте боярского каменного дома с садом – пепелище да пни. То ли татары пожгли, то ли государевы опричники порезвились. Все в «Домострое» подчинено этой идее – накопить по максимуму, не потратить ничего лишнего, не допустить никакой дыры в бюджете.

Достаточно посмотреть названия разделов: «16. Как мужу с женой советоваться о том, что ключнику наказать о столовом обиходе, о кухне и о пекарне; 36. Как сохранить порядок домашний и что делать, если придется у людей чего попросить или людям свое дать; 47. О прибыли от запасенного впрок; 54. Как все сохранять в погребе, на леднике и на погребнице».

Муж и жена «Домостроя» – это отнюдь не любовники, решившие для порядка проштамповать паспорта. Это команда менеджеров, от которых зависит, прогорит их «фирма» еще на их старости или же продолжится на десятилетия и столетия. По сути, это увлекательный трактат о том, как жить по средствам и накопить что-то для потомков.

Жена в «Домострое» — это менеджер по персоналу. Её задача — управлять слугами и всем хозяйством Раздавать задания, проверять выполнение, советоваться обо всем с мужем и доносить волю главы семьи до домочадцев.

Сюда же включаются и обширные наставления по управлению человеческими отношениями в домохозяйстве — прежде всего о слугах. Слуги не должны воровать, пьянствовать, выбалтывать на стороне хозяйские тайны.

Знаменитое рассуждение о наказаниях которое единственное из всех и помнят «борцы с Домостроем» включено в главу о чистоте в доме и начинается с того, что жена должна, если надо, колотить слуг за непорядок, а уж если у нее самой непорядок, то муж должен провести с нею разъяснительную беседу. А если жена сама не знает и слуг не учит — тогда уж надо ее наказывать. Наедине и без гнева.

При этом дальше идет не расписывание того как наказывать, а напротив: чего делать нельзя. Нельзя бить по лицу, по уху, кулаком в сердце. Нельзя пинать и колотить железными и деревянными предметами. Подробно перечисляются пагубные последствия таких побоев. Главный пафос «Домостроя» как раз в том, что наказание должно быть тайным, безгневным, за серьезную вину и чуждым домашнего насилия.

Достаточно сравнить это с тем как живут «свободные и эмансипированные современные люди»: публичные пьяные драки, в глаз при детях, поединки на сковородках, матюки на лестничной клетке, выбрасывание вещей из окна и прочая и прочая , чтобы убедиться — домостроевская школа семейной жизни современным супругам категорически не помешала бы.

Прежде всего — неукоснительное требование тайны любых семейных конфликтов, затем отказ от гнева, от «ссор» (впрочем формат «семейной ссоры» — порождение как раз женской эмансипации — руки в боки и вперед). Ну и главное в «Домострое», что тема наказаний вытекает не из темы семейных отношений (там где говорится об отношениях между мужем и женой о применении силы нет ни слова), а исключительно из темы хозяйственного и организационного порядка в семье как предприятии.

Домостроевский быт — это когда жена управляет делами по дому и штатом слуг, а муж ее контролирует и налагает санкции. Главная тема «Домостроя» — это тема ответственности мужа за всё. Любой провал — это его провал. Его грех отразится на семье жене, детях, слугах.

И поэтому «Домострой» — это, прежде всего, книга о мужской ответственности и о миссии мужчины. Для современных инфантильных мужчин это дискомфортная книга, поэтому они и предпочитают бубнить: «зато мы жену не бьем».

К сожалению, современные эмансипированные женщины зачастую не берегут чистотой дома, а порой даже и бравируют ею, считая её признаком интересности и свободы.

Должен заметить, что свинарник — это скучно, грязь — это отвратительно, а женщина, которая пренебрегает чистотой своего дома (как и своей собственной), обрекает себя на отношение как к разовому партнеру для удовлетворения животного инстинкта. Ни о каком доме и строе с грязнулей никто кроме еще большего мужчины-свинтуса даже и не задумается. 

Источник