Элеанор Фортескью-Брикдейл родилась в 1871 году в семье юристов, знаменитых на весь Норвуд. Отец ее был преуспевающим адвокатом, и семейство не знало стеснения в деньгах. Юная Элеонор училась дома под присмотром гувернанток и приходящих учителей, тщательно оберегаемая от невзгод и пороков окружающего мира. Впрочем, и развлечений в ее жизни было не так уж много – не больше, чем положено благовоспитанной девочке в чопорной викторианской Англии, где детям предписывалось быть дисциплинированными и серьезными едва ли не с рождения. Натура яркая и любознательная, она убегала в мир сказок и фантазий, чтобы отвлечься от скучной повседневности. Уже с детских лет Элеанор проявила способности к живописи, и игнорировать их было совершенно невозможно – она не расставалась с альбомом и коробкой акварельных красок. В подростковом возрасте она брала уроки у самого Джона Рескина – известнейшего искусствоведа, философа, критика, открывшего миру прерафаэлитов.

Но Элеанор мечтала стать профессиональной художницей, посвятить себя искусству. С семнадцати лет она стремилась попасть в Королевскую академию художеств, однако женщин брали туда неохотно. 

Еще в 1860 году академия официально открыла свои двери для женщин, но это не означало, что одаренные художницы могли попасть туда и обучаться наравне с мужчинами. Несмотря на возрастающее количество ярких художниц и писательниц, викторианская Англия была не самым комфортным местом для творческих женщин – да и для женщин вообще. А уж женщина с кистью в руках считалась явлением, мягко говоря, неестественным, и строгие экзаменаторы отсеивали даже самых талантливых девушек, руководствуясь лишь своими предрассудками. 

Элеанор трижды штурмовала стены Королевской академии – и все три раза безуспешно. Лишь в 1897 году, уже признанной художницей, она смогла добиться своего места в рядах ее студентов. В первый же год обучения Элеанор выиграла крупный денежный приз за фреску на ежегодной выставке в академии. В дальнейшем Королевская академия неоднократно с гордостью экспонировала картины Элеанор. 

Именно в годы обучения в академии Элеанор попала под влияние последних представителей братства прерафаэлитов, познакомилась с Джоном Уотерхаусом и Джоном Байемом Листоном Шоу – художниками, увлеченными образами средневековья. Когда Шоу открыл свою школу, он пригласил Элеанор преподавать там курс акварельной живописи.

Викторианская Англия в те годы была очарована легендами артурианского цикла, сказками о феях, поэмами Мэлори и народными балладами. «Кельтское возрождение», царствовавшее на всей территории Великобритании, Движение искусств и ремесел, ратовавшее за возвращение к корням, расцвет викторианской сказочной живописи, атмосфера эскапизма и поиска утраченных идеалов – все это вдохновляло утонченную и романтичную Элеанор. Викторианская сказочная живопись могла быть безумной, проникнутой опиумными парами, порожденной наркотическим воображением, но Элеанор стремилась лишь к незамысловатой красоте. 

Ей принесли известность акварели на сказочные темы, вызывавшие ажиотаж у коллекционеров. Ее приглашали иллюстрировать поэтические произведения, а панно, выполненные Элеанор, украшали стены представителей аристократических семейств.

Самые известные ее работы – это иллюстрации легенд о рыцарях Круглого стола и короле Артуре. Мечтательные средневековые девы, храбрые рыцари, феи и эльфы, волшебник Мэрлин стали ее любимыми героями. 

Впрочем, Элеанор иллюстрировала и классические литературные произведения – например, пьесы Шекспира или романы Диккенса, а также книги своих современников.

Ей прекрасно удавались камерные, уютные портреты, часто в средневековом антураже, выполненные с любовью к портретируемым – и легкой добродушной иронией. 

Элеанор были близки идеи прерафаэлитов, но в более мягкой интерпретации. Ей чужды оказались рассуждения о социализме и утопическом будущем – она хотела жить в сказочном мире, где христианство и простодушная вера в чудеса составляли основу жизни. Критики писали: «Нельзя сказать, что прерафаэлитизм мертв, пока Элеанор Фортескью-Брикдейл жива – прерафаэлит если не по письму, то по духу».

Она была первой женщиной во многих художественных объединениях, а в 1902 году стала предпринимательницей – открыла собственную студию и начала работать с заказчиками. 

Элеанор достигла такого высокого уровня в акварельной живописи, что один художник, увидев ее работы, воскликнул: «Я хочу выбросить мои кисти и палитру! Кто я по сравнению с ней?!». 

Галереи стремились приобретать ее акварельные циклы по любой цене, и Элеанор стала достаточно обеспеченной женщиной – однако никогда не стремилась к обогащению. 

Удивительно, но эта утонченная мечтательная женщина интересовалась авиацией. Она тепло дружила с авиатором Чарльзом Россом и посвятила авиации одну из своих работ, на которой Леонардо да Винчи демонстрирует эскиз летательного аппарата. 

В поздние годы жизни Элеанор увлеклась витражной живописью. Она была глубоко верующей христианкой, христианство играло большую роль в ее жизни и творчестве, и многие свои работы она пожертвовала британским церквям. 

Нет никаких достоверных сведений о личной жизни Элеанор, она никогда не была замужем. В 1938 году художница перенесла инсульт, от которого так и не оправилась настолько, чтобы снова взять в руки кисть. Последние семь лет жизни она уже не писала. Несмотря на то, что Элеанор скончалась после Второй мировой войны, она считается художницей викторианской эпохи, ведь именно годы правления королевы Виктории сформировали ее творческую манеру.